Синеглазка для Грома (СИ) - Роман Виолетта

— Доброе утро, — мужчина прошелся по мне взглядом. — Ну вот, другое дело, теперь вы настоящий боец.

Что это? Ободрение? Он похвалил меня? Боже, ничего с неба не упадет?

— Доброе утро, товарищ комбат. Вы тоже отлично выглядите, — послав мужчине широкую улыбку, развернулась и гордой походкой направилась в казарму. Клянусь, я чувствовала его взгляд, пока не зашла в помещение. Сердце выпрыгивало из груди.

***

День был жутко суматошным. Но, стоит отдать должное Грому, больше он не ворчал на меня. Только работой заваливал так, что я не успевала изучать порученные мне документы. Поговорить с ним о Сугробове пока не выдалось возможности, и я надеялась, что после обеда он будет менее загруженным и сможет меня выслушать.

Обложившись папками, я усердно готовила документы, порученные мне Громом. Даже не заметила, как прошла первая половина дня и наступил обед. Привел в себя звонок от Женьки. Она сообщила мне, что ждет у выхода для совместного похода в офицерскую столовую.

Только я положила трубку, в кабинет ворвался Грызунов. Один только вид мужчины навеял на меня ужас.

Мало того, что он не переваривал меня с первого взгляда (хотя, есть за что), так и, к тому же, сейчас был не в настроении. Сергей Витальевич так посмотрел на меня, что мне тут же захотелось схорониться под стол.

— Рядовой! — рявкнул мужчина. Я испуганно вздрогнула. Боялась его. Даже Грома не боялась, а этот… страшный какой-то.

— Почему не поднимаетесь, когда старшие заходят?

— Так я не успела, товарищ старший лейтенант, — скрипнув стулом, поднялась из-за стола.

Мне было до сих пор стыдно перед Грызуновым. Досталось ему из-за меня сильно. Я собиралась извиниться, но все никак….

Мужчина прошелся по мне хмурым взглядом.

— Почему неподобающий внешний вид?

От удивления едва не охнула. В смысле неподобающий вид? А потом посмотрела на свои пуговицы. Две верхних были расстегнуты. Принялась судорожно исправлять ситуацию.

— Товарищ капитан у себя?

— Да, но он отдал приказ никого не впускать. Прием после обеда.

Не обращая внимания на мои слова, он рванул к двери. Я за ним. Встала можно сказать грудью. Грызунов едва не врезался в меня.

— Счастливцева, вы перечите вышестоящему руководству? — его голос напоминал рев турбин. Я вся дрожала от испуга, но позиций сдавать не собиралась.

— Простите, но я не пущу вас, — проговорила тихо, но твердо.

— Вы с первого дня начали свою службу с не той ноты! — рявкнул он, упоминая мой постыдный проступок.

— И продолжаете двигаться в неверном направлении. Вы понимаете, насколько ваше положение шатко?! — его ноздри были раздуты от гнева, а глаза едва дыры во мне не прожигали. Но я старалась сохранять видимое спокойствие.

— Передайте, что у вас за вопрос, я сообщу товарищу комбату.

Губы мужчины вытянулись в тонкую линию.

— Вот, — он вдруг вручил мне в руки стакан с подозрительной желтой жидкостью. Я посмотрела на нее, приподняв на свет.

— Это что?

— Это моча рядового Самолетова, который утром не смог выдавить из себя ни капли.

Грызунов произнес это без тени улыбки. Я же силилась понять, в чем подвох. Не думает же он, что я и правда пойду к Грому с …этим.

— Вы издеваетесь?

Клянусь, я видела, как его глаза буквально по миллиметру наливаются яростью.

— Это вы издеваетесь! Не ходить же мне до конца обеда с этим! — он брезгливо посмотрел на анализы в моих руках. — Товарищ комбат самолично требовал предоставить ему результаты испражнений.

— Я не понесу это, — отставила на стол. Решительно посмотрела на него. — Вы смеетесь! Так вот, ваши шутки неуместны.

— Да какие шутки?! — закричал он во всю. — У нас в полку эпидемия гепатита! Трое солдат за прошлую неделю и один офицер! Личным распоряжением командира полка все батальоны обязаны сдавать мочу каждое утро и докладывать ему. Сегодня, когда комбат лично контролировал сбор анализов, один из бойцов не смог сдать. Мне было поручено предоставить сразу же при получении. Довольны? Теперь идите!

Казалось, еще минута, и его разорвет как ту гранату и разметает по разным углам.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Х-хорошо… ой, так точно..

Как только за Грызуновым захлопнулась дверь, я взяла треклятый стакан и направилась к Грому. Постучав, вошла в кабинет. Он как раз разговаривал по телефону.

Заметив меня, сделал знак проходить.

Я поставила перед ним стакан и отошла немного. Гром что-то кричал в трубку, ругался. А потом с грохотом положил ее на аппарат.

— Черт знает что! Идиоты, уже и шага без меня ступить не могут! Все нужно контролировать! — крикнул и, не глядя, схватил стакан, поднося его ко рту. Я поняла, что вот-вот случится страшное. Рванув к нему, буквально выхватила из рук Грома, едва не расплескав половину на пол.

— Что вы творите? — зарычал на меня мужчина.

— Товарищ комбат, это не сок. Это моча рядового Самолетова.

— Что?!

Его глаза расширились в два раза. Ну все, мне конец. Этот точно пристрелит и закопает где-нибудь в лесочке. Наверняка, Грызунов решил отомстить мне таким образом.

— Моча рядового Самолетова, — повторила тихим, дрожащим голосом. — Товарищ Грызунов просил передать. Простите, я не хотела вам это нести, но он убедил меня, что вы сами отдавали приказ…

Гром снова опустил взгляд на злосчастный стакан.

— Не могли в банку налить, на кой хрен стакан портить? Дебилы… — проворчал.

— Ладно, свободны.

Махнув рукой, уселся обратно за стол, потеряв ко мне всякий интерес. Я не знала радоваться мне или плакать. Хотя, признаюсь, порыдала бы сейчас с большим удовольствием. Такой стресс за плечами.

— Мне забрать его?

Игорь оторвал взгляд от бумаг.

— Да, вылейте.

Кивнув, схватила стакан, но на полпути замерла.

— Простите, товарищ комбат. А как можно понять есть гепатит ли нет по моче?

Он посмотрел на меня задумчиво.

— Цвет. Если красная — значит болен.

Я кивнула и вышла.

***

— Ну что ты так долго? — подруга недовольно притопывала ногой. Только когда вышла из здания и вздохнула полной грудью, немного попустило. Как там говорилось? Кто в армии был, тот в цирке не смеется?

— Ты чего такая смурная? Случилось чего? — Женя взяла меня под руку и повела в сторону столовой.

— Комбат лютует?

— Нет, что ты. С ним, слава богу, все хорошо. Грызунов этот… неприятный такой тип.

Мне не хотелось вдаваться в подробности этой странной истории.

— Ой, Ванька мне про него рассказывал. И если Сугробова отправят на КМБ, то Грызунов будет проводить полковые занятия. Вот это будет плохо…

— Слава богу, нам это не грозит!

Женя покосилась на меня, усмехнувшись. Я хотела поинтересоваться, почему она так отреагировала, но тут мы услышали громкую песню, которую хором напевали солдаты, чеканя строевой шаг по плацу. Посередине стоял Сугробов и хмуро следил за бойцами.

Богатырская наша сила –

Сила духа да сила воли.

Богатырская наша сила –

Сила духа да сила воли.

Богатырское наше правило –

Надо другу в беде помочь,

Отстоять в борьбе дело правое,

Силой силушку превозмочь!

Слова песни и то, как она звучала в исполнении солдат заставило нас остановиться. Сугробов отдал команду строиться. Спустя несколько мгновений, бойцы уже стояли в ряд.

— Реутов, это что за блеяние? Ты слов песни не знаешь? — спросил Ваня, подойдя к одному из солдат.

— Никак нет, товарищ старший лейтенант. Знаю.

— Так чего голоса твоего не слышу?!

В ответ тишина. Тогда Сугробов набрал побольше воздуха в грудь и пророкотал.

— Рота! При исполнении песни открывать рот на ширину приклада!

— Так точно! — ответила солдаты.

— Ты смотри какой он у тебя бывает…командир, — протянула со смехом. Так непривычно было видеть Ваню строгим. Женя проворчала что-то себе под нос. В этот момент Сугробов вдруг повернулся и посмотрел на нас. Женя тут же одернула меня.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Пошли.

***