Сводные. Том 1 - Лена Харт

— Ты хочешь сказать, что есть шанс, что это не так? — спрашивает она, дразня меня. Я закатываю глаза.

— Тебе не стоит быть такой, — говорит она. — Я гораздо безопасей, чем парень. По крайней мере, я не могу сделать тебя беременной.

Ничего не могу с этим поделать. Смех вырывается наружу. Немного расслабляюсь. Но не слишком сильно.

— Почему бы тебе не прекратить этот спектакль? — говорю ей. — Ты делаешь это, чтобы привлечь внимание Тимура?

Небольшой танец девушки, который он, несомненно, заметит, потому что она пытается соблазнить кого-то из его окружения.

Оглядываюсь по сторонам, но его, кажется, здесь нет. Я не видела его с тех пор, как он припарковал свой байк. Возможно, он отправился домой с кем-то другим.

Она опускает руки мне на талию и приближается, почти касаясь своим носом моего. Не знаю почему, но я стою на своём, не дрогнув.

— Чтобы привлечь его внимание, нужно нечто большее, — тихо угрожает она. — Ты будешь свободна позже?

Отвожу взгляд, понимая, на что она намекает.

Ясно качаю головой. Я не позволю Тимуру лопнуть мою вишенку в тройничке. На самом деле, я больше никогда не позволю Тимуру ничего подобного.

— Ты слышала ссору в пещере, — шепчет она мне на ухо. — Ты подслушивала?

Подслушивала?

— Ты последовала за нами, — насмехается она, — потому что тоже хочешь его. Ты ревновала.

Я выдавливаю улыбку, покачиваясь в такт музыке, и обвиваю руками её шею.

Достаточно.

Наклоняюсь к её уху.

— Я даже не знала, что вы там, — шепчу я. — Я пряталась, потому что ласкала себя в воде.

Она фыркает, поднимает голову и недоверчиво смотрит на меня.

Моё лицо краснеет. Не понимаю, почему я только что сказал ей это, но меня это уже не особо волнует. Я не люблю игры и уж точно не буду играть по её правилам.

— Ты серьёзно? — спрашивает она почти с восхищением. — Разве ты не знаменита? Я могла бы зайти в сеть и рассказать всем то, что ты мне сейчас говоришь.

Понимаю, что это не даст ей того, чего она хочет. Но я не останавливаю её.

— Люди делают то, что хотят, — говорю я, обнимая её за бёдра во время танца. — Так что мне всё равно. На всё. Твоё поведение меня не касается.

Затем я смотрю через её плечо и вижу его — Тимура.

Он стоит вдалеке, за толпой, один, прислонившись к стволу дерева. Он смотрит на меня, поднося к губам бутылку пива и делая глоток. Я сглатываю комок в горле.

Каждый раз, когда он смотрит на меня, у меня внутри всё сжимается. Сердце разгоняет горячую кровь по телу, наполняя меня предвкушением чего-то. Обещание того, что что-то произойдёт, не даёт мне покоя.

Я не могу остановиться.

— А через несколько недель, — говорю я ей, — я всё равно не буду знать, что происходит в сети, потому что буду заперта на пике на месяцы и месяцы….

Делаю паузу, а затем продолжаю для большего эффекта:

— И месяцы.

Я не говорю это вслух, но слова повисают в воздухе.

Хочу, чтобы это звучало как угроза, даже если она и не имеет смысла. Ей не обязательно знать, что Тимур пугает меня или обращается со мной хуже, чем с животными, на которых он охотится. По крайней мере, они представляют для него ценность.

Поднявшись, смотрю ей в глаза, зная, что с ноября по апрель у меня будет преимущество. Если бы я этого захотела.

— Ты действительно хочешь меня разозлить?

— Да, — угрожает она.

— Я не уверена, что мне нужно что-то делать, чтобы привлечь его внимание.

Не в силах сдержаться, смотрю ей за спину, указывая на тёмно-зелёный взгляд Тимура, который словно погружает нас в транс, как будто на вечеринке больше никого и ничего нет. Она следует за моим взглядом и замечает, что он наблюдает за нами. И хотя моя угроза кажется необоснованной, в моём последнем предложении есть смысл.

В конце концов, он уже однажды приходил за мной.

Внезапно чья-то рука хватает меня за плечо и тянет. Вздохнув, смотрю на своего дядю.

— Все мужики, наблюдают за вами двоими, — рычит Макс, глядя на меня сверху вниз.

Смотрят? Хм?

Не сразу, но я начинаю замечать, что люди действительно обращают внимание на нас с Лией, особенно несколько групп парней на краю круга, ухмыляющихся и перешептывающихся друг с другом. Смотрю на него, освобождая руку.

— Ты бы нас остановил, если бы я танцевала с парнем?

— Если бы ты так танцевала с парнем на публике, я бы наклонил тебя через колено.

Он бросает быстрый взгляд на Лию, затем снова на меня.

— Мы едем домой.

Взяв меня за руку, он тянет меня обратно к палатке.

Какого черта? Меня может волновать, если я делаю что-то, что может плохо отразиться на нём, но я не совершала ничего плохого. Несколько парней получили удовольствие, наблюдая за танцующей парой девушек. Честно говоря, я даже не пыталась хорошо танцевать, настолько увлеклась нашим разговором.

Он проталкивается сквозь толпу, моё запястье горит от его хватки. Отстраняюсь, выдёргиваю руку и топаю мимо него к машине. Открыв заднюю дверь, забираюсь на сиденье и хлопаю дверью. Палатку они могут собрать сами.

Качаю головой.

Это уже второй раз, когда на меня кричат за то, что я привлекла внимание, о котором не просила. Эта собственническая одержимость защитой моей невинности просто смешна. Тот факт, что они «опытны», не означает, что они более зрелые или мудрые. Я бы даже сказала, что они менее развиты. Это стало совершенно ясно с тех пор, как я приехала.

Грузовик трясётся и раскачивается, пока Макс и Егор упаковывают палатку, стол, стулья и другое снаряжение. Смотрю в окно и вижу, как какой-то парень уезжает на байке Егора, а за ним девушка. Они кажутся мне смутно знакомыми — возможно, это друг одолжил свой мотоцикл.

Внезапно за пределами грузовика стихает смех. Оборачиваюсь, чтобы увидеть женщину, которая садится рядом со мной. Чувствую запах её духов, она поднимает глаза и улыбается мне, закрывая дверь.

— Привет, — говорю я.

— Привет.

Позади меня раздаётся новое хихиканье, и когда Макс и Егор запрыгивают на переднее сиденье, я закрываю глаза, мой гнев настолько горяч, что я сжимаю кулаки.

Идеально. Абсолютно идеально. Не оборачиваюсь, чтобы посмотреть, сколько их в машине. Я лишь бросаю взгляд на дядю в зеркало заднего вида. Он смотрит мне в глаза, но затем отводит взгляд и заводит авто. Когда я танцую с кем-то, я выгляжу как шлюха, а они