(Не)идеальный момент - Меган Куин

и набирает текст. – Я делаю заметки. Мы приложим все усилия, чтобы клуб состоялся.

* * *

У всех дам в руках по круассану, и каждая откусывает по кусочку.

Сочный, липкий, маслянистый и слоеный, с легким привкусом джема. Боже милостивый, это самое великолепное, что я когда-либо пробовала!

– О боже, как же это вкусно! – говорю я с набитым ртом.

– Если бы я не была так обеспокоена тем, что моя талия растет вширь, я бы ела их каждый день, – сообщает Лотти. – Рейн – наш личный шеф-повар, и он проводит весь день, готовя их. Он следит за тем, чтобы по утрам круассаны были обжигающе горячими. А его джем домашнего приготовления по вкусу словно запретный райский плод.

– Джей Пи пытается переманить Рейна, и он попросил меня помочь ему, – признается Келси. – Я же сказала ему, что ни за что не стану вмешиваться в этот бой.

– Умный ход, сестренка. – Лотти игриво смотрит на Келси сверху вниз.

– Знаешь, – Майла рассматривает свой круассан, – возможно, мне придется попросить Райота присоединиться к кампании «Захватить Рейна». Это же просто дружеское соревнование.

Лотти бросает свирепый взгляд на Майлу.

– Стоит ли мне напоминать тебе, что я дерзкая и не против пустить в ход свои ногти-когти?

Майла наклоняется ближе:

– Стоит ли мне напоминать тебе, что я выросла в семье военных, где меня научили постоять за себя? Я уничтожу тебя.

– Моя суперсила – тайный гнев, – парирует Лотти в ответ, заставляя нас всех хихикать.

– Для меня это ничего не значит. – Майла злобно сверкает глазами.

– Знаешь, – вмешивается Келси, – может быть, я просто сделаю вам всем одолжение и украду Рейна для Джей Пи, и тогда нам не придется воевать по этому поводу.

– Или же я могу просто взять и забрать его себе. – Я поднимаю руку.

Все девочки поворачиваются ко мне, и Лотти улыбается первой.

– Я думаю, ты прекрасно впишешься в нашу компашку.

– Согласна, – кивает Келси.

– Я тоже так думаю.

Я потягиваю свою «Мимозу» и улыбаюсь, потому что не могу не согласиться. Это именно то, что я искала: группу девчонок, с которыми я могла бы поговорить, сблизиться и просто посмеяться, когда мне кажется, что мир вокруг меня разваливается на части.

Конечно, у меня есть Брейкер, но в тот момент, когда мы не разговаривали, мне казалось, что у меня никого нет, и от этого у меня просто скрутило живот. Общаясь с этими девушками, заводя друзей, я выполняю один из пунктов моего контрольного списка – создаю круг доверия. Я знаю, что еще рано судить, но это может стать началом чего-то большего.

– Ты ничего не рассказала нам о свадьбе, – обращается ко мне Келси.

– Верно, – подхватывает Лотти. – Единственное, что я слышала, – это то, как потрясающе ты выглядишь в своем платье.

– Ты это слышала? – удивляюсь я.

– Ага. Брейкер рассказывал Хаксли. Я думаю, точная формулировка была такой: «Она выбила из меня дух».

– Вау, если Брейкер сказал это, я могу только представить, что скажет твой жених, – добавляет Майла.

Да, интересно, что бы сказал Брайан. Я знаю, что думает его мать – она не была сторонницей моего выбора. Ни одного из трех платьев, которые она заставила меня купить.

– Я уверена, ему оно понравится, – говорю я, хотя не могу быть полностью в этом уверена, особенно после его вчерашней реакции на мою прическу и наряд.

– Где состоится свадьба? – спрашивает Келси.

– В клубе «Пирс 1905», – отвечаю я. – Семья Брайана – члены этого клуба. Свадьба состоится в саду.

– О, должно быть красиво! – мечтательно произносит Келси.

– Да. – Я вздыхаю и понимаю, что, возможно, это был бы хороший способ сблизиться с девочками. Связь на более глубинном уровне. – Это не идеальное место для меня, но я вроде как должна отмечать свадьбу именно там, поскольку моя будущая свекровь – дальняя родственница самого Люцифера.

– Неужели? – Лотти ставит свой бокал и поворачивается ко мне. – Она одна из тех мам, которые хотят все контролировать?

– Ага. У мамы на уме самая настоящая свадьба, и ни одна из моих идей даже не рассматривается ею как стоящая.

– Как ей это сходит с рук? – хмурится Келси. – А Брайан знает?

– О да, он знает, и ему это безразлично. Он продолжает твердить, что я должна позволить его матери принимать все решения, потому что свадьба для его семьи – это не союз по любви. Скорее шоу с участием лошадей и пони. У меня, как вы понимаете, иное мнение.

– Э-э-э, и почему Брайан тебя не поддерживает? – интересуется Лотти.

Отличный вопрос.

– Он маменькин сынок, и я почти уверена, по его мнению, он должен делать все, чтобы угодить матушке, также известной как Бив. Он постоянно ищет одобрения своих родителей, и это всего лишь один пример его поведения.

– Ну, это просто смешно! – возмущается Келси. – Хотя мне нравится это прозвище. Ваша свадьба должна стать одним из самых особенных дней в вашей жизни, а не фантазией на тему любви в понимании матери мужа.

– Согласна. Брейкеру довольно хорошо удалось сгладить углы и не усугублять еще больше. Свекровь хотела, чтобы мы обвенчались в церкви, но Брейкер помог перенести свадьбу в сад. Платья, которые она выбрала для меня, были ужасными, и Брейкер настоял на других вариантах. Честно говоря, я бы пропала без него.

Келси и Лотти обмениваются понимающим взглядом, прежде чем снова повернуться ко мне.

– Это потому, что Брейкер всегда думает о тебе в первую очередь, – мягко произносит Келси. – Он действительно дорожит тобой. Я уверена, он не говорит тебе всего, что говорит нам, но ты для него – номер один. В этом нет никаких сомнений.

Я оглядываюсь через плечо и вижу Брейкера, смеющегося со своими братьями и Райотом. Все они держат в руках по «Кровавой Мэри» и выглядят при этом как кучка фитнес-моделей из мужского журнала, готовящихся к своей следующей съемке. В эту секунду Брейкер бросает на меня взгляд, и от его простого подмигивания в мою сторону у меня внутри все переворачивается.

– Да, он всегда ставит тебя на первое место, – подхватывает Лотти, когда мы все делаем по глотку из стаканов с напитками.

* * *

– Ты пробовала круассаны? – спрашивает Брейкер, присаживаясь на край моего шезлонга и кладя руку мне на голень.

– Ага, – киваю я, ощущая тепло его ладони.

– И…

Я пытаюсь смотреть куда угодно, только не ему в глаза, но это бесполезно. Они ярчайшего синего цвета, а это значит, что они притягивают меня своим успокаивающим теплом.

– Они оказались фантастическими, – удается мне выдавить из себя.

– Я же говорил тебе! – Он сжимает мою голень. – Мне показалось, что