Отец подруги и я (СИ) - Нокс Рокси

— Ну ладно пойдем.

Нам повезло, спальня Ростислава Андреевича была незапертая. Интерьер комнаты хозяина выполнен в стиле лофт — брутальная и показная грубость. Здесь стоит старый комод и современная кровать с кожаной отделкой. На окнах плотные темные шторы, на напольной железной вешалке висит костюм. Мне жутко захотелось подойти к костюму и понюхать его, чтобы ощутить знакомый запах. Жаль, что я здесь не одна, а то именно так бы и поступила.

Неожиданно Влад привлек меня к себе за руку и опрокинул на постель.

— Ты что? — зашипела я. — Это же кровать Ростислава Андреевича!

— Всегда мечтал трахнуться на кровати босса.

— Что ты такое говоришь? — возмущаюсь.

— Или ты против? — его губы приближаются к моим губам.

Отворачиваю лицо и пытаюсь выбраться из-под него. От Влада снова пахнет въевшимся пОтом, и на меня накатывает тошнота. Ни на секунду меня не отпускает мысль, что на этом самом месте, где я сейчас лежу, по вечерам лежит Ростислав Андреевич, читает книгу или работает, поставив на колени ноутбук. Могу поспорить, что его подушка приятно пахнет его мужским шампунем.

— Отпусти меня, — требую, суча кулаками по его спине.

— Что ты такая дикая?

— Я не дикая, просто мы с тобой плохо знакомы, чтобы вот так просто взять и перейти на новый уровень.

— Да ладно, Ксюш…

— Или что думаешь: колечко подарил, и теперь я должна расплачиваться с тобой в постели?

Кое-как выворачиваюсь и слезаю с кровати, поправляю платье и с яростью смотрю на него. Влад взъерошивает свои волосы и говорит:

— Ладно, извини.

— Давай уйдем из чужой спальни. Это некрасиво.

Когда мы уходили, я не заметила, что на кровати Теплякова остался лежать мой браслет. Застежка на нем оторвалась во время нашей с Владом борьбы.

— 11-

Чтобы выбросить из головы девочку, я не придумал ничего лучше, чем созвониться с Ингой и пригласить ее на свидание. Я снял номер в отеле и теперь уже битый час слушал женскую болтовню. Слушал вполуха, думая о своем, а именно о том, что сейчас происходит в моем доме. Не выдержал и получил доступ к камерам, понатыканным по всей территории в целях безопасности.

Так, во дворе беспредел. Кто-то блюёт в кусты, фу блин, так и знал! В гостиной народу тьма. У каждого в руках бутылка пива. Да, кто-то плевал на мои запреты, как я посмотрю! Но пока ничего криминального, молодежь веселится.

На всякий случай включаю свою спальню и просто охереваю от происходящего в ней!

Мой подчиненный Востриков и Ксения вошли в мою спальню и улеглись на мою кровать! Они что, собираются заняться сексом? Не нашлось других комнат для этого?

Я зверею, подрываюсь с места от желания поехать туда и разобраться с нахалами, но вижу, что Ксюша начинает отбиваться. Так, уже хорошо. Умная девочка. Ее бедра оголились, и я вижу черные чулки на резинке. Боже, как это нереально сексуально.

— Ростик, ты меня слышишь? — спрашивает Инга.

— Не называй так, не люблю, — поправляю по привычке.

Ростик — это маленький мальчик. А я мужчина в расцвете лет.

— Что ты смотришь там? — возмущается. — Ютуб что ли?

— Ин, смотрю камеры видеонаблюдения.

— Инга, — поправляет она.

Знаю, просто решил вернуть ей должок. Зачем упорно называть человека так, как ему не нравится? Если уж сокращать мое имя, тогда до Славы.

Ксюша и Влад покидают мою спальню. Я и рад этому, и не очень. Рад, потому что она его отшила. Не очень, потому что хотел еще посмотреть на эти восхитительные ножки в чулках.

Инга придвинулась ближе ко мне и положила ладонь на мое колено. У нее короткие черные волосы и раскосые карие глаза. Когда-то я считал эту женщину эталоном красоты и даже привел в свой дом. Инга даже не старалась найти подход к моей дочери. С первого дня вела себя как хозяйка в доме. Неудивительно, что Маша восстала и потребовала выгнать ее.

— Я соскучилась по тебе.

Не могу сказать того же самого. Все мысли о ней и о ней — Ксении. Просто наваждение какое-то! Даже здесь, в отеле, в компании другой женщины, сексуальной опытной женщины, заметьте, — мне нет покоя!

Переключаю камеры, чтобы увидеть, куда они пошли и чем собираются заняться. Видеонаблюдение есть везде, кроме комнаты дочери. Может, парочка пошла туда?

Нет, они в гостиной. Ксения хмурится, а Влад ей что-то втирает на ухо. Блять, завалю его в понедельник работой, будет у меня всю ночь напролет сидеть в кабинете! Как он смеет лапать своими руками девочку? Сука, просто зла на него не хватает.

— Ростислав, ты где сегодня витаешь? — недовольно спрашивает бывшая любовница.

— Прости, у дочери вечеринка в честь совершеннолетия, беспокоюсь за нее.

— Господи, Тепляков, ты что, никогда не был на студенческой вечеринке? — закатывает глаза.

— В том-то и дело, что был. И прекрасно знаю, что на них случается.

— Ты что, смотришь камеры?! А ну-ка дай сюда телефон, давай, кому говорят!

Инга вырывает из моих рук телефон и кладет его в свою сумочку.

— Дай деткам спокойно развлечься. Иди ко мне…

Инга тянется ко мне с поцелуем. Она сменила духи, и теперь от нее слишком сладко и приторно пахнет. Мне не нравится. Не отталкиваю ее, но и не поощряю.

— Ну что с тобой такое, милый? — шепчет. — Давай поцелуй меня.

Я поцеловал ее и ничего не почувствовал. Былая страсть улеглась, оставив вместо себя толстый намек на разочарование. Черт, я же не смогу ее трахнуть сегодня!

Во-первых, слишком волнуюсь из-за гребаной вечеринки. Зачем вообще разрешил? Во-вторых, меня преследует навязчивый образ белокурой бестии Ксении. В моих грезах она сладко улыбается мне и манит к себе пальчиком. Вот еще один фетиш добавился — черные чулки на красивых ножках. Хочу увидеть ее в них лично. Оттопырить большим пальцем резинку чулок и потрогать нежную кожу. Другой рукой сжать ее развитую грудь. Сунуть язык в ее влажный горячий рот…

Чувствую, как Инга гладит мой пах через штаны. Кажется, я погорячился, подумав, что сегодня не способен ни на что. Еще как способен, и все благодаря этим чертовым чулочкам на стройных ножках!

Инга расстегивает брюки и достает член. Наклонившись, раскрывает красные губы и сосет головку. На минутку представляю, что сейчас со мной Ксения и улетаю куда-то в неведомые дали.

Меня резко выбрасывает из параллельной реальности, потому что неестественно громко звонит телефон.

— Не отвечай, — не отрываясь от своего занятия, просит Инга.

— Не могу. Судя по рингтону, что-то важное.

Мне звонит Маша, либо Ксения. Установил на них одинаковую мелодию на всякий случай.

Придерживая расстегнутые брюки, тянусь к Ингиной сумочке и достаю смартфон. Ксения Короткова. Он что, мои мысли читает? Или что-то случилось?

— Да, Ксюш, говори.

— Ростислав Андреевич, — слышу встревоженный голос. — Срочно приезжайте. Маше плохо!

— Еду, — застегиваю одной рукой штаны и хватаю куртку. — Скорую вызвали?

— Да, уже едут.

— Сейчас буду.

Пресекаю попытку Инги меня задержать и покидаю номер. В считанные секунды оказываюсь в лифте, затем на первом этаже, потом на парковке. Лечу со скоростью света по городу. Сердце бешено колотится, ругаю себя: знал ведь, старый дурак, что что-то случится. Предчувствовал ведь! Но все списал на свою мнительность. Оказывается никакая не мнительность, а хорошо развитая интуиция. Только бы с моей доченькой все было хорошо! Никогда себе этого не прощу. Я не могу потерять и ее тоже, не могу! Бью по рулю в бессилии. Машины шарахаются во все стороны от меня. Не стойте у меня на пути! Я еду к дочери.

У ворот дома стоит скорая, и я обнаруживаю у себя все признаки сердечного приступа. Бегу во двор и вижу, как мою дочь несут на носилках.

— С дороги уйдите, пожалуйста, — вежливо говорит мне фельдшер.

— Я ее отец! Что с ней?

— Она без сознания. В больнице мы выясним причину. Предположительно Ваша дочь приняла психотропное вещество.