Стальная принцесса - Рина Кент

слышу ее неуверенный голос, как если бы она сказала это.

От меня не ускользнул тревожный блеск в ее глазах и страх, который она пыталась скрыть, когда я уходил.

Джонатан пугает ее, и только из-за этого я хочу, чтобы он убрался к чертовой матери подальше от нее. Вот почему я решил пойти с ним добровольно.

Я печатаю.

ЭЙДЕН: Я сделаю гораздо больше, чем просто напишу тебе, когда закончу.

Ответ приходит незамедлительно.

ЭЛЬЗА: Например что?

ЭЙДЕН: Например, закончу то, что начал. Ты задолжала мне секс, сладкая. Мне нужно вонзиться в тебя так глубоко, что завтра ты не сможешь ходить.

ЭЙДЕН: Кроме того, мне нужно снова кончить тебе в глотку, просто чтобы запечатлеть в памяти предыдущий образ.

Только это уже запечатлелось в памяти.

То, как она смотрела на меня снизу вверх с полным ртом моей спермы, останется со мной до самой смерти.

Мой член напрягается в штанах при одной только мысли об этом.

Теперь, когда у меня появилось визуализации, мне нужно это снова и снова, потому что мне всегда недостаточно.

Не тогда, когда дело касается ее.

Эльза – это зависимость, которая сначала проникла мне под кожу, а теперь течет по моим венам и попадает в кровь.

Мне нужно истечь кровью, чтобы вытащить ее.

Но даже тогда я сомневаюсь, что она уйдет.

Она видит мои сообщения. Точки появляются и исчезают, как будто она думает, что ответить.

ЭЛЬЗА: Я позволю тебе это сделать.

Я приподнимаю бровь.

ЭЙДЕН: Правда?

ЭЛЬЗА: После того, как ты расскажешь мне историю. Ты должен мне целых две после траха и минета *подмигивающий смайлик*

Хм. В последнее время она манипулирует больше, чем обычно.

И я чертовски горжусь этим.

ЭЙДЕН: Пас.

ЭЛЬЗА: Но я с нетерпением жду повторения.

Маленькая чертова дразнилка.

О, она хороша. У нее так хорошо получается играть в мою игру.

ЭЙДЕН: Хочу выебать из тебя все дерьмо прямо сейчас, сладкая.

ЭЛЬЗА: Это меня тоже устраивает.

К черту меня и эту девчонку, которая играет с моим чертовым разумом.

ЭЙДЕН: Ты позволишь мне делать все, что угодно?

ЭЛЬЗА: Может быть.

Я улыбаюсь.

– Это Стил? – Голос Джонатана стирает улыбку с моего лица.

Блять.

Я забыл, что он здесь – и, вероятно, наблюдал за мной все это время.

Я засовываю телефон в карман и смотрю на него с нейтральным выражением лица.

– Почему ты забрал меня из школы?

Он прищуривает глаза, потому что ему не нравится, когда его игнорируют.

– Мы приехали.

Машина останавливается, и водитель кивает нам в зеркало заднего вида.

Я смотрю в окно и крепче сжимаю телефон.

Гребаный Джонатан.

Вдали высятся сосны, похожие на камни воспоминаний.

Джонатан открывает свою дверь.

– Выходи.

Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох, прежде чем последовать за ним.

Он стоит лицом к дереву, сомкнув руки перед собой, как солдат.

Скала за огромным деревом похожа на гигантскую пасть.

Местность пустынная, в поле зрения нет ни людей, ни животных. Джонатан позаботился о том, чтобы никто из нарушителей не приближался к этой дороге.

У него даже есть своя первоклассная охранная компания, которая сторожит это место. Два агента, одетые как шпионы МИ‐6, кивают нам. Они стоят перед своими черными машинами на небольшом расстоянии – но не в пределах слышимости.

Джонатан не кивает в ответ и не обращает на них внимания.

Все его внимание сосредоточено на дереве.

Это дерево стояло здесь в течение последних десяти лет, несмотря на царапины на его стволе.

Забавно, что некоторые вещи никогда не меняются.

Я встаю рядом с Джонатаном и засовываю обе руки в карманы брюк.

– Ты знаешь, какой сегодня день? – спрашивает он, не удостоив меня даже взглядом.

– День рождения Алисии.

– С днем рождения. – Его тон бесстрастен, даже холоден. – Тебе сегодня исполнилось бы сорок.

Я сжимаю челюсть, но ничего не говорю.

– Алисия умерла здесь, – повторяет он, как будто я этого не знаю.

Его голос по-прежнему бесстрастен, но глаза говорят нечто совершенно иное.

Там что-то смягчается.

Что-то, чего я никогда не видел. Даже мы со Львом, которых он считает своим наследием, никогда не удостаивались его мягкости.

Я снова поворачиваюсь лицом к дереву, не желая видеть это выражение.

Джонатан, вероятно, разыгрывает один из своих трюков, и я на это не куплюсь.

– Она умерла, пытаясь найти тебя, – продолжает он, вонзая нож глубже. – Она умерла, так и не увидев твоего лица. Четыре часа, Эйден. Она страдала от боли в течение четырех гребаных часов.

– Ты скоро дойдешь до сути?

Он отрывает взгляд от дерева, как будто ему больно.

– Имей хоть немного гребаного уважения к своей матери и перестань играть в семью со Стил.

– Я не играю в семью. Я…

– Достаточно. – Его голос холоден и не поддается обсуждению. – Покончи с этим. Я хочу, чтобы это было унизительно и болезненно, чтобы она наконец стала не больше, чем просто оболочкой.

Мой левый глаз дергается, но я спрашиваю спокойным тоном:

– Что, если она никогда не станет оболочкой?

Он дурак, если думает, что сможет сломить Эльзу.

Она самый сильный человек, которого я знаю.

Но только потому, что он не сможет сломить ее, это не значит, что он не попытается причинить ей боль.

– Позволь мне позаботиться об этом. Тебе нужно только выполнить свою часть сделки, Эйден.

Между нами воцаряется тишина, когда мы смотрим друг на друга одинаковыми глазами.

– Или что?

Он подходит ко мне и смотрит на меня сверху вниз.

– Когда я говорю «покончи с этим», ты, блять, следуешь сказанному, слышишь меня?

Я отвечаю на его суровость своей.

– Или что, Джонатан?

– Или я покончу с этим сам. – Он бросает последний взгляд на дерево, как будто может увидеть призрак Алисии, и направляется к машине. – У тебя есть время до завтра.

К черту его и весь его план.

Пока я рядом, никто не причинит Эльзе вреда.

Включая Джонатана.

Как только дверца автомобиля захлопывается, я на мгновение закрываю глаза и поворачиваюсь лицом к дереву.

– Может, ты и права, Алисия. Может, мне не стоило рождаться.

Глава тридцать вторая

Эльза

Эйден не отвечает на мои смс.

Я не сплю всю ночь, пытаясь закончить домашнее задание, но все, что я делаю, – это смотрю на телефон, как маньячка.

Хаотичные мысли врываются в разум, и ни одна из них не является хорошей.

Меня бесило, что он пошел со своим отцом. Однако, когда он ответил на мое сообщение в своей обычной