Хозяин жизни (СИ) - Мельникова Надежда Анатольевна

Смотреть ему в глаза невыносимо, как только наши взгляды встречаются, у меня сразу же возникает чувство, будто он читает мои мысли и понимает, что сексуальное влечение никуда не делось. Он усмехается, при этом глаза холодные.

— Ты позволила Артуру нести на руках другую женщину в день вашей свадьбы.

— Она палец сломала. Он хороший человек, он просто помог ей. Что мне, по-вашему, надо было устроить сцену ревности?

Еще одна ухмылка.

— Я думала, что люди за тридцать лишены предрассудков. Если Вы так переживали за честь Артура, надо было следить за его женщинами внимательнее, — совсем расхрабрившись добавляю. — Отгонять от него девочек поганой метлой.

Мы снова смотрим друг на друга в это чертово зеркало заднего вида. Время на мгновение останавливается и даже дух перехватывает. Не замечая ничего и никого вокруг, я глубоко и часто дышу. А затем мы оба вздрагиваем, когда в стекло пассажирского сидения громко тарабанят. Видимо, она дергала ручку, а мы не заметили. Снова серия щелчков и дверь открывается. В машину врываются порывы прохладного ночного воздуха.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Вы чего закрылись? — залазит на переднее сидение Барби, оборачивается, смотрит мне в лицо.

Как будто это я управляю блокировкой дверей. Ах ну да, ее мужик неземное создание с кучей миллиардов и конечно это я вынудила его закрыться. Дусманис молчит, и даже зевает, прикрыв рот и откинувшись на сидение. Не хозяйское это дело — оправдываться.

— К нам пьяные ломились, просили закурить, — бормочу сквозь сжатые зубы.

Дусманис улыбается, а я жалею, что у меня нет ничего тяжелого под рукой.

Справа от меня открывается дверь, в машине тут же становится шумно.

— Представляете, у меня нет перелома, — щебечет довольная Катька, забираясь на заднее сидение, — мне не надо гипс.

— Я же говорил, — поддерживает ее за локоть Артур, — кстати, гипс изобрели в 19 веке, русский хирург, между прочим, а потом уже голландцы усовершенствовали технологию. Твоя мама и гости нас потеряли, звонили, они уже по номерам расселились.

Улыбаюсь мужу, а в этот момент рыжая выглядывает из-за кресла.

— Прикиньте, я прихожу, а они тут закрылись! — гогочет она, и вся кровь, что есть в теле приливает к моему лицу.

Смотрю на Артура, а щеки пылают, да почему же мне так стыдно за то, что мы с его отцом оставались наедине? Я же ничего не сделала.

Глава 12 

Я переплетаю пальцы наших с Артуром рук, и вместе мы медленно идем по светлому коридору отеля. С силой заставляю себя не оборачиваться и смотреть только на своего мужа. По полу шуршит мой подол, стучат каблуки туфлей, играет тихая мелодия. Здесь, в отеле, очень красиво и торжественно. Отлично вышколенный персонал улыбается и желает нам счастья.

В сотый раз напоминаю себе, что это наша с Артуром свадьба, наш день, мы нашли друг друга и ничто не должно омрачать наш праздник. Я, конечно, слышу тяжелые шаги свекра за спиной и бесконечный треп его рыжей Барби позади, но это меня не касается. Хочется сжать кулачки и затопать ногами, но я, выпрямив спину, спокойно иду вместе со своим мужем за руку. Еще вчера мое сердце замирало от счастья, что я выхожу замуж за замечательного парня, который смотрит на меня влюбленными глазами, обнимает при любом удобном случае и знает абсолютно все на свете. Но стоило к торжеству присоединиться всего одному гостю и все понеслось кувырком.

— Как я устал, — сжимает мои пальцы Артур и смотрит на ключ-карту, разыскивая наш номер, — Катьку сбагрил Петьке, он, оказывается, перепил и его погрузили в машину, сейчас слегка отрезвел. Она достойна большего.

«Еще бы он не устал», — думаю я про себя, а в реальности просто улыбаюсь. Полвечера Артур таскал мою подругу на руках. Слова Дусманиса попали в цель, если до этого я не обращала на помощь Артура Катьке внимания, то теперь, когда «хозяин жизни» подчеркнул это, я стала немного злиться. Она могла прыгать на одной ноге, нести ее было вовсе не обязательно. В конце концов, Артур мог бы папочку позвать, он гораздо крупнее и сильнее физически. И он не жених на свадьбе. Это снял оператор, это попало на множество фотографий, на меня же пальцами будут показывать. Но я дышу через нос и успокаиваюсь. Все будет хорошо. Просто Артур очень хороший человек, он не мог бросить женщину в беде. Ты же сама выбрала его за эти качества. Не стоит думать об этом. Моя первая брачная ночь. Я немного волнуюсь. Конечно, мы занимались сексом и раньше, но ведь брачная ночь — это фантастический ритуал, она должна быть полна страсти. Об этом мы будет вспоминать долгие годы, краснея и переглядываясь. Я подготовилась к этому событию очень тщательно: купила шикарное белье с чулками и подвязками, сделала дорогостоящую эпиляцию, сто раз проверила, чтобы на дату свадьбы не попала менструация.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Артур должен быть приятно поражен тем, как я сексуально выгляжу только для него одного. Все образуется. Надо отвлечься и углубиться в семейную жизнь, не думать о всяких глупостях.

Ни разу не обернувшись, я следую за мужем. Мы заходим в номер, я счастливо улыбаюсь и включаю свет. Здесь очень красиво. Невероятные интерьеры, все смотрится дорого и стильно, чистота просто кристальная. Пахнет свежестью и чем-то фруктовым. Я очень жду, когда мы с Артуром упадем в объятья друг друга и узаконим наши отношения окончательно. У меня все хорошо!

Последнюю неделю подготовки к свадьбе мы с Артуром почти не виделись. И ни о каком интиме речи, конечно же, не шло. Тело требует разрядки и радости. Муж подходит к столику в центре комнаты, где стоят шампанское и фрукты, шоколад и цветы — подарок от отеля. Артур садится в кресло и крутит в руках бутылку, изучая этикетку.

— Это отель моего отца, — с гордостью произносит он и смотрит мне в глаза, будто ожидает восторженную реакцию.

Услышав последние слова мужа, я отворачиваюсь, чтобы скрыть растерянность, и со злостью дергаю шнурки на спине, пытаясь расшнуровать корсет. Богатый ублюдок, похоже, владеет половиной этого полуострова. Вот почему он шел по коридору, словно барин в соболиной шубе, только цыган не хватало с медведями. Горничные несколько раз подбегали к нему и спрашивали, чего он желает. И карты-ключи принесли нам ко входу, чуть ли не на блюдечке. Конечно, сам «хозяин жизни» пожаловал.

Дыши глубоко, вдох-выдох. Ладно. Не думать об этом. Это мой день, это праздник двух сердец. Мы вместе, и мы счастливы. Гоню от себя разрушительные мысли.

— Помоги мне, пожалуйста, — поворачиваюсь из-за плеча, заигрывая с мужем. Артём подходит и дергает шнурки, правда никакого разврата на его лице нет, скорее он выглядит утомившимся. Я уверена, что сейчас сверху ему открывается потрясающий вид на мою попку в шикарных кружевных стрингах. Но он помогает мне и возвращается в «свое» кресло, буквально плюхнувшись на мягкую обивку, он тянется к винограду и начинает жевать.

— Петька так нажрался. Я просто в шоке. Я когда Катьку ему отнес, он едва на ногах держался, сунул голову под душ. И потом только ровно стоять мог.

Я начинаю выходить из себя. Разве это сейчас главное? Разворачиваюсь к Артуру, придерживая лиф платья, чтобы оно не свалилось с меня.

— Пить хочется, — вытирает лоб Артур, открывает шампанское и наливает пенистый напиток себе в бокал. Я немного в шоке. Не так я себе представляла первую брачную ночь. Я понимаю, что мы уже трахались, и это не то что было в старину, когда простыню из-под невесты вывешивали на забор и жених ждал этого момента, как манны небесной. Ну блин, разве он не должен за мной ухаживать? Прижимать к себе? Стараться, в конце концов, соблазнить меня, чтобы мне было хорошо и приятно? Это наша первая брачная ночь!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— А ты хочешь? — наивно спрашивает он, — вроде не сильно сладкое.

Молча киваю. Так и стою в центре комнаты. Не хочу садиться, разваливаться и жрать фрукты. Я хочу страсти. Мы же даже вместе не живем еще.