Я папу по ладошке узнаю (СИ) - Ветрова Татьяна

— Больница? — «такси, надо вызвать такси» думаю по дороге к кабинету начальницы.

— Леонова 75.

— Спасибо. — Сбрасываю вызов, уже находясь у нужной мне двери, не церемонясь, стучусь, давая понять важность. Юлия Петровна отпустила без вопросов, отнеслась с пониманием и на завтра оформила мне выходной. Мировая женщина, спасибо ей.

Бегу к лифту, страх меня не покидает, заставляя нервничать все больше и больше. Цифры этажей меняют друг друга слишком долго, будто черепаха, не спеша, перебирает лапками. Наконец-то оповестительный сигнал, лифт прибыл на первый этаж. Двери не успели распахнуться, приглашала новых гостей, как я врезаюсь в мужчину.

— Лера? — только не он.

— Пусти… — касается плеча, вырываюсь. Мне надо бежать, меня ждет дочь одна в больнице.

— Лера, что случилось? — хватает за руку и резко тянет на себя так, теряю равновесие и врезаюсь в него снова. — Я жду!

— С-слава… в… в больнице, — слезы льются из глаз, даже не пытаюсь их вытереть.

— Поехали, — разворачивается и уверенной походкой направляется на выход, все так же держа меня за руку, набирает водителя с просьбой того подъехать.

Всю дорогу до больницы он не отпускал моей руки, а мне было немного спокойнее понимать, что я не одна.

Сейчас не одна.

***

Поспешно несусь в отделение хирургии, узнать как моя девочка. Все мысли заняты о ней, я подбежала к первой встречной медсестре, чтобы узнать, где искать дочь. В какой-то момент показалось, что я потерялась в пространстве находясь огромном больничном холле, где в воздухе витает запах лекарств.

Стас. Он все время был рядом, наблюдал за мной со стороны. Мягко взял под локоть и повел на этаж выше.

— Мы в кабинет к лечащему врачу, там тебе все расскажут.

Это все, что я услышала от него. Не знаю, чего мне хотелось на тот момент больше. Чтобы он задавал вопросы, дабы отвлечь меня или же просто молчал как сейчас.

Грановский Александр Юрьевич, хирург с мировым именем, теперь лично ведет мою Славу на поправку. Арестов, если бы ты знал, кому ты так помог.

— Валерия Николаевна, не волнуйтесь. Операция прошла успешно, девочка спит. Скажите спасибо воспитательнице, она вовремя ориентировалась и вызвала скорую помощь. При поступлении у Вячеславы Станиславовны взяли на исследование общий анализ крови и мочи, провели УЗИ и сразу прооперировали. Девочка будет спать до завтрашнего утра. Вам не о чем беспокоиться.

— Я могу остаться с ней? — глаза цвета неба, принадлежащие человеку напротив, кажутся добрыми, у меня даже мыслей нет, что меня не пустят к дочери.

— Сегодня никак простите, — снимает очки, проводит рукой по лицу, снимая усталость.

— VIP-палата для девочки и мамы, счет сюда. — голос полный стали, звучит властно и холодно, аж до костей пробирает. Черт, я и забыла, что он еще здесь.

— Станислав Андреевич, я понимаю, вы переживаете за дочь. Но сейчас к ней в любом случае нельзя. Я могу выделить палату, но раньше того времени пока девочка не придет в себя, вам туда вход воспрещен! — пылкая речь доктора застала меня врасплох, а глаза цвета изумруд прожгли дыру в спине. Прикрываю веки и делаю глубокий вдох, мысленно готовлюсь к распятию. Он не оставит это просто так, он выяснит все сразу. Сегодня же.

— Нас все устраивает.

***

Переступив порог дорогой VIP-палаты, вжалась в стену у двери, готовая при случае совершить побег. Мне необходимо держаться с ним на расстоянии иначе он меня поглотит.

От него исходит колоссальная, мощная сила, не смотря, на холодный взгляд, которым он меня окатил, я успела заметить злость вперемежку со счастьем. Несовместимые эмоции столкнулись в одной точке, означающие бурю с непредсказуемым концом.

Он стоит спиной ко мне у окна, в костюме, явно сшитом на заказ, который безупречно сидит на нем, подчеркивая спортивную фигуру. Его элегантный стиль дополняет модная стрижка, уверенна, что барбершоп ему приходится посещать раз в месяц для того, чтобы убрать кучерявые пряди волос. Высокий мужчина с легким прищуром и задумчивым взглядом наблюдает за солнцем, прячущимся за горизонт. Со стороны кажется, что он полностью расслаблен, но это только обман.

— Стас, я… — ей-богу, с чего начать-то?

— Помолчи. — стальной голос, полон металлических ноток, заставляет меня неосознанно трястись.

Вжимаюсь в стену, желая с ней слиться, мое лицо искаженно гримасой боли и страха. Тело трясет, слёзы катятся по щекам крупными каплями, я не успевала их вытирать, лишь размазывала по лицу, наплевав на тушь. Пряди волос прилипают к мокрым щекам, укладка сделанная утром растрепалась. Взгляд испуганной овечки и внешний вид говорил сам за себя. Мне страшно.

— Стас, пожалуйста, — его фигура отражалась в окне, я заметила, как его обманчиво спокойное лицо сморщилось от отвращения, вызывая адскую боль во мне.

— Ле-ра, что я сделал, что не заслужил права знать о ней? — холодный, тихий голос гулким эхом разнёсся по комнате, вызывая во мне снова дрожь.

— Я собиралась… сказать… честно… — «как только была бы уверена, что она нужна тебе» думала про себя, едва не огласив мысли вслух.

— Когда? — он разворачивается, скрестив руки на груди, смотрит на меня в упор. В его глазах плещется ненависть ко мне и боль за упущенные годы.

— Когда была бы уверена, что она тебе нужна. — Как же больно такое говорить, отцу своего ребенка.

— Была бы уверенна? Ты серьезно, Ле-ра? — голос его разносится по комнате, как гром в небе, заставляя сжаться в комок. Уверенной походкой он направляется в мою сторону, в глазах его плещется злость, он готов размазать меня на месте. Резкий удар пришелся в паре сантиметров от меня, припечатывая мое тело намертво к холодной стене.

— Я искала тебя… — закрываю глаза, глотая горькие слезы, скатываюсь по стене на пол, обхватив плечи руками.

— Искала? — до моего уплывающего сознания доносится неуверенный голос, понимаю, он не верит мне.

— Да, искала…я искала тебя… — повторяю, уплывая.

10

СТАС

«Вы переживаете за дочь… Вячеслава Станиславовна» звучит набатом в голове не переставая, прокручиваю моменты встречи с маленькой девочкой, вспоминая лучезарную улыбку и отблески счастья в детских глазах. Помню, как Костя говорил, что у племянницы скоро день рождения.

Семь лет. Почти семь лет назад я был с ней. А сегодня я узнаю, что у нас есть дочь. Сука. Вспоминаю о времени, проведенном вместе, мысленно задаю вопрос «Моя ли она?» Да. Черт, у меня есть дочь, кому скажи, не поверит. Арестов и мимо… вот такие вот дела.

Юная принцесса с зелеными глазами как весенняя листва, с буйными волосами цвета шоколада. С этой девочкой я толком незнаком, но что-то мне подсказывает, что она не умеет сидеть на месте.

Только не сейчас. Сейчас Слава на больничной койке, хоть и с лучшим уходом и персоналом под боком, знаю, ей страшно. Я оплатил палату, сам того не подозревая, для нее. Завтра я ее увижу, посмотрю в озорные глазки и познакомлюсь, поговорю с ней…

— Стас, я… — бл*ть, Ле-ра.

— Помолчи. — прозвучало грубо и не хрена не осознанно. Гребанные эмоции.

— Стас, пожалуйста, — ее голос полон жалости и сострадания заставляет морщиться от боли.

— Ле-ра, что я сделал, что не заслужил права знать о ней? — я понимаю, что не лучший экземпляр на роль отца. Трудоголик до мозга костей, у меня компания давно стоит на первом месте. О семье и детях даже не задумывался, просто не имел представления о счастливой семье. Нет, мои родители до сих в браке и верны друг другу. У меня перед глазами хороший пример. Просто я еще не встретил ту самую, что подарит мне семью. Все это время в моем окружении были девушки, не созданные для семьи и материнства.

— Я собиралась… сказать… честно… — почему я ей верю? Наверно потому что это та самая девочка с Сантандер, которая не умеет врать.

— Когда? — разворачиваюсь, чтобы посмотреть в ее мокрые от слезы глаза, тушь размазалась по лицу, пряди волос прилипли к щекам, рисуя свои узоры. Злюсь на себя оттого, что довел ее до такого состояния. Сука.