Эта чёртова love - Виктория Осадчая

если я совсем без макияжа, то становлюсь абсолютно рыжей. Поэтому приходится ресницы и брови раз в две недели красить, ибо тогда жопонька случается, если меня кто встретит с утра. Там можно получить заикание, даже несмотря на милую мордаху.

— Тогда чего же мы ждём? — интересуюсь.

— Пока ты закончишь релаксировать. Тебе понравилось?

— В отличие от тебя, очень.

— Мне тоже понравилось, только я не любитель часами рассматривать одну и ту же работу.

— А как же генетика?

— Потому и не люблю, — усмехается он. — Но на тебя готов смотреть вечно.

— Льстец! — морщу носик. — Но все равно приятно. Ладно, я так и быть, сегодня не буду обламывать себе кайф, поэтому готова принимать твои сомнительные комплименты.

— Тогда поехали! Буду их сочинять.

— А это хамство! — хмыкаю, но следую за ним к парковке. Один вечер — это же не преступление?

Назар Вершинин

А я правда не могу отвести от нее взгляда. Не знаю, от Леси исходит какое-то внутренне сияние, когда она так вдохновлена. Мы сидим в небольшом ресторанчике, где подают просто восхитительные отбивные. Я иногда здесь заказываю еду, когда нужны калории. А так, в обычные дни, особенно перед играми стараюсь питаться правильно. Но скорее всего, моя задница первые две игры полуфинала будет приклеена к скамье. И хорошо, если эта скамья запасных. Но не в моем случае. Трибуны! Я буду обычным болельщиком. Надеюсь на лучший исход своей травмы.

— Так ты теперь не можешь тренироваться? — спрашивает моя собеседница.

— Пока не могу. Но вместо тренировок у меня теперь процедуры физиотерапии, а потом массаж.

— О, массаж! — мечтательно закатывает свои зелёные глазки, а у меня в этот момент обостряется фантазия.

Едва я увидел ее сегодня в этой короткой юбке, чуть там же на набросился на неё. По крайней мере, мое тело отреагировало подобающе. Эта нимфа мне сегодня точно будет сниться. А тут массаж…Образ моих рук на ее спине с гладкой кожей, покрытой тысячами веснушек…Они скользят к пояснице…

— Эй, даже не смей думать об этом, — отвлекает меня от фантазии её звонкий голос.

— О чем? — искренне удивляюсь я.

— В твоём взгляде явственно читается похоть.

— Есть немного, — признаюсь. Но с ней это делать как-то легко. Признания сами собой срываются с губ. И в этот раз девчонка не краснеет, на мое удивление, а покойно продолжает есть.

— У нас предлагают не тот массаж, который в салонах. Тебя мнут так, что потом мышцы все воют. Но после приходит облегчение.

— Наверное, от того, что остался жив. У меня так со спортом. Выхожу на беговую дорожку, чувствую, что подохну. А потом такой кайф, что ты закончила.

Я смеюсь. В ведь она в чем-то права. Но это правда смешно. Тем более с какой беспечностью она это говорит.

— Но я могу предложить тебе услуги массажиста. Эта рука многое умеет, — демонстрирую свою здоровую конечность.

— Не сомневаюсь, что навыки рукоблудия у тебя отточены хорошо.

Эта девчонка просто соткана из противоположностей. От комплиментов краснеет, а сама пошлит без стеснения. И я задаю вполне логичный вопрос:

— И где ты раньше была?

— В жилом комплексе «Альбатрос».

— Не хило так! У нас там пол команды семейных живёт.

— Вот и я была семейная.

— Замужем? — с сомнением уточняю.

— Нет, с родителями.

— И почему переехала?

— Если бы я знала, что у меня будет такой сосед то подумала бы десять раз.

— И при этом ты с ним сходила на свидание, и так и не ответила на вопрос.

— Ну, на свидание меня затащили хитростью, а переехала я из-за деда.

— Он у тебя своеобразный человек, — еле подобрал необидное определение. Меня, конечно, бабушка троллит, но до откровенного хамства никогда не доходило.

— Да, нет! Он хороший. Просто…Понимаешь, меня, как и тебя растили бабушка с дедушкой. Родителям было некогда, у них бизнес. Они буквально жили на работе. До тринадцати лет было все отлично, а потом мама родила. Ещё и двоих. И тут она вспомнила, что у нее есть дочь, которая просто обязана ей помогать. Так у меня, считай, украли детство. Нет, я не жалуюсь, я очень люблю мальчишек! Просто, когда другие девочки ходили на кружки, общались друг с другом, влюблялись в мальчиков и ходили на свидания, я была в декретном отпуске, так сказать. Когда поступила, решила, что хочу работать. Хотела свои карманные деньги, и хоть чуть-чуть получить независимость от родителей. Мама заерепенилась, мол, зачем я буду работать на чужого дяденьку, если у них есть фирма. И я пошла вторым секретарем. В мои обязанности входили не только бумаги, но и забрать мальчиков, отвезти мальчиков, сделать с ними уроки. По сути то же самое, только с оплатой. Мне надоело, я ушла. Переехала к деду, не зная даже, что всё это время он скандалил с мамой по поводу моей эксплуатации в качестве няни. Он хотел для меня свободы. А теперь думает, что таким же грузом лег на мои плечи, вот и вредничает. Все пытается меня спровадить. Но, видимо, это у меня за годы выработанный рефлекс — заботиться о ком-то.

— Могу свою персону предложить.

— Если только женишься. Это работает только с родственниками.

— Уделала!

— О! А у нас тут кто-то брака боится, — прищуривается Леся, опирая свой прелестный подбородок на кулачок. И глаза эти лисьи хитрые-хитрые, с таким прищуром, что им невозможно сопротивляться.

— Ну, как бы не тороплюсь я туда. Сначала цель, потом брак.

— Типа дерево посадить и дом построить?

— Ну, в каком-то роде, да!

— Это глупо. Мне кажется, когда рядом поддержка, легче чего-то добиваться. Может, потому что мне ее обычно не доставало.

— Так ты отвечаешь за себя. А в браке тебе придется отвечать как минимум за трёх человек сразу.

— Детей не обязательно заводить сразу после свадьбы, а если рядом хорошая жена, то и отвечать за себя можно просто вдвоем.

— Ты меня сейчас уговариваешь жениться? — разряжаю этот серьезный разговор, потому что чувствую, что через полчаса таких вот доводов, я уже завтра поеду в ЗАГС.

— Боже упаси, — закатывает глаза Лисичка. — Хотя меня удивляет, что ты так уперто добивался со мной свидания, со своими принципами. Ты же прекрасно осознаешь, что я не из тех, с кем можно переспать и выбросить из списка контактов.

— Почему-то это меня и цепляет. Все девушки, с которыми я встречался обычно велись на мою статусность. Мол, хоккеист, медийная личность, не беден, симпатичный. Хотя первый и последний пункты, как приложение.

— А ты не задумывался, что я просто хитроделаная?

— Первые несколько минут нашего знакомства.

— Выходит,