Свадьба в деревушке - Кэти Ффорд

солгать было необходимо. Девушке казалось, что в ближайшие выходные – всего неделю пробыв в столице – она просто не готова еще ехать домой. У нее было такое чувство, будто в Лондоне она пробыла каких-то пять минут. Ей хотелось пошире расправить крылья.

Мать, всегда внушавшая, сколь важно оставаться у Джины на хорошем счету (Лиззи поселилась у тети за весьма умеренную плату), спорить с дочерью не стала.

– Подозреваю, она хочет, чтобы ты почистила ей серебро. Это точно давно пора было сделать. Я к ней зашла на пять минут – и то сразу заметила.

Лиззи не стала говорить, что ее матушке и пяти минут было бы много, чтобы увидеть многочисленные пробелы Джины в ведении домашнего хозяйства.

– Наверное, мама, нам пора уже закончить разговор. Может, надо помочь Джине с ужином.

– Хорошо, моя девочка. Если сможешь приехать на уик-энд домой, то позвони и предупреди. И разузнай побольше об Александре. Мне показалось, она очень хорошая девушка.

Лиззи, конечно же, знала, что Александра хорошая девушка, – но как к такому заключению пришла мама, имея к тому столь мало доводов, ей было непонятно. Или как раз наоборот – очень даже понятно. Ведь Лиззи сама сообщила, что ее новая подруга из «высшего общества»!

Она спустилась по лестнице в маленькую кухню, где и увидела Джину.

– Чем-нибудь помочь? – спросила Лиззи.

– Можешь поскоблить молодую картошку. Ужин у нас будет очень простой. Никогда не научусь готовить что-то замысловатое.

Лиззи была этому только рада. Накануне тетя впервые угостила ее авокадо – неизвестным ей ранее фруктом. Он был лоснящимся и плотным, так что Лиззи даже толком не поняла, нравится он ей или нет.

– Может, когда я на курсах научусь чему-то большему, то смогу что-нибудь готовить и для тебя, – предложила Лиззи.

Джина улыбнулась в ответ и кивнула, однако перспектива того, что Лиззи станет ей в дальнейшем готовить, тетушку как-то не воодушевила. Памятуя мамин совет постараться быть для Джины полезной, Лиззи продолжала:

– А еще я очень хорошо умею чинить одежду. Если у тебя есть что-нибудь, что требуется зашить, дай мне – и я в один миг все сделаю.

– В самом деле? Тебя что, этому учили в школе?

– Немного, – кивнула Лиззи. – Но мама учила меня делать носовые платки, оторачивая кружевом кусочки тонкого батиста. Они прекрасно расходятся на благотворительных ярмарках, которые она устраивает. И подол я умею подшивать незаметно – хотя этому я как раз научилась в школе.

– Надо же! Ладно, после ужина принесу тебе корзинку с тем, что требуется починить. Посмотрим, что ты сможешь сделать.

На протяжении всего ужина Джина пребывала в задумчивости и даже, явно машинально, налила девушке бокал вина. У родителей Лиззи не принято было пить вино без повода, но, как говорил ее отец, Джина была «чересчур новомодной штучкой». А отец Лиззи открыто не приветствовал «новомодности».

Перемыв после ужина посуду (хотя Джина и сказала, что вполне можно оставить ее до утра, когда придет уборщица и все вымоет), Лиззи взялась за отложенную в починку одежду Джины.

Одежда лежала в сумке, и ее оказалось довольно много. Как поняла Лиззи, Джина просто засовывала вещи в пакет и больше уже ими не интересовалась, предпочитая покупать что-нибудь взамен. Так, там обнаружились несколько платьев, у которых требовалось пришить подол или заменить пуговицы, а также разорванная простыня.

– Насчет простыни даже не трать время, – поспешно сказала Джина, как будто смущенная этой находкой. – Я отдам ее в прачечную.

– Это там она так порвалась? – спросила Лиззи.

– Нет, – мотнула головой Джина. – Ну что, ты нашла все, что тебе нужно?

Глава 3

В пятницу, едва Лиззи успела скинуть плащ, Джина увлекла ее в гостиную.

– Лиззи, я знаю, что ты еще здесь толком не освоилась, но все же – какие у тебя планы на выходные?

Вопрос этот, как сразу почувствовала Лиззи, был задан далеко не случайно.

– Мама хочет, чтобы я приехала домой, но я ей сказала, что хочу побольше узнать Лондон. Но разумеется, если тебе это неудобно…

– Нет-нет, что ты! Естественно, тебе надо получше познакомиться с Лондоном. Я дам тебе справочник по городу «От А до Z», и в субботу ты можешь заняться его изучением. А вечером Барри поведет нас в театр.

Лиззи сочла это очень заманчивым предложением, и после ужина, перемыв посуду и прибравшись на кухне так, что даже ее мать осталась бы довольна, она отправилась спать, радостно-взволнованная перспективой вволю предаться изучению столицы.

И вот в субботу после достаточно натянутого разговора с матерью, которой хотелось, чтобы ее девочка приехала домой хотя бы на воскресенье (а матушка блестяще умела заставить ее почувствовать себя виноватой), Лиззи вооружилась тетиным городским справочником и отправилась изучать Лондон.

Она не привыкла бывать где-то одна, однако уже очень скоро научилась наслаждаться одиночеством. Если у нее возникало желание, она всегда могла остановиться и поглазеть на витрину. Она могла не торопясь рассматривать людей, обитавших на Кингс-роуд – совсем не похожих на жителей их маленького городка. Здесь слонялось немало битников с бородками, причем из прежнего своего окружения Лиззи могла вспомнить лишь одного человека, имевшего бороду, – владельца лавки органических продуктов, круглый год ходившего в сандалиях. Однако здесь многие мужчины носили бороды и длинные волосы. Еще Лиззи попалась женщина в платье-мешке – подобный стиль она раньше встречала разве что в журналах.

В планах у Лиззи было познакомиться с Кингс-роуд, пройдя ее в направлении к Слоун-сквер, а оттуда двинуться к богатому и живописному району Найтсбридж и универмагу Harrods. Они с матерью бывали в Harrods, когда приезжали в Лондон за школьной формой от Daniel Neal. Накупив для Лиззи блузок на грядущий учебный год, они садились в такси. И если мама была настроена расщедриться на приятные мелочи, они что-нибудь покупали в Harrods – пару перчаток или заколку для волос – и выходили из магазина, унося фирменный зеленый пакет с золотой надписью.

Прогуливаясь по Кингс-роуд, Лиззи заметила магазин одежды с единственным платьем в витрине. Оно было пунцового цвета, без какой-либо отделки и притом очень коротким, без рукавов и с глубоко вырезанной круглой горловиной. В магазине его надели поверх тонкого черного джемпера с высоким воротником, и оно решительно разнилось с теми платьями с широкой юбкой, что так нравились ее матери.

Лиззи в раздумьях уставилась на платье. У нее имелись кое-какие деньги, но, если она сейчас купит платье, у нее не останется никаких средств, пока в следующем месяце она не получит