Целуй и молчи - Меган Куин

на стуле и взяв вилку в руки, я чувствую на себе взгляды всех присутствующих.

Винни собирает вещи и хочет побыть одна, в чем, видимо, нуждается после того, как я усадил ее на столешницу в ванной и принялся ублажать ртом. Я заставил ее прислониться спиной к зеркалу, снова подтянул ее ноги к груди, а потом начал дразнить, играя с клитором до тех пор, пока она не задрожала. До сих пор слышу ее стоны и чувствую вкус ее возбуждения на языке.

Уверен, мы вели себя громко.

И я прекрасно понимаю, что, даже находясь в других концах дома, парни слышали нас. Если не всё, то мой удар по кафельной стене уж точно.

Но решаю не обращать внимания на пристальные взгляды, просто отрезаю кусочек яичницы и кладу его в рот.

– Знаете, сегодня утром я слышал странные звуки, – первым подает голос Тейтерс.

Ну вот, началось.

– Похоже на звуки, которые издает… возбужденный осел, – продолжает он.

– Ага, я тоже слышал, – добавляет Поузи. – Типа «и-и-и-а-а-а», «э-э-э-а-а-а».

Черта с два, не мог я выдать такое.

– Знаете, а я подумал, что больше похоже на селезня, которому прищемили клюв. – Хорнсби шлепает ладонями по столу, неудачно пытаясь изобразить птицу.

Парни показывают на него и кивают.

– Да, больше похоже на селезня, – соглашается Поузи.

Перевожу взгляд на Холмса, он опустил голову, но на лице улыбка. Наверняка он слышал больше остальных, ведь его комната в том же крыле, что и наши с Винни.

– Я сходил на задний двор, посмотрел, может, к нам забрел селезень, – продолжает Хорнсби, – но нет, там пусто. Слушай, Лоус, а ты сегодня утром не слышал странные звуки?

Продолжаю смотреть в тарелку и качаю головой.

– Нет.

– Странно, потому что, кажется, звуки доносились из вашей части дома. Холмс, у тебя в комнате есть селезни?

– Нет, но я припоминаю, что в какой-то момент слышал осла.

Холмс, нет, и ты туда же.

– Припоминаю, как уже однажды слышал этого селезня-осла. Дело было пару лет назад, в гостинице, припоминаете? – спрашивает Тейтерс.

Хорнсби щелкает пальцами.

– Я помню. Так громко стучали в стены, что кто-то вызвал охрану. – Видимо, я люблю бить кулаками по стенам. Даже не подозревал об этом до нынешнего момента.

– Эй, а разве этот ослик оказался, – все снова смотрят на меня, – не нашим другом Пэйси Лоусом? – спрашивает Поузи.

Понимая, что этим дело не кончится, откидываюсь на спинку стула и объявляю.

– Винни заслуживает большего уважения, поэтому я не собираюсь комментировать ваши реплики.

– Угу, – говорит Хорнсби. – Решили попрощаться перед твоим отъездом?

– Я отменил самолет.

Все сразу становятся серьезными и опять смотрят на меня.

– Что? – недовольно бурчит Тейтерс. – Тебя ждет Док, какого хрена ты отменил встречу? Если скажешь, что ради девушки, я тебя убью.

– Ради Винни, – говорю я и собираюсь продолжать, но тут Тейтерс швыряет вилку на стол.

– Да ты знаешь ее всего неделю, долбаную неделю, а уже отменяешь такую…

– Я поеду, куда собирался, – отрезаю я. – Но сегодня Винни предстоит встретиться с дядей, которого она никогда не видела, и с которым у нее может возникнуть конфликт, а потом поедет домой. Я хотел быть рядом, так что попросил потом поехать со мной в Ванкувер.

Напряжение чуть ослабевает.

– Когда ты планируешь отправиться в Ванкувер? – спрашивает Хорнсби.

– Сразу после того, как мы закончим с ее дядей. – Накалываю на вилку яичницу и говорю: – Обещаю, скоро проверю голову.

– Когда? – допытывается Тейтерс. Судя по виду, он все еще зол.

– Завтра. Я уже договорился с Доком, завтра в три у нас встреча.

– И можно позвонить ему, проверить? – спрашивает Поузи.

– Да на здоровье. Хочешь, попрошу записать тебя как контактное лицо?

– Не помешает, – соглашается Хорнсби. – А еще хотелось бы получать все записи, касающиеся твоего здоровья.

– Договорились, – с легкостью соглашаюсь я. – Что угодно, лишь бы вы отстали.

Парни обмениваются взглядами, и Поузи говорит:

– Не нравится мне, что он со всем соглашается. От этого мне как-то не по себе.

– Мне тоже, – признается Хорнсби. – Как считаешь, может, он ведет себя так потому, что вчера ему кое-что перепало?

– И утром тоже, – добавляет Хорнсби, а потом делает глоток апельсинового сока.

– Я думаю, оргазмы помогли ему расслабиться, – уже тише продолжает Поузи. – Моргни два раза, если оргазмы помогли. Моргни один, если ты в сексуальном трансе, из которого не знаешь, как выбраться.

– Господи, – бормочу я.

Хорнсби указывает на меня и выдает:

– Он моргнул один раз.

Запихиваю в рот остатки яичницы, как раз когда в гостиную заходит Винни. Она явно недавно приняла душ, волосы заплетены в косу, и в желтом сарафане ее фигура выглядит чертовски сексуально. В комнате повисает тишина, и она замедляет шаг, заметив, что все смотрят на нее.

Она тут же краснеет. Черт, ей стыдно.

– Значит Пэйси рассказал вам, что случилось? – спрашивает она.

– Нет! – практически выкрикиваю я. Черт, не хочу, чтобы она считала, будто стала темой мерзких разговорчиков. – Они…

– Он нам нифига не рассказал, – встревает Тейтерс. – Якобы слишком уважает тебя, чтобы обмолвиться хотя бы словом. Но мы все поняли по его ошалелому взгляду. – Тейтерс похлопывает меня по спине и поднимается со стула. – Ты нравишься этому парню… и сильно. – Он относит тарелку на кухню, ставит ее в раковину и перед тем, как уйти в свою комнату, добавляет: – Завтра жду от тебя новостей. – А после уходит.

– И мы отлично слышали Пэйси, его предоргазменное сопение ни с чем не спутать, – говорит Хорнсби, вставая из-за стола со своей тарелкой в руках. – Рад, что на этот раз ему помогла не его собственная рука.

Вот козел.

Он ставит тарелку в раковину и тоже уходит к себе.

– Я сделал для тебя веганские вафли, – сообщает Винни Стефан, пододвигая к ней тарелку с другой стороны островка.

– Спасибо, – смущенно отвечает она. С тарелкой в руках идет к столу и садится рядом со мной. Когда она оказывается рядом, я тянусь и кладу руку ей на бедро, давая понять, что все в порядке.

– Вы выдвигаетесь сегодня? – спрашивает Поузи.

– Да. Я решила, что время пришло, – говорит Винни, разрезая вафлю.

– Мы еще встретимся с тобой?

Винни поднимает голову, однако не успевает ответить, потому что я опережаю ее. Сжимаю ее ногу и говорю:

– Да, мужик. Теперь Винни моя девушка, так что вы будете часто ее видеть.

Глаза Поузи округляются, парень явно удивлен, но он быстро приходит в себя и отвечает:

– Значит, увидимся в Ванкувере.

– Ага, – отвечаю я, надеясь, что не бегу впереди паровоза.

– Отлично, – произносит Поузи. Затем они с Холмсом встают, относят