Целуй и молчи - Меган Куин

верить твоим словам? – Она бросает на меня мимолетный взгляд. – Как я вообще могу доверять тебе?

Не знаю, что на это ответить. Слова вертятся на кончике языка, но в голове беспорядок. Алкоголь начинает действовать, и реакция замедляется.

– Так я и думала. – Винни тянется к ручке, и я быстро кладу руку на дверь, не давая открыть ее.

– И это все? – спрашиваю я ее. – Просто возьмешь и уйдешь? Откажешься от нас?

Она делает глубокий вдох, а затем смотрит на меня.

– В прошлых своих отношениях я терпела дольше необходимого. Цеплялась за каждое слово, отчаянно искала одобрение. Я чувствую, что с тобой совершаю ту же ошибку, только на этот раз все хуже.

– Я не такой козел, как Джош, даже не ставь нас рядом.

Она качает головой.

– Я говорю о другом. Хуже, потому что чувства к тебе гораздо сильнее. Джош сломал меня, но я знаю, что ты, Пэйси, можешь уничтожить меня. А если так и случится, некому будет помочь мне подняться и жить дальше.

Она открывает дверь, и я ощущаю новый приступ паники.

– И все, ты сдаешься? Один спор, и ты готова покончить с нами?

– Это не просто спор, Пэйси, проблема в отсутствии доверия. А что у нас тогда остается? После всего, что я тебе рассказала, ты должен понимать, как трудно мне верить мужчинам.

– Черт, Винни. Прости, что я промолчал о Джоше, не думал, что это важно. И я разозлился. На меня столько всего навалилось, что я плохо контролирую то, что вылетает из моего рта.

– Ты прав, у тебя непростой период, и, наверное, лучше нам расстаться до того, как мы слишком глубоко увязнем во всем этом.

– Слишком поздно! – кричу я, когда она выходит за порог моей квартиры. – Я уже увяз слишком глубоко, я уже влюбился. Винни, если ты уйдешь от меня, я сломаюсь.

Она смотрит мне прямо в глаза и говорит холодным, бесстрастным голосом:

– Пэйси, ты первый все разрушил.

А потом она отворачивается и катит свой чемодан по коридору, прочь от моей квартиры.

– Черт! – кричу я, затем захлопываю дверь и падаю на пол. Давлю на виски, тяну за волосы, подтягиваю колени к груди и чувствую, как в голове зарождается тупая пульсация. Так я провожу остаток вечера, пытаясь понять, как мог упустить шанс на лучшее возможное будущее, будущее рядом с Винни Берлин. И не исключено, что этот шанс упущен навсегда.

Тейтерс: Мужик, как дела?

Хорнсби: Проверка связи.

Поузи: Заказать тебе ужин? Что предпочитает Винни?

Холмс: Все нормально?

Тейтерс: Слушай, мы в курсе, что ты не можешь оторваться от Винни, но нам бы только узнать, как ты.

Хорнсби: Было бы здорово, если бы ты написал нам.

Поузи: Судя по всему, ужин отменяется?

Холмс: Мужик, мы ждем ответ.

Хорнсби: Тейтерс сходит с ума.

Поузи: Я попытался успокоить его конфетами, но он отказался. Парень себе места не находит, как и мы все.

Лоус: Я облажался, и Винни ушла.

Тейтерс: Черт, что случилось?

Хорнсби: Мужик, дерьмово. Сочувствую.

Поузи: Она уехала домой?

Холмс:…прием?

Глава 24

Винни

Мой чемодан катится позади, напоминая о пустых обещаниях, о том, символом чего он мог стать.

Приключение. Предвкушение. Легкость.

Но вместо этого он – лишнее напоминание о том, что мне никак не удается прийти в себя. Останавливаюсь у двери дома, где мы живем с Максом и Кэтрин, и начинаю искать ключ. Роюсь, ища связку, но тут дверь открывается, и я вижу любимую подругу в халате. Волосы убраны в пучок, на носу очки, в глазах осуждение.

– Ты потеряла ключ? – Она скрещивает руки на груди.

– Никак не могу найти его.

Она вскидывает руки вверх и говорит:

– Тогда придется вызывать слесаря и сменить замок, нам нужен новый комплект.

Она поворачивается и идет прочь, я же вздыхаю, заношу чемодан внутрь, а потом оставляю его в коридоре.

– Как ты узнала, что я стою под дверью?

– Камера в звонке, – говорит она, осматривая меня с ног до головы. – Ты как будто грустишь. Что-то случилось?

– С кем ты разговариваешь? – спрашивает спускающийся по лестнице Макс. Заметив меня, он быстро преодолевает оставшиеся ступеньки и заключает меня в крепкие объятия.

Стоит мне ощутить прикосновение друга и привычный комфорт, как эмоции вырываются наружу. И не успеваю я опомниться, как начинаю горько плакать, утыкаясь в его грудь.

– Вот черт, Винни, что происходит?

– Она потеряла ключ, – объясняет ему Кэтрин. – Поверь, я тоже расстроилась, но вызову слесаря, и мы все уладим. – Едва касаясь, она похлопывает меня по плечу.

– Кэтрин, сомневаюсь, что дело в ключе. – Макс ведет меня по коридору в гостиную, где мы садимся на диван. Он гладит меня по голове и спрашивает: – Что случилось? С Пэйси все хорошо?

Я качаю головой.

– Я же говорил, что дело не в дурацком ключе, – язвит Макс.

– Ну, если бы я потеряла ключ, то сокрушалась бы не меньше.

– Именно поэтому ты до сих пор одна, – парирует Макс.

– Твое замечание лишено смысла, потому что мы оба до сих пор одни.

Поднимаю голову и заплаканными глазами смотрю на обоих.

– Что здесь происходит?

Макс наклоняется ближе.

– Она сводит меня с ума. Только после твоего отъезда я понял, что ты была для нас своего рода буфером.

Кэтрин машет рукой в сторону Макса.

– Ему плевать на мои просьбы.

– Повторяю в десятый раз: мы не станем покупать упаковку с двенадцатью электрошокерами. Ни одному здравомыслящему человеку не нужно столько электрошокеров.

– А ты откуда знаешь?

Макс сжимает переносицу и делает глубокие вдохи и медленные выдохи, чтобы успокоиться. Закончив, он смотрит на меня и с нежностью спрашивает:

– Что случилось с Пэйси?

– Мы расстались, – отвечаю я и, вспомнив, что произошло, начинаю реветь еще сильнее.

Пэйси оказался прав – расстояние между Сиэтлом и Ванкувером действительно не такое уж большое, но для меня дорога была невыносимой, потому что я мысленно снова и снова прокручивала в памяти подробности нашей ссоры.

Я откидываюсь на спинку дивана и смотрю в потолок.

– Я случайно наткнулась на Джоша.

– Что? – выплевывает Макс.

– Боже мой, он что, следил за тобой? У меня есть знакомый в полиции, мы можем быстро получить судебный запрет. – Кэтрин щелкает пальцами.

Качаю головой.

– Нет, просто безумное совпадение. Когда я была в Банфе, Джош связался со мной…

– Подожди-ка, почему мы узнаем об этом только сейчас? – недоумевает Макс. – О таком дерьме