Он такой один (СИ) - Ланская Алина

— Мне только воду.

Он с любопытством посмотрел на меня. Один в один как смотрел вчера на мажора Князева, когда тот схватил его за плечо. Но девчонки правы — сегодня этот гад выглядел сногсшибательно. В черных брюках и в белоснежной рубашке с расстегнутыми у горла пуговицами он меньше всего походил на обычного зачуханного студента.

— В конец очереди. Пошел!

За спиной снова ахнули. А этот гад медленно улыбнулся, не сводя от меня взгляда. Как будто в первый раз увидел. У меня даже в горле запершило от волнения.

Он едва заметно покачал головой и снова протянул кассирше бутылку.

— Нет. Я останусь здесь.

— Всегда добиваешься своего?

Я беспомощно смотрела, как он прикладывает карту к терминалу.

Алик убрал карточку в карман брюк и забрав бутылку, собрался уйти.

— Всегда.

Теперь он смотрел на меня без улыбки и чего-то ждал.

Вот это он зря!

— Ну да, а потом ноги вытираешь о тех, кто тебе помогал.

— Не понял!

Краем глаза я заметила подошедших девчонок. Среди них была Тонька. Это все решило.

Я взяла с подноса свой вишневый компот и выплеснула его на рубашку. Темно-красное пятно стремительно растекалось по белоснежной ткани.

Глава 9

Алик застыл как соляной столб, его лицо, и так небогатое на эмоции, словно окаменело. Кажется, этот гад не понял, что произошло, но меня он не слишком волновал. Улыбаясь, я повернула голову к Тоне. Ты отомщена, этот козлина получил по заслугам!

Моя соседка стояла с побелевшим от страха лицом, ее губы что-то беззвучно шептали. А потом шарахнулась от меня назад, прижалась к Карине, которая вытаращив глаза смотрела на нас с Аликом.

Я только сейчас заметила, что в огромной столовке, где помещалась не одна сотня человек, внезапно стало тихо. Даже кассирша замерла, я не слышала ничего кроме звенящей тишины. За спиной у меня образовалась пустота: девчонки, которые еще минуту назад возмущенно шипели, теперь будто испарились.

Однако всеобщее оцепенение длилось недолго — рядом вдруг возникла очень красивая девушка в шелковом платье цвета морской волны. Я не сразу узнала Дину Князеву — вблизи она оказалась еще прекраснее. И от нее очень приятно пахло каким-то изысканными духами, я даже перестала чувствовать запах еды! Дина быстрым, но изящным движением приложила к мокрой рубашке Алика бумажный платок, который тут же окрасился в темно-красный цвет.

— Ты как?

Ее тихий вопрос адресовался, конечно, парню, меня же эта неземная красота молча одарила испепеляюще презрительным взглядом.

— Все нормально.

Алик мягко убрал от себя ее руки. А потом без тени улыбки посмотрел на меня.

— Это все?

От его голоса повеяло не привычным холодом, а неприкрытой угрозой. Ох, не сойдет мне с рук моя выходка, но я ни о чем не жалела! Таких мерзавцев надо ставить на место, жаль, Дэна как следует не поставила!

— Еще гречка и оливье есть! Хочешь?

Рядом раздался громкий смех, даже хохот. Я видела как Карина с Тонькой пугливо отступили в сторону, пропуская вперед… мажора Князева. Он шел такой довольный, будто его мечта сокровенная сбылась. Весело подмигнул мне и обратился к Алику:

— Теперь я понял, почему сказал держаться от нее подальше. А сам не сумел, а?!

Дина непонимающе посмотрела на брата, потом на меня. В ее больших синих глазах застыл вопрос. Глянула на Алика, но тот не обращая больше на на кого внимания, резко схватил меня за локоть и дернул к себе. Я даже опомниться не успела, как меня силком потащили к выходу из столовки. Только и смогла, что оглянуться на Карину с Тонькой, понятно, что от них помощи ждать не приходилось, но хоть сказать что-то?! Нет! Они в ужасе смотрели, как Алик силой уводит меня из зала. Моя соседка только и делала, что без остановки качала головой в стороны и что-то повторяла, как заведенная, я никак не могла разобрать.

Никто не мешал Алику в его произволе — наоборот все от нас шарахались, уступали ему дорогую, у меня уже затекла рука — так сильно он ее сжимал. Вот козел!

— Пусти!

Даже голову не повернул и шага не замедлил. Я старалась не смотреть по сторонам, игнорировать удивленные и насмешливые взгляды, кто-то даже шептался. Плевать. Я все сделала правильно.

Наконец он выволок меня в коридор, толкнул к стене в угол и спросил:

— Это что было?

Мне реально страшно стало — злой как собака, я прям чувствовала на себе его бешеную ярость. Я внутренне сжалась, этот, наверняка, и ударить может. Раз уж Тоньку «уронил» на пол, то и со мной сдерживаться не станет. Но на удивление Алик до меня больше не дотрагивался, только склонился ниже, уперев руку в стену прямо рядом с моей щекой. Я на всякий случай скрестила руки на груди, защищаясь.

— Еще раз. Что это было?!

Чем тише его голос, тем мне страшнее. Вот в поезде, когда спал, не выглядел таким злобным. А все-таки знатно я его облила — мокрая рубашка облепила накаченный торс, как в какой-нибудь рекламе. Все красоту рушил очень жесткий взгляд. Алик не собирался меня отпускать, он ждал ответа. Пока еще терпеливо.

Он, что, реально не понимает?!

— Что было? Серьезно?! Хватит издеваться над Тоней! Ты и так ее бросил! Зачем еще больше ее унижать?

Алик смотрел на меня как на сумасшедшую. Я заметила как недалеко от нас собралась целая толпа. В первых рядах стояли Карина, Дима и… моя соседка по общаге!

— Какая еще Тоня?!

— Твоя бывшая девушка! Вот эта!

Я пальцем ткнула на Тоньку, а у нее глаза разве что на лоб от ужаса не полезли. Наверное, не нужно было ее впутывать, но слова уже были сказаны. Я снова посмотрела на Тоню и заметила как она снова качает головой.

«Это не он!» — прочитала я по ее губам.

Что?! Что?!

Я перевела взгляд на Алика. Не он?!

— Больше никогда не попадайся мне на глаза!

Он произнес это тихо, вряд ли его кто-то слышал кроме меня, без угрозы и запугивания, но мне стало еще больше не по себе. Я нажила себе лютого врага. И это… не Тонькин Алик!

На меня мгновенно накатил горячий стыд — я начала осознавать, что я на самом деле сделала на глазах у всех. И по ледяным серым глазам парня я отчетливо поняла, что обернуть в шутку мой эпик фейл не получится. Да как же так?! Да она сама на него указала!

Рядом раздалось какое-то шевеление — это Тонька с какой-то незнакомой мне девчонкой вышли вперед и запинаясь то ли от страха, то ли смущения пролепетали, перебивая друг друга.

— Илья… это… никто не просил… м-можно мы постираем р-рубашку?

Тоня умоляюще смотрела на облитого мной парня, оканчательно доказав мне, что это не ее Алик.

Илья, значит! Капец, Алена! Куда ты еще влипла?! Всего второй день в новом универе.

— Что здесь все столпились? Дайте пройти!

Зычный начальственный голос заставил толпу расступиться, но не заставил Илью убрать руку от стены и отойти от меня. Перед глазами возникла дородная и явно статусная женщина лет пятидесяти. На широком лице поблескивали очки в дорогой золотой оправе.

— Архангельский, что…? Боже, что у вас с рубашкой, Илья? Вас ждут в ректорате, Первый канал приехал…

На меня дама посмотрела как на полупустое место, но я на ее внимание и не претендовала, скорее наоборот. Я хотела как можно скорее отсюда исчезнуть.

Илья Архангельский, значит?! Теперь точно запомню.

А он, наконец, отлепил руку от стены, молча ухмыльнулся властной мадам и не говоря ни слова пошел по длинному коридору в сторону выхода. Уже пройдя половину пути, он стянул с себя рубашку, так и шел полуобнаженный, заставляя всех на себя оглядываться. А потом, дойдя уже почти до дверей, бросил грязную рубашку в урну.

И ушел, минуя удивленную охрану.

Кто-то из девчонок бросился за ним, я же стояла как прокаженная, ко мне никто не подходил, но смотрели многие. Женщина в золотых очках грозно оглядела толпу и выцепив из нее Карину, кивнула старосте.

— Костина, ко мне в кабинет. Все остальные — марш на пары!