Летнее предложение - Ви Киланд

Я вздохнула.

– Наверное, ничего. Допустим, я решусь попытать счастья с Максом. Получается, что наши отношения с Габриэлем выдохлись и пытаться сохранить их, даже если с Максом у меня ничего не получится, будет глупо и бессмысленно. Из этого все равно ничего не выйдет. Или – не выйдет ничего хорошего.

– Ну а сам Габриэль? Что он говорит, чего хочет? Может, он потребовал, чтобы ты перестала встречаться с другими мужчинами, иначе между вами все будет кончено?

Я пожала плечами.

– Я не спрашивала, чего он хочет. Наверное, если я не захочу вернуться к примерному поведению и Габриэль решит со мной расстаться… что ж, пусть будет так.

Мэгги покачала головой.

– Когда Аарон мне изменил, ситуация была намного проще. Он принял решение за нас обоих. После этого мне оставалось только выбрать, с кем из его друзей или деловых партнеров перепихнуться в первую очередь.

Впервые за все время, прошедшее со вчерашнего непростого вечера, я улыбнулась по-настоящему, от души. Мэгги всегда удавалось поднять мне настроение. Вдруг на столе истерически засигналил мой телефон. Некоторое время я смотрела на него так, словно он готов был взорваться, как только я к нему прикоснусь. Мэгги оказалась храбрее. Посмотрев на мое перекошенное лицо, она ухмыльнулась и потянулась к телефону. Бросив взгляд на экран, она развернула телефон так, чтобы я тоже увидела имя абонента.

– Это Макс. Наверное, хочет узнать, как у тебя дела.

Глава 21

Макс

– Какие планы на вечер, Макс? Не хочешь на денек задержаться у нас в Провиденсе? – Брина, стилист рекламного агентства, наложила мне на лоб новую порцию специального грима.

– У меня в Бостоне живет брат. Я планировал его навестить после съемок.

Телефон у меня в кармане зажужжал. Это могла быть Джорджия, и я достал телефон, но номер на экране высветился калифорнийский. Меня это не удивило, хотя номер отличался от номера приемной врача, откуда мне сегодня звонили уже несколько раз. Невролог из Седарс-Синайского медцентра, у которого я побывал неделю назад, оставил мне не меньше шести сообщений, но перезвонить ему я так и не собрался.

Переведя вызов на голосовую почту, я проверил журнал звонков на случай, если я все-таки пропустил вызов от Джорджии. Но нет – она не звонила.

Брина поймала в зеркале мой взгляд и ухмыльнулась.

– Жаль. Я бы показала тебе город. У нас тут есть крутые местечки.

Она была довольно симпатичной, эта девчонка из рекламного агентства, но сейчас меня интересовала одна-единственная женщина, которая упорно избегала меня вот уже два дня.

– Спасибо. Может, в другой раз.

Фотосессия началась в десять утра. Сейчас на часах было начало второго. Мы только что пообедали, и ведущий фотограф сказал, что минут через сорок мы продолжим. К счастью, во время этой съемки от меня не требовали улыбок. Напротив, фотограф хотел, чтобы я выглядел серьезным и задумчивым, что вполне совпадало с моим настроением. Задумчивость не оставляла меня ни на минуту с того момента, когда в воскресенье вечером я застал Габриэля в квартире Джорджии.

Я знал, что вчера она должна была с ним встретиться и серьезно поговорить, – это все, что Джорджия мне сообщила. А еще я знал, что сейчас Габриэль, скорее всего, уже вернулся в Лондон. Чего я не знал, так это того, что происходит у Джорджии в голове. Она наверняка снова и снова анализировала сложившуюся ситуацию, и чем больше анализировала – тем сильнее запутывалась. Вряд ли это было выгодно лично для меня, поскольку день, в который мы договорились закончить наше веселое лето вдвоем, неумолимо приближался. Думать об этом мне было тяжело, но я считал, что не должен пытаться завоевать Джорджию, поскольку не был уверен, могу ли я что-то предложить ей в долгосрочной перспективе.

Мои размышления прервало появление моего фотографа Лайла, который вошел в гримерку с Четыркой на руках. С тех пор как я приехал в студию, этот парень почти не выпускал песика из объятий, непонятно, когда он успевал делать фотографии.

– У меня идея! – объявил Лайл с порога. – Что, если нам снять Макса с этим симпатягой на руках?

Брина все еще трудилась над моим лицом, поэтому я ответил, обращаясь к своему отражению в зеркале.

– Боюсь, он в три минуты слижет всю пудру, которую наложила Брина, – сказал я, слегка пожимая плечами. – Но если ты так хочешь, мы с Четыркой не возражаем. Кстати, спасибо, что разрешил мне взять с собой его и Фреда.

– Значит, договорились. Думаю, мы уже сделали все или почти все, что хотели заказчики. Обычно половину съемочного времени я стараюсь делать снимки, которые они от меня требуют, а вторую половину – снимки, которые способны по-настоящему сыграть. И в девяти случаях из десяти заказчик в итоге выбирает мои варианты. – Лайл поднял руку и сделал ею несколько пассов, словно что-то писал в воздухе. – «Неотразим даже для диких зверей!» – провозгласил он. – Думаю, это будет забавный рекламный слоган. А твое лицо придаст снимкам достаточно мужской сексуальности.

– Как скажешь. – Мне было, в общем, все равно.

– Скажи, что он больше всего любит? – спросил Лайл, снова прижимая Четырку к себе. – Я бы хотел снять, как ты лежишь на ковре, а пес вылизывает тебе лицо… Думаю, мы сумеем добиться желаемого, если спрячем у тебя сзади под шеей какое-нибудь лакомство. Здесь поблизости есть супермаркет. Моя ассистентка сходит туда и купит все, что нужно, ты только скажи – что?

– Он обожает «Чириос», – сказал я.

– Отлично. Купим ему большую коробку.

Через два часа я и оба моих пса наконец освободились. Съемка закончилась, и Брина вручила мне специальные салфетки, чтобы смыть грим. Когда я закончил, она сунула мне под нос свой телефон.

– Пока Лайл не смотрел, я тоже сделала несколько фоток, где ты с собаками. Хочешь взглянуть? Получилось прикольно.

Я пролистал снимки и улыбнулся. Фотографии действительно были хороши – особенно те, где Четырка обнюхивал мою шею.

– Пришлешь мне пару? – попросил я. – Хочу показать племянницам. Им понравится.

– Конечно. Набери свой номер, и я их тебе перекину.

– Спасибо.

Попрощавшись, я вышел на улицу, чтобы посадить собак в защитные сетки на заднем сиденье моей машины. Именно в это время телефон просигналил о новом письме. Брина прислала снимки и короткое сообщение.

Брина: Если на обратном пути у тебя будет время – позвони. Я покажу тебе Провиденс. А можешь просто приехать ко мне в гости.

Сообщение заканчивалось подмигивающим эмодзи.

Вместо того чтобы ответить, я переслал снимок, на котором Четырка вылизывал мне щеки, Джорджии.

Макс: Это с сегодняшней фотосессии. Похоже, моим парням скоро понадобится собственный рекламный агент.

Некоторое время я ждал. Я видел, как статус моего письма изменился с «Получено» на «Прочитано». В эти несколько минут, наблюдая за роящимися на экране точками, я волновался так, как еще ни разу не волновался за последние сорок восемь часов. Телефон пискнул, и я почувствовал, как меня волной окатило разочарование. Джорджия прислала смайлик. Больше ничего.

Ворча себе под нос, я бросил телефон в отделение центральной консоли и, сев за руль, поехал в Бостон.

* * *

– Как дела, Ангелочек? – Тейт сунул мне бокал с пивом и приподнял свой, предлагая чокнуться.

Я стоял у перил задней веранды его дома и смотрел на… на лужайку? Наверное.

– Как обычно. А у тебя?

– Башка трещит после вчерашнего, – признался он.

– Вчера был вторник, – напомнил я. – Или ты теперь заправляешься каждый день?

– Вчера вечером Кэсси не было дома, так что я выпил несколько порций под телик. Она ходила в книжный клуб. Честно говоря, я и сам подумываю о чем-то в этом роде…

– Ты? Неужели ты будешь читать? Ни за что не поверю!

– Она уходит туда с книгой и двумя бутылками вина и возвращается изрядно подвыпившей. На самом деле «книжный клуб» – это просто кодовое название отвязной вечеринки для замужних женщин. Там они сплетничают и пьют вино… – Тейт задумчиво отхлебнул пива. – Мой книжный клуб для мужчин будет специализироваться на исторической литературе, в основном – на винтажных номерах «Плейбоя» пятидесятых годов, в которых публиковались статьи о том, как заставить женщину делать тебе минет после того, как вы поженитесь. А собираться мы будем в баре.

Я усмехнулся.

– Потом расскажешь, что скажет