С. Стивенс - Легкомысленные

Ознакомительный фрагмент

Пит с любопытством взглянул сперва на меня, потом на Келлана. Тот улыбнулся и указал на нас бутылкой:

– Пит, это мои новые соседи, Денни и Кира.

Пит кивнул и смерил меня взглядом:

– Двадцать один есть?

Я нервно улыбнулась:

– Да, в мае исполнилось.

Интересно, что бы он сделал, будь мне меньше, а я сидела бы с пивом.

Очередной кивок.

– Хорошо. Помощь мне понадобится, и скоро. Сможешь выйти в понедельник, в шесть вечера?

Я посмотрела на Денни, гадая, не следовало ли сперва посоветоваться с ним. Учитывая, что днем он будет занят на своей стажировке, нам останутся только ночи. Но он улыбался, а когда я вопросительно вскинула брови, украдкой кивнул.

– Да, это подходит. Спасибо, – сказала я тихо.

Вот так, не проведя в новом городе и суток, я нашла работу.

Глава 3

Новая работа

Я с удовольствием прослушала концерт целиком. Ребята знали свое дело, а Келлан был неподражаем. Я немного дивилась тому, что его до сих пор никто не раскрутил. Он обладал харизмой, способной сделать его прибыльной рок-звездой, – талантливый, соблазнительный и чертовски сексуальный. У группы уже даже были фанаты: не успели ребята начать выступление, как все пространство перед сценой заполнилось людьми.

Денни потащил меня ближе, к границе площадки, где было свободнее и нам удалось бы потанцевать. Группа исполняла незатейливую и очень заводную композицию, и Денни крутнул меня, а затем привлек к себе, и мы образовали пару. Я рассмеялась и обняла его за шею. Он наклонил меня, и мне стало еще веселее. «Чудилы» играли в основном быстрые песни, но нас с Денни это вполне устраивало, и нам было легко.

Время от времени я поглядывала на группу. Келлан двигался в такт и кокетливо улыбался, выпевая слова. Он завораживал, и чем дальше, тем чаще я смотрела на него. Наблюдая, как извивается его тело, я заметила, что Гриффин сердито косится на Мэтта. Тот, даже не взглянув на него и не пропустив ни ноты, исхитрился показать ему средний палец, и мы с Денни покатились со смеху, а Гриффин закатил глаза. Эван тоже посмеивался, следя за группой и медленно покачивая головой. Келлан то ли не заметил случившегося, то ли проигнорировал это. Он полностью сосредоточился на восторженной толпе.

Иногда Келлан сам брал гитару и играл с Мэттом. Она была не такой мощной, и разница в звучании создавала приятную гармонию. Первые аккорды медляка Келлан взял в одиночку, и я невольно подметила, что он отличный гитарист – наверное, не хуже Мэтта. Большая часть публики перед сценой продолжала прыгать и веселиться, невзирая на смену ритма, но некоторые пары неподалеку от нас с Денни слились в медленном танце.

Денни привлек меня ближе и приобнял за талию. Он глуповато ухмылялся – так, как мне всегда нравилось. Я вздохнула, полная счастья, и снова обвила руки вокруг его шеи. Погрузив пальцы в его темную шевелюру, я поцеловала Денни. Когда музыка стала пронзительнее, я крепко прижалась к нему, положила голову ему на плечо и вдохнула его родной, волшебный запах. Поверх плеча Денни мне был виден Келлан. Тот улыбнулся мне в паузе, и я ответила тем же. Затем он подмигнул. Я удивленно захлопала глазами, и он рассмеялся.

Они сыграли очередную быструю композицию. Большинство пар вернулись к веселой пляске, но мы с Денни остались стоять, целуясь и улыбаясь друг другу. Когда песня закончилась, гомон толпы перекрыл голос Келлана – на сей раз тот не пел, а говорил.

– Спасибо всем, что вы пришли сегодня.

Он выдержал паузу в ожидании, когда улягутся вопли восторга. Затем чарующе улыбнулся и поднял палец:

– Я хочу воспользоваться случаем и представить вам моих новых соседей.

Палец указывал прямо на нас. Я сильно покраснела, но Денни рассмеялся и притянул меня к себе, продолжая держать за талию. Я глянула на Денни, закусила губу и пожалела, что мы не ушли после медленного танца. Он усмехнулся и поцеловал меня в щеку, в то время как Келлан огласил наши имена всему бару.

Готовая провалиться сквозь землю, я уткнулась Денни в плечо, а Келлан бодро продолжил:

– Хочу вас обрадовать: Кира вливается в счастливую семью Пита и приступает к работе в понедельник.

Толпа взвыла вновь – не знаю почему. Я зарделась и зыркнула на Келлана, отчаянно желая, чтобы он замолчал. Но он только рассмеялся:

– Прошу вас быть с нею любезными. – Он посмотрел на своих товарищей, которые по-хамски лыбились мне. – Особенно тебя, Гриффин.

Келлан пожелал публике доброй ночи, что породило новые крики. Затем он сел на край сцены. Теперь, когда он оставил меня в покое, мне полегчало, и я захотела подойти и сказать ему, насколько он хорош. Но в этом явно не было нужды. К нему сразу слетелось не меньше пяти девиц. Одна принесла пиво, другая запустила пятерню в его волосы, а третья вообще уселась к нему на колени. Я точно видела, что она лизнула его в шею. Отметив это, я заключила, что моя поддержка ему ни к чему. Достаточно будет похвалить его утром.

Мы с Денни ушли вскоре после окончания концерта и дома буквально рухнули на постель в изнеможении. Не знаю точно, когда вернулся Келлан, но точно намного позже нас, а потому мне было естественно удивиться утром, когда я заспанная спустилась и обнаружила его сидевшим за столом и полностью одетым – до того безупречного, что зло разбирало. Он пил кофе и читал газету.

– Доброе утречко, – сказал он, пожалуй, чересчур бодро.

– Угу, – проворчала я.

Итак, он был не только талантлив и привлекателен, но и умел обходиться недолгим сном. Это меня немного рассердило.

Я подцепила кружку и налила себе кофе, пока он дочитывал газету. Наверху зашумела вода: Денни отправился в душ. Я села напротив Келлана.

Он улыбнулся, едва я устроилась. На миг мне стало неловко в ночной одежде: на мне были только майка и трусы. Я испытала раздражение при виде его чересчур ухоженного лица. Почему столько достоинств – и одному? Вопиющая несправедливость. Затем я вспомнила рассказ Денни о Келлане и его отце. Это остудило мое негодование. Этому красавчику не всегда приходилось легко.

– Ну, что скажешь? – осведомился он весело, как будто заранее знал ответ.

Я попыталась насупиться, словно бы хотела назвать его выступление редким дерьмом, но не сумела и вместо этого рассмеялась:

– Вы клевые ребята. Серьезно, это было невероятно.

Он улыбнулся и кивнул, вновь принимаясь за кофе. Не новость, значит.

– Спасибо, я передам парням, что тебе понравилось. – Он покосился на меня. – Уже не так непристойно?

Я начала краснеть, вспоминая вчерашний разговор, но затем в моей памяти пронесся концерт. Мне с некоторым удивлением пришлось признать, что он действительно убавил чувственность. Конечно, он продолжал кокетничать, но уже не так откровенно.