Стальная принцесса - Рина Кент

говорит Ким, а затем вздыхает.

Я слежу за ее взглядом, и у меня отвисает челюсть. Нокс входит в класс с разбитой губой, синеватыми синяками вокруг левого глаза и розоватыми возле виска.

– О, боже мой, Нокс. – Ким вскакивает со своего места. – Что случилось?

Весь класс замолкает.

За исключением Ронана.

Он теряет ощущение пространства и времени, когда произносит свои оживленные речи. Коул продолжает вполуха слушать Ронана и наполовину читать. По крайней мере, у него хватает порядочности посмотреть поверх своей книги на эту сцену.

Ксандер бросает свирепый взгляд на Нокса, и Эйден откидывается на спинку сиденья… ухмыляясь.

Он, блять, ухмыляется.

Мои глаза расширяются, когда я перевожу взгляд с его забинтованных пальцев на лицо Нокса.

Нет.

Нет, нет, нет…

– Вчера на меня ни с того ни с сего напали, – морщится Нокс.

Я, пошатываясь на нетвердых ногах, подхожу к нему.

– Г-где?

– Сразу после того, как ты села в такси. Это выглядит хуже, чем есть на самом деле. Я смог обратиться за помощью и…

Я больше не слушаю его, поскольку в моей голове проносятся тысячи сценариев.

Эйден признался, что наблюдал за нами в кафе. Да, он был у меня дома, когда я туда приехала, но у него более быстрая машина.

У меня сводит живот.

Эйден трахнул меня после того, как жестоко избил Нокса. Я позволила ему прикоснуться к себе руками, которые сделали лицо Нокса почти неузнаваемым.

– Ты в порядке? – спрашиваю я Нокса тихим голосом.

Он кивает.

– Это ничто по сравнению с тем дерьмом, в которое я вляпался в своей старой школе.

– Ты… – Я сглатываю. – Ты видел, кто это с тобой сделал?

– Да, Ван Дорен. Видел? – Эйден встает, расправляя плечи, и шагает к нам.

Ксандер следует за ним, его тон насмешливый:

– Полное дерьмо.

Нокс переводит взгляд с одного на другого.

Я внимательно слежу за любым намеком.

У Эйдена непроницаемое лицо, а Ксандер внезапно становится нечитаемым.

Ким отшатывается. Она словно приклеивается к столу позади себя, медленно удаляясь от круга.

Нокс приподнимает плечо.

– Это был какой-то гангстер, которому нужны были деньги. Я уже сообщил о нем в полицию.

– Подожди. Что? – Я таращусь на него. – Ты видел его лицо?

Это не мог быть гангстер. Это был Эйден, верно?

– Я передал описание в полицию.

– Я уверен, что они поймают его, – говорит Эйден.

– Я уверен, что так и будет, – добавляет Ксандер с притворным сарказмом.

Миссис Стоун входит в класс и резко останавливается.

– Все в порядке, мистер Ван Дорен?

– На меня напали, но я сообщил об этом в полицию. – Он показывает свои неповрежденные костяшки пальцев. – Другого выбора не было, честно.

– Пожалуйста, сообщите директору. Итак, мистер Кинг, мистер Найт и мисс Куин. Пожалуйста, присаживайтесь, чтобы мы могли начать.

Мы так и делаем.

Я придвигаюсь на дюйм ближе к Ноксу.

– Мне так жаль.

– Почему? Я рад, что это случилось после того, как ты ушла. – Он улыбается, затем морщится.

Я вздрагиваю.

Ни за что на свете никто не убедит меня, что за этим не стоит Эйден.

Но Нокс видел нападавшего.

Тогда откуда у Эйдена ссадины на костяшках?

Я провожу с Ким весь день на занятиях или прячась в старых укромных уголках в саду за домом. Я говорю ей, что устала, но правда в том, что я не хочу видеть Эйдена.

Каждый раз, когда я смотрю на Нокса, я не могу отделаться от мысли, что причиной этого является Эйден.

У меня во рту появляется привкус тошноты.

Когда день заканчивается, я радуюсь, что наконец могу пойти домой и восстановить силы.

– Давай посмотрим тренировку футбольной команды, – умоляет Ким.

– Пас.

– Да ладно тебе, Элли. Ты увидишь, как Эйден становится футбольным секс-богом.

Это последнее, что мне сейчас нужно.

– Давай просто поедем домой, Ким. Я посмотрю любую мыльную оперу, какую захочешь.

– Хорошо. – Она поджимает губы. – Убийца настроения.

Мы с Ким направляемся к автостоянке, когда перед нами появляется высокая фигура.

Эйден.

Дерьмо.

– Кинг. – Ким звучит изумленно. – Я думала, у вас сегодня тренировка?

– У меня болит лодыжка, так что сегодня я не в строю.

– Ох. Надеюсь, ничего серьезного.

– Совсем нет. – Он обращается к ней, но его металлические глаза темнеют, когда он смотрит на меня. Это похоже на то, как если бы он вспарывал мне лицо и погружал свои пальцы в мой мозг. – Рид?

– Да?

– Как насчет того, чтобы пойти посмотреть тренировку? – Он улыбается ей. – Ребята будут рады, если ты поболеешь за них.

Она прикусывает нижнюю губу.

– Ты думаешь?

– Я уверен.

– Окей. Позаботься об Элли.

Она выскальзывает у меня из-под руки, звонко целует в щеку и уходит в направлении школы, прежде чем я успеваю ее остановить.

Я сглатываю, встречаясь с металлическим взглядом Эйдена. Улыбка, которой он одарил Ким, растворилась в воздухе, и на смену ей пришло отвратительное бесстрастное выражение лица.

– Перестань манипулировать ей. – Я скрещиваю руки на груди.

– Я лишь подтолкнул ее к тому, что она хотела и без меня.

Что является еще одной формой манипуляции, которая работает в его пользу.

Придурок.

– Ты избегала меня сегодня, – говорит он.

– Я просто хотела провести время с Ким.

– Ты знаешь, я могу различить, когда ты лжешь, но ты все равно продолжаешь это делать. Любопытно.

Я пристально смотрю на него.

– Я знаю, что ты сделал это с Ноксом, ясно? Я не могу просто вести себя как обычно.

– Я сделал это, да?

– Тогда откуда у тебя синяки? Они точно, черт возьми, появились не от удара кулаком по стене.

– Может быть, так и было.

– Эйден! Что, черт возьми, с тобой не так? Как ты мог так с ним поступить?

– Как? – Он приближается ко мне, и у меня нет другого выбора, кроме как отступить назад, чтобы он не врезался в меня. – Ты слышала его. Он сказал, что увидел лицо нападавшего и сообщил о нем в полицию.

Моя спина ударяется о борт его машины. Я вздрагиваю, когда меня пронзает электрическим током.

Я кладу обе руки ему на грудь.

– Пожалуйста, скажи мне правду. Скажи мне, что ты этого не делал.

Он хлопает меня по бедрам. Я вскрикиваю, когда он просовывает колено мне между ног. Ткань его брюк трется о мое белье.

Мой безумный взгляд обшаривает наше окружение.

– Эйден, прекрати это.

– Ты прекрати это, Эльза. Перестань пытаться изображать меня таким человеком, каким ты хочешь меня видеть. Я не такой и, черт возьми, никогда таким не буду.

– Это не то, о чем я говорю. Все, что