Обитель Солнца (СИ) - Московских Наталия

Кара вздохнула, нагнулась и подняла упавший фрукт.

— Ты же не есть его собралась? — Аэлин удивленно приподняла бровь.

— Нет, — буркнула Кара. Она направилась к участку улицы, где росла аккуратно скошенная трава и небольшое деревце. Почти с любовью положив яблоко на траву, Кара несколько мгновений посмотрела на него и кивнула. — На дороге это просто мусор. На траве оно сгниет и станет благодатной пищей для земли, и твой перевод продуктов хотя бы не будет таким бесполезным.

Аэлин нервно усмехнулась, ощутив мимолетный укол стыда.

— Если б я спросила о твоей реакции, я бы получила только слова, а не прямое подтверждение.

— Считаешь, мне был резон об этом врать? — хмыкнула Кара.

— Считаю, что тяжеловато оценить себя со стороны, — пожала плечами Аэлин, протягивая Каре яблоко. — Держи. Больше кидать не буду, обещаю.

— У меня достаточно фруктов во дворце.

— Но не каждый из них протянут охотницей с материка в знак примирения, — улыбнулась Аэлин. — Не злись. Веришь или нет, но для меня ты — загадка не проще Мальстена. Ему я тоже не с первого дня начала верить на слово.

Обыкновенно Кара терпеть не могла, когда ее сравнивают с Мальстеном, но на этот раз почему-то не разозлилась. Вместо того она отметила, что это был первый раз, как Аэлин упомянула имя данталли после инцидента на арене.

Не став развивать эту тему, она, наконец, приняла яблоко из рук Аэлин и с аппетитом вгрызлась в него, вызвав у спутницы дружественную улыбку.

— Что ты так смотришь? — проглотив кусок, спросила она.

— Пытаюсь понять, с чего Мальстен взял, что у тебя нет сердца.

Кара нервно усмехнулась.

— Он так сказал? Что ж, я почти польщена.

— Нет, он так не говорил, но я прекрасно слышала, что он имел это в виду.

— Что ж, как бы то ни было, не понимаю, как ты установила его неправоту по откушенному куску яблока, — усмехнулась Кара.

— Между прочим, о человеке можно много чего сказать, глядя на то, как он ест. Сердце у тебя есть. Больше тебе скажу: ты даже не жестокая. Ты становишься такой, только если вынудят. Не скажу, что ты этим гордишься, хотя иногда ты позволяешь себе насладиться местью. Я угадала?

Кара уставилась на Аэлин, широко распахнув глаза.

— У тебя среди предков агррефьеров не водится?

Услышав этот вопрос, Аэлин заливисто расхохоталась.

— Не поверишь, но Мальстен задавал мне тот же вопрос, — сквозь смех объяснила она. Кара прищурилась.

— Раз уж тема Мальстена перестала быть для нас запретной, и ты уже несколько раз сама упомянула его имя, может, скажешь, что думаешь о той сцене в цирке?

Смех Аэлин оборвался так же быстро, как начался. Она заметно помрачнела.

— По-моему, лучше задать этот вопрос тебе, — ответила она. — Ты наблюдала отношения Мальстена и Ийсары в прошлом. Что ты о них скажешь?

Кара пожала плечами.

— Я не особенно следила за тем, с кем Мальстен спит. Но знаю точно, что Ийсара не была единственной. — Аэлин поморщилась, и Кара укоризненно посмотрела на нее. — Смягчать ничего не собираюсь, учти. Не хотела слышать неприятного, не надо было задавать этот вопрос.

Аэлин невесело усмехнулась.

— Вот, что значит, женщина аркала. Ничего, выдержу. Пусть мое выражение лица тебя не заботит, — ответила она.

— Как скажешь, — серьезно согласилась Кара. — Их было несколько. Четыре точно, может, больше. Все циркачки, но проводил он с ними не больше одной-двух ночей. После как-то мирно расходились. Подробностей не знаю, я в них не вдавалась. — Она вздохнула и нехотя продолжила: — Ийсара почему-то задержалась дольше. Похоже, она положила на него глаз с самого начала его работы в цирке. Надо признать, он долго сторонился ее внимания, но потом…

Она замолчала, и Аэлин кивнула, прекрасно понимая, что было потом.

— Как думаешь, он… ее любил? — выдавила охотница.

Кара крепко задумалась, а затем медленно покачала головой.

— Не думаю. То есть… он был с ней галантен и вежлив, всегда выражал уважение, никогда не относился к ней свысока. Но любви я в его глазах не видела.

Аэлин хмыкнула.

— В глазах Мальстена нужно приноровиться что-то рассмотреть.

— Тем не менее, то, что он любит тебя, у меня сомнений не вызывает, — ухмыльнулась Кара. — Причем, похоже, настолько самоотверженно, что готов будет спасать тебя любой ценой. Это ведь тоже видно. Не говори, что не видишь этого сама.

Аэлин нечего было на это возразить.

— Даже если после этого я его возненавижу…

— Даже если так, — кивнула Кара. — Бэстифар говорил, что Мальстен хотел всеми силами оградить тебя от Колера… — Она вдруг запнулась. Несколько мгновений она молчала, лицо ее подернулось тенью. Затем она решительно взглянула на Аэлин. — Кстати, об этом, — Кара кивнула. — Грядет война, ты ведь понимаешь? Колер вряд ли отступится от своей цели. Он любой ценой хочет убить Мальстена, и Бэстифара его намерения стороной не обойдут.

Аэлин заметила этот воинственный блеск в глазах Кары и изучающе склонила голову.

— Я это знаю. И я сказала Мальстену, что никуда не побегу, когда это случится.

— Да. Я понимаю. Я тоже. — Кара многозначительно кивнула. — Я прекрасно вижу, что ты всегда начеку, всегда готова отражать атаку, откуда бы она ни пришла. Ты выжила, сражаясь с иными на материке, а значит, ты опытный боец.

Аэлин понимала, куда она клонит.

— Хочешь, чтобы я тренировала тебя? — прищурилась она.

— Я вовсе не новичок, как может показаться! — воинственно воскликнула Кара. — Мне доводилось… держать в руках оружие и применять его, чтобы защищать себя. Но я прекрасно понимаю, что впереди нас ждут не простые уличные стычки. Для военных сражений я не подготовлена.

Аэлин передернула плечами.

— На Войне Королевств я тоже не сражалась, — напомнила она.

— Твои навыки отмечали даже кхалагари, которых Бэстифар отправлял на материк. — Кара буравила ее взглядом. — Аэлин, я не стану прибегать ни к угрозам, ни к мольбам. Ты знаешь, почему я об этом прошу. Спрашиваю один раз и без подвоха: ты поможешь, или нет?

Несколько мгновений охотница молчала, пораженная решимостью царской любовницы. А затем:

— Да, — кивнула она. — Да, помогу.

— Прекрасно! — встрепенулась Кара. — Когда начнем?

— Хоть бы и прямо сейчас, — улыбнулась Аэлин.

Кара напряглась, оглядевшись по сторонам, и когда она вновь перевела на охотницу глаза, в горло ей смотрело острие искусно спрятанного стилета, который Аэлин каким-то образом умудрялась не демонстрировать все это время, храня его в правом рукаве и маскируя одеждой.

— Урок первый, — кивнула она, — никогда не отворачивайся от потенциального противника. Тренируй боковое зрение и учись реагировать на опасность всем телом.

— Ты все это время была при оружии? — изумилась Кара.

— Урок второй: всегда рассчитывай на то, что противник вооружен. В случае с иными это почти всегда так.

Кара вздохнула, и Аэлин ловким движением убрала стилет обратно в рукав.

— Как его не обнаружили при обыске?

Охотница пожала плечами.

— Паранг отвлекал на себя внимание. Урок третий: женщин всегда досматривают менее тщательно. Более… гм… развязно, и от этого всегда гадко, но внимание досмотрщиков часто смещается. И в этом — большая ошибка.

— Всегда иметь при себе спрятанное оружие, которым можно легко воспользоваться, — хищно улыбнулась Кара.

— И которое будет максимально незаметно. Идеально, если это будет украшение, которое привлечет немного внимания своей ценностью. — Взгляд охотницы сделался холодным и серьезным. — Должна тебя предупредить: обучиться сражаться, как я, можно, только постоянно оставаясь бдительной. Если ты действительно хочешь учиться, с этой минуты нападения нужно будет ждать, откуда угодно, а реагировать на него придется тем, что окажется под рукой. Теперь скажи честно: ты готова променять спокойную дворцовую жизнь на такое обучение?

Кара опустила голову, но, вопреки ожиданиям Аэлин, на лице ее отразился не смиренный отказ от своей затеи, а печальная усмешка.