Сокрушенная империя - Эшли Джейд

class="p1">Парень распахивает глаза от удивления, но я прижимаюсь к нему и урчу:

– В восемнадцать уже можно.

Он опускает взгляд на мое декольте и улыбается.

– Тогда налей-ка моей новой подруге газировку. – Он нехотя отводит от меня взгляд и смотрит на Оукли. – А мне еще пива.

Ноздри Оукли раздуваются, пока он наливает ему напиток, и на мгновение мне кажется, будто он собирается вылить это пиво ему на голову.

– Бьянка, какого хрена ты здесь делаешь?

Проигнорировав острую боль в груди, я усмехаюсь.

– Я была неподалеку.

Очевидно, ничего не понимая, парень смотрит на нас.

– Вы знакомы?

Глаза Оукли превращаются в крохотные щелки, а затем он протягивает мне стакан с газировкой.

– Да, она моя…

– Соседка. – Я провожу пальцем по ободку стакана и перевожу все свое внимание на парня, сидящего рядом со мной. – Оукли снимает у моего отца гостевой домик на нашем заднем дворе.

Он присвистывает.

– Гостевой домик? Звучит круто.

– Так и есть. – Сняв одну туфлю, я провожу голой ступней по его ноге. – Заходи посмотреть. Отец уехал из города по работе, так что весь дом будет в нашем распоряжении.

Его взгляд становится заинтригованным.

– Правда?

Краем глаза я замечаю, как напрягается челюсть Оукли.

– Мое имя Бьянка. – Вытянув руку, я провожу языком по нижней губе. – А какое имя я буду выкрикивать сегодня ночью?

Челюсть парня едва не встречается с полом, когда он пожимает мою руку.

– Рейнджер. – Он наклоняется ко мне. – Ты всегда такая прямолинейная?

Я делаю большой глоток своего напитка.

– Только когда вижу то, что хочу. – Прикусив нижнюю губу, я добавляю: – Как ты смотришь на то, чтобы закончить с болтовней и потрахаться в туалете?

– Черт, – бормочет он, вставая. – Не знаю, что за демоны сидят в тебе, сладкая, но я не против того, чтобы ты спустила их с цепи.

После этого он уходит в туалет.

Я собираюсь последовать за ним, но Оукли хватает меня за запястье.

– Бьянка.

Голос у него злой. Но он не идет ни в какое сравнение с угрожающим блеском в его глазах. Мне приходится напомнить себе о необходимости дышать, ведь если бы взглядом можно было убить, уверена, я бы уже валялась здесь без пульса.

– Если ты это сделаешь… между нами все кончено.

Я безразлично смотрю на него.

– Между нами все кончено с того момента, как я вошла сюда и увидела, как ты флиртуешь с той шлюхой, которую ты трахал у меня за спиной. – Он открывает рот, но я выдергиваю свое запястье из его хватки. – Наслаждайся летом, придурок.

Я пытаюсь держать себя в руках по дороге в туалет.

* * *

– У меня к тебе предложение, – говорю я Рейнджеру, закрыв за собой дверь.

Он озадаченно смотрит на меня, и замешательство все больше завладевает им, когда я достаю из сумки наличные.

– Какое?

– Если ты побудешь тут со мной десять минут и потом расскажешь всему бару, что трахнул меня, я дам тебе три сотни.

Его взгляд становится настороженным.

– Почему?

– Потому что мой демон – бармен, который за моей спиной спал с другой. А я не та девушка, что просто так спустит ему с рук нечто подобное, не заставив его при этом страдать.

Парень несколько секунд изучает мое лицо. Я понятия не имею, что он там видит, но его взгляд становится мягче.

– Сладкая, обещаю тебе, он точно будет страдать, потому что потерял такую, как ты. – Он кивает на деньги в моих руках. – Оставь себе. Я тебя и бесплатно выручу.

Я собираюсь поблагодарить его за доброту, но мой телефон вибрирует от входящего сообщения.

Оукли: Та женщина, с которой ты меня видела, жена хозяина, а мужчина за баром – мой босс и ее муж. И да, иногда Джанет распускает руки, но я никогда с ней не спал. Я бы сказал тебе, чтобы ты не делала поспешных выводов в следующий раз, но это неважно, потому что между нами все кончено.

Я чувствую, как кровь отливает от моего лица с каждым словом, которое я читаю. Когда я заканчиваю, ком в горле уже не дает мне дышать.

Как сказал кто-то мудрый: если ты играешь в глупые игры, приготовься выигрывать глупые призы.

Но в моем случае я не выиграла ничего.

И проиграла все.

– Никому ничего не говори, – кричу я, выбегая из туалета.

Я быстро оглядываю бар в поисках Оукли, но не вижу его. Забыв про свою гордость, я подхожу к женщине, с которой он не флиртовал до этого.

– Вы знаете, где Оукли?

– Вы разминулись, милая. Он сказал, что ему нездоровится, и ушел пару минут назад.

Черт.

Я несусь к двери. И ощущаю ужас, когда не вижу его машину на парковке. Меня одолевает чувство бессилия. Я достаю телефон из сумки и подношу к уху.

Автоответчик.

– Нет, нет, нет, – бормочу я, набирая его номер во второй раз.

Он, будто песок, ускользает сквозь мои пальцы. И мне некого винить за это, кроме себя, ведь я позволила своей ревности взять верх и уничтожить то, что было между нами.

Сердце сжимается от боли, когда я снова слышу автоответчик.

– Прости, – шепчу я.

Пожалуйста, прости.

Глава сорок пятая

Бьянка

– Ты расстроена, – говорит Оукли, когда я открываю дверь.

Изо всех сил пытаюсь выглядеть безразличной.

– Ты переспал с ней?

Внутренности скручиваются в тугой узел. Эта тишина оглушительна.

Я собираюсь захлопнуть дверь перед его лицом, но он вставляет ногу между ней и дверным проемом.

– Ты бы обиделась, если бы переспал?

Я смотрю на него ледяным взглядом.

– Пошел ты.

От этого ответа его губы изгибаются в самодовольной усмешке.

– Приму это за «да».

Во мне растет раздражение, смешанное с болью.

– Убирайся.

Оукли делает шаг в мою сторону, заставляя мое сердце биться чаще.

– Мы оба знаем, что ты этого не хочешь. – Еще один шаг. – Если только ты не стала трусихой.

Я ненавижу то, что он всегда видит меня насквозь, и то, что заставляет признать вещи, которые я пока не готова признавать.

– У меня есть парень.

Он возмущенно смотрит на меня.

– У тебя есть костыль, малышка. Костыль, который ты используешь, когда мы становимся слишком близки.

Я даже не знаю, что и думать. Единственное, в чем я уверена: от его слов у меня начинает кружиться голова, потому что в них слишком много правды. Но я отказываюсь сообщать ему это.

– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.

– Имею. – Оукли наклоняется, его голос пронизывает меня насквозь. –