Мое главное сокровище - Юлия Николаевна Николаева

Новгород, и, по счастью, не стал травить байки про сказочную деревню. В какой-то момент я даже подумала, что несправедлива к нему, но решила особо не расслабляться.

– Вот и могила, – сказал, наконец, он. Могила располагалась недалеко от реки. Вид открывался волшебный. Забив голову страшилками, мы даже не замечали великолепия, которое было вокруг нас.

– Красота, – в подтверждение моих слов заявила Любка.

– Да, – кивнул Гриша, – здесь вообще много живописных мест. Могилу будете смотреть?

Мы направились к ограде. Она была низкая и покрашена в веселенький голубой цвет. За ней росли кусты, и стояло что-то вроде стенда, который пестрил надписями.

– Это имена солдат, которые предположительно здесь похоронены, – сказал Гриша.

Мы с Любкой уставились на стенд. Он был разбит на части, на каждой был ряд фамилий на определенную букву алфавита. Я прочитала несколько и затопталась. Место навевало грустные мысли, и было ужасно стыдно за то, что мы притащились сюда, не понимая его величия и трагизма. Видимо, схожие мысли посетили и Любку, потому что она печально вздохнула.

– Что? – спросил Гриша, – может, пойдем? Или еще хотите посмотреть?

Мы решили пойти. На обратной дороге большую часть времени молчали, пока Любка вдруг не выдала:

– Как до этого Дымно можно добраться?

Я споткнулась на ровном месте, а Гриша выпучил глаза:

– Добраться до Дымно? А что там делать?

– Понимаешь, – начала Любка, – я хочу посмотреть на места, где проходили сражения.

– Не думаю, что это хорошая идея, – нахмурился Гриша, – что там смотреть? Леса или поляны? Невозможно найти точное расположение мест сражений.

– Ты пробовал?

– Подобного желания не возникало.

– А у нас возникло. Мы хотим туда съездить, если знаешь дорогу, расскажи. Нет, так мы у кого-нибудь еще спросим.

Гриша посмотрел на нас пару секунд и покачал головой:

– Вот уж, действительно, женский ум неподвластен мужчине… Конечно, я не откажу вам в помощи. Когда вы хотите ехать?

– А что? – насторожилась я.

– Одних я вас не отпущу, да вам самим и не справиться.

– Это почему?

– Например, потому что сначала надо переправиться через реку, можно попросить рыбаков, но лучше переправляться на резиновой лодке, у меня есть. А потом еще часа три против течения, и вот оно, Дымно.

Мы стояли, открыв рты.

– А другой дороги нет? – глотнув воздуха, наконец, спросила Любка.

– Есть объездная, отсюда будете добираться дня два.

– Это нам не подходит, – погрустнела подруга.

– Тогда, может, ну ее, эту деревню? – с надеждой посмотрел он на нас, но мы покачали головой. Сашка, узнав о готовящемся маршруте, просто обалдел. Сначала долго смотрел на нас, потом заметил:

– Все-таки крышу у некоторых людей со временем сносит. Неужели это из-за того, что вы ткнули пальцем в карту?

– Мы сделали это на спор, – заявила Любка, – поспорили на десять тысяч рублей. И я не собираюсь отказываться.

– Вы больше потратите во время вашей вылазки.

– По десятке на брата, – добавила Люба, – но тебе этого не понять.

– Значит, вы едете с Гришей?

– Да, – кивнула я, – у нас нет другого выбора. Он хорошо знает эти края и согласился отправиться с нами.

– Логично, – улыбнулся одноклассник, – хороший способ закадрить девушку.

– Думаешь, он преследует корыстные цели? – заинтересовалась Любка.

– Конечно, ни один нормальный мужик не поперся бы в подобное сомнительное приключение без цели.

Я почесала нос и вынуждена была согласиться с ним.

– Вопрос только, кого он хочет закадрить, – заметила я.

– На мой взгляд, – ответил Сашка, – ты, Васька, ему нравишься больше, но если не выгорит, Любка тоже неплохой вариант.

– Ты о нем не очень хорошего мнения, – усмехнулась я. Он пожал плечами.

– Это ты о мужиках слишком хорошего мнения, еще со школы летаешь в романтических бреднях. Я бы на его месте поступил точно так же.

Мне стало обидно за то, что он назвал мои мечты бреднями. Особенно было обидно, что в школе эти бредни посвящались ему. Я кинула взгляд на Сашку и покачала головой: какие же мы наивные и глупые, пока маленькие. Так смотришь лет через пять на свою бывшую любовь и ужасаешься тому, что ты когда-то к этому человеку испытывал романтические чувства. Это был как раз мой случай.

– Ты Ваську не трогай, – вступилась за меня Любка, – она натура ранимая, и обидеть ее может каждый. Лучше скажи, что ты знаешь об этом Грише?

– Собственно, ничего не знаю, – пожал Саша плечами, – у него семья из этих краев, отсюда и дом. В областном центре музей какой-то тоже им принадлежит. Вроде Григорий им занимается, поэтому сюда ездит регулярно. В общем, обычный парень.

– Как ни крути, положительный экземпляр, – подытожила Любка.

– Значит, вы завтра утром уезжаете, а вернетесь когда?

– Хотелось бы за день обернуться и переночевать завтра здесь.

– Что вы там делать будете?

– Не знаю, – пожала Любка плечами и вдруг предложила, – хочешь с нами?

Сашка выпучил глаза и посмотрел на нее, как на умалишенную. Его чувства я понимала прекрасно.

– Нет, – наконец сказал он, – я пока в здравом уме. Эта экспедиция – один сплошной геморрой и никакой радости. У меня других дел полно.

Еще раз покачав головой, он вышел.

– Что это на тебя нашло? – поинтересовалась я, залезая на печь, где нам предстояло провести ночь.

– А что? – Любка устроилась рядом. – Сашка, конечно, идиот, но, по крайней мере, свой идиот, мы его знаем, а Гриша…

Я приподнялась, опершись на локоть, и заметила с ухмылкой:

– Скажи просто, что Гриша тебе понравился, и ты не хочешь, чтобы он меня кадрил. А при Сашке он, наверняка, будет вести себя смирно.

Любка только шумно выдохнула и отвернулась. Я покачала головой, но все-таки улыбнулась. Потом легла и сразу же уснула.

Утро опять началось слишком неожиданно. Любка подняла меня ни свет, ни заря, мотивируя это тем, что у нас слишком мало времени. Когда я поинтересовалась, из чего она сделала подобные выводы, подруга только отмахнулась. Я тихо собиралась, пока Любка ушла к Григорию. Тут в кухне показался Сашка.

– Я тебя разбудила? – спросила я. Он неопределенно мотнул головой и заметил:

– Я это… Подумал тут… Я, наверное, с вами поеду. Вы ж все равно на один день, а дома делать нечего…

Я моргнула и уставилась на него. Нельзя сказать, что я огорчилась, скорее, наоборот. Сашку я знала со школы, и с ним, как ни крути, спокойнее, да и Гриша не будет наглеть.

– Я согласна, – улыбнулась я, и он ушел собираться. Когда вернулась Любка, мы с Сашкой сидели за столом готовые.

– Ты чего встал? – подозрительно спросила она.

– Я с вами решил поехать, – ответил тот. Любка, было,