Пока не закончатся звезды - Инма Рубиалес

– Покажи мне, как ты симулируешь оргазм.

Напряжение резко спадает. Майя старается не засмеяться.

– Я не могу без контекста. Мне нужно вдохновение.

– Вдохновение, говоришь? – Усмехнувшись, я с силой затаскиваю ее к себе на колени, любуясь открывшимся мне видом. Кладу руки ей на талию, а она упирается ладонями в мою грудь. Наши лица очень близко. – Достаточно вдохновения? – спрашиваю я.

Она качает головой, и я снова целую ее, медленно, неторопливо, обстоятельно, чтобы насладиться как следует. Я глажу ее по спине и притягиваю ближе.

Майя стонет, и я с улыбкой отстраняюсь.

– Это все, на что ты способна?

– Я не могу притворяться, когда ты так хорошо это делаешь.

Мое эго сейчас? О, ради всего святого. Спасибо.

Смеясь, я переворачиваю ее на спину, а затем наклоняюсь к ней, чтобы продолжить целовать. Я мог бы делать это весь день напролет. Быть с Майей так легко, что иногда я удивляюсь, как мне удавалось так долго обходиться без нее. Забавно, не правда ли? Кто-то приходит в твою жизнь в самый неожиданный момент и заставляет тебя взглянуть на мир по-другому.

– Если бы я хотела симулировать оргазм с тобой, то для начала произнесла бы твое имя, – шепчет Майя. – Тебе ведь это нравится.

Она права. Мне это нравится.

Но теперь я буду переживать каждый раз, когда она это делает.

– А потом принялась бы очень громко стонать. И закатывать глаза вот так, – продолжает она, демонстрируя это.

Я сдерживаю смех.

– Выглядит жалко. Ставлю тебе шестерку.

– Шестерку?

– Не хватает комплиментов. Ну знаешь: «Лиам, ты самый лучший парень на свете. Ты так меня возбуждаешь». И все в этом роде.

– Лиам, ты самый лучший парень на свете, – говорит Майя с чувством. – А твои четыре сантиметра? Боже, как они меня возбуждают…

Я затыкаю ей рот поцелуем, заглушая смех, и щекочу ее. Она визжит, извиваясь подо мной, а на моем лице расплывается улыбка, такая широкая, что больно щекам. Когда я наконец даю Майе отдышаться, она обхватывает мою шею руками и притягивает меня к себе. Мы продолжаем целоваться, не спеша, наслаждаясь близостью друг друга. Сейчас так легко забыть обо всем остальном. На какое-то время Адам и миллионы подписчиков, с нетерпением ожидающих моего возвращения в соцсети, исчезают. Остается только она.

Несколько минут спустя Майя лежит рядом, положив голову на подушку, и смотрит на меня. Кончики ее пальцев скользят по моим вискам, и я снова улыбаюсь.

– Лиам, – мягко зовет она.

Я наклоняю голову, чтобы поцеловать ее запястье. Она сглатывает, словно пытаяется найти нужные слова.

– Ты ведь понимаешь, почему я не считаю тебя засранцем? Ты хороший парень. И я так благодарна за все, что ты для меня сделал. Правда. Спасибо тебе. За то, что ты такой.

Есть люди, которые сыпят комплиментами направо и налево, но это не вызывает никаких эмоций. А есть такие, как Майя, которой достаточно лишь пары слов, чтобы растопить сердце.

– Не стоит благодарности.

– Но ты ее заслуживаешь.

– Ты мне очень нравишься. Ты знаешь это.

Она улыбается.

– Да, знаю.

А дальше происходит что-то очень странное. Мы молча смотрим друг на друга, и все невысказанные слова обжигают мое горло. Она даже не подозревает, что я скрываю. В чем хотел бы признаться. Я прекрасно знаю, что это такое, что это за чувство. У него есть название. И я бы даже осмелился ей сказать о нем, если бы не боялся, что она тут же сбежит.

За всю мою жизнь мне нравилось несколько девушек. Но ни с одной из них я не чувствовал этого стеснения в груди. Как и того прилива счастья, который охватывает меня каждый раз, когда я слышу смех Майи. Я никогда никем так не гордился, как ею. Она сильная, настойчивая, искренняя. Она забавная. И я верю, что она изменила меня в лучшую сторону и научила многому. Теперь я стал лучше.

И я не хочу, чтобы это заканчивалось. Черт, я хочу…

Майя улыбается и отводит взгляд, прервав мои мысли. Затем она прижимается ко мне, положив голову мне на грудь. Сердце ускоряет свой бег, словно говорит: «Чувак, ты нашел это. То, что ты ищешь, находится прямо здесь».

И это чистая правда. Это оно. Это она.

Обняв ее за талию, я думаю только о том, что не могу ей об этом сказать.

И что дальше будет только хуже.

27

Ты сияешь

Майя

Первую неделю совмещать две работы очень тяжело. Утро я провожу в баре, и у меня есть всего три часа, чтобы вернуться в квартиру Лиама, пообедать и переодеться в форму, прежде чем начнется смена в музыкальном магазине. Однако работа с Кларком – это как глоток свежего воздуха. Я убираюсь и навожу порядок на полках, составляю плейлисты, которые играют в зале, и, конечно же, обслуживаю покупателей. И хотя первые несколько дней Кларк внимательно следил за мной, к концу недели мне удалось завоевать его доверие. Теперь он время от времени уходит в подсобку, чтобы дать мне больше свободы, и я собой горжусь.

В понедельник я рассказываю Лизе о доме у озера, и, к моему удивлению, эта идея нравится ей даже больше, чем мне. Особенно когда она узнает, что сможет взять с собой кого-то еще. Мы договорились поехать туда в субботу днем, переночевать там и вернуться в воскресенье вечером, воспользовавшись тем, что у нее выходной. Она трещит об этом всю неделю, а я выслушиваю все ее переживания, потому что, в общем-то, для этого и нужны подруги.

В субботу утром я рано ухожу с работы и сажусь в машину, чтобы вернуться в Манчестер. Я прекратила ездить за рулем с тех пор, как Лиам переехал ко мне и стал каждый день возить меня в больницу. Однако я пытаюсь снова привыкнуть к вождению. Мне хочется иметь возможность передвигаться куда угодно и ни от кого не зависеть. Я завожу двигатель, пристегиваю ремень безопасности и делаю музыку потише, чтобы не отвлекаться. Затем выезжаю из города, рассеянно постукивая по рулю в ритм песни.

И даже не задумываюсь о том, что уже привыкла не сворачивать на дорогу к больнице.

Нужно кое-что купить, поэтому я заезжаю в супермаркет, а затем возвращаюсь в квартиру Лиама. Полчаса спустя лифт поднимает меня на третий этаж. Лиам дал мне ключи, и, будь на его месте кто-то другой, меня бы это напрягало – но с ним мне совершенно комфортно. Бросив пакеты в прихожей, я снимаю пальто и снова поднимаю их, чтобы отнести на кухню.

Лиам стоит спиной к двери, сосредоточившись на плите. Босиком, в спортивных штанах и мешковатой футболке. Он оборачивается ко мне, мокрые кудри падают ему на лоб, а на лице играет улыбка. И тут я чувствую, как в животе поднимается стая бабочек, которых не мешало бы вытравить дихлофосом.

– Привет, – просто говорит он.

– Ты что, отвечаешь за еду? Кто так решил и за что нас наказали?

Закатив глаза, он поворачивается спиной. Смеясь, я ставлю пакеты на стол и подхожу ближе. Обхватив его руку, чувствую под пальцами твердый бицепс. Я наклоняюсь, чтобы взглянуть: он готовит мясо в соусе, и оно выглядит великолепно.

– Пахнет приятно, – признаю я. Хоть я частенько дразню его, готовит он неплохо.

Приподняв брови, Лиам убавляет огонь до минимума и вытирает руки о полотенце. Затем он обхватывает меня за талию и притягивает к себе.

– Это был… комплимент? – он изображает удивление. – Кто ты такая и что ты сделала с Майей, которую я знаю?

– Эта Майя сейчас зарядит тебе в пах.

Лиам улыбается, в восторге от моей внезапной грубости.

– Вот это моя девочка. – И он прижимается своими губами к моим.

Бабочки снова начинают свой полет. И их больше, чем прежде. Мне нравится, что каждый раз Лиам встречает меня поцелуем. Последняя неделя с ним была просто прекрасной. Мы целуемся, когда нам этого хочется, спим вместе, шутим и пререкаемся как обычно. Никогда бы не подумала, что буду так сильно