Стальная принцесса - Рина Кент

я узнала от тети и дяди, или из-за того, как Эйден злится на меня, или из-за моих ночных кошмаров.

Или все вышеперечисленное.

Но прямо сейчас я хочу, чтобы он обнял меня. Я хочу, чтобы он хоть раз сделал это.

Всего один раз.

Я хочу, чтобы он был рядом со мной.

Я пытаюсь повернуться, но он хватает меня за голову и прижимает лицом к дивану.

– Я хочу взглянуть на тебя, – бормочу я.

– А я нет.

– Эйден, пожалуйста.

– Может показаться, что это не так, но я чертовски зол на тебя прямо сейчас.

– Может показаться, что это не так, но прямо сейчас ты мне чертовски сильно нужен.

Наступает мгновение тишины. Два.

Три…

Эйден медленно убирает руку с моих волос и отодвигается достаточно, чтобы развернуть меня.

Я поднимаю на него затуманенный взгляд. Я чувствую себя в полном беспорядке.

Все это – чертов хаос.

Он притягивает меня к себе и укладывает на диван, а затем нависает надо мной, приподнимаясь на локтях, чтобы не раздавить.

Выражение его глаз не похоже ни на что, виденное мной раньше. Они полны ненависти, но в то же время в них есть что-то такое.

Кое-что, что я уже видела. Что-то вроде… привязанности?

Но Эйден не проявляет привязанности, верно?

Я протягиваю руку и провожу кончиками пальцев по уголку его глаза и той родинке, в которую влюбилась при первой встрече с ним.

Чем дольше я прикасаюсь к нему, тем напряженнее становится его лицо и плечи. Он хватает меня за руку и хлопает ею по дивану у меня над головой.

Кажется, он на грани чего-то. Чего именно, я не знаю.

– Эйден.

– Прекрати.

– Прекратить что?

– Прекрати называть меня по имени таким тоном. Прекрати смотреть на меня этими чертовыми глазами и пробираться под мою гребаную кожу.

Мое сердце бьется быстрее. Это значит, что я влияю на него, верно?

– Хочешь, чтобы я тебе что-нибудь рассказал, сладкая? Что угодно? – Он выдыхает.

Я киваю, не уверенная, к чему он клонит. Он вонзается глубоко в меня. Я выгибаюсь на диване.

Черт возьми.

Думаю, что кончу прямо сейчас.

– Тебе повезло, Эльза. Тебе чертовски повезло, что ты нравишься мне настолько, что я готов все испортить ради тебя.

А затем он завладевает моими губами в страстном грубом поцелуе.

Глава двадцать восьмая

Эльза

Я просыпаюсь со стоном.

Мои ноги широко раздвинуты, и я трепещу от экстаза.

Черт возьми.

Мои глаза резко открываются, и я оказываюсь в стране удовольствий.

Буквально.

Эйден между моих бедер, а мои лодыжки свисают с его широких плеч.

Единственное, что я вижу, – его темные взъерошенные волосы, когда он ласкает мою чувствительную сердцевину.

– Ох… – Моя спина выгибается над кроватью, когда его язык скользит вверх-вниз и проникает внутрь меня.

Он определенно знает, как свести меня с ума.

Словно этого недостаточно, он добавляет палец. Я хватаю его за волосы, впиваюсь ногтями в его череп.

О, боже.

Я не выдерживаю, когда он проделывает эту двойную штуку пальцами и языком.

– Эйден…

– Да, сладкая? – Рокот его хриплого голоса, доносящийся до моей самой интимной части, почти сводит меня с ума.

– О, боже, не… – Мой голос застревает в горле, когда он покусывает чувствительную кожу.

Тянет ее зубами.

Успокаивает губами.

Засасывает ртом.

Мне конец.

Я совершенно не готова к оргазму, который он из меня вырывает.

Я не смогла бы заговорить, даже если бы захотела.

Эйден разрушает чары и поднимает голову. Злая ухмылка оживляет его дьявольски красивое лицо. Он облизывает блестящие губы.

Мое дыхание прерывается.

– «Не» что? – Он обхватывает обеими руками мои ноги у себя на плечах.

– Не останавливайся… – Я тяжело дышу, как будто только что вернулась с марафона. – Не смей, черт возьми, останавливаться.

– Мне нравится, когда ты требуешь своего удовольствия, сладкая. – Он ухмыляется, прежде чем вернуться к пожиранию меня.

Мои глаза закатываются к затылку.

Все мое тело покалывает, ноет – нет, умоляет – об освобождении.

Боже. Он трахал меня до тех пор, пока я не смогла шевелиться, и прошлой ночью ему пришлось отнести меня в мою комнату.

Мне чертовски больно, но я не могу устоять перед его языком, зубами, губами и пальцами.

Я не могу насытиться тем, как он прикасается ко мне достаточно сильно или зарывается достаточно глубоко.

Меня разрывает на части не секс, а его необузданная интенсивность.

Блеск в его глазах, движение челюсти и старательность его прикосновений.

Мое тяжелое дыхание наполняет комнату. Все, что я чувствую, – это наш запах.

Нас обоих.

Я больше не могу спать, не ощущая его запаха на постельном белье.

– Ты хочешь, чтобы я заставил тебя кончить, сладкая? – говорит он напротив моего клитора.

Я киваю, выгибая спину.

– Языком или членом?

Разве я не могу выбрать и то, и другое?

Когда я ничего не говорю, то чувствую его ухмылку.

– Ты хочешь, чтобы я принял решение, сладкая?

Я отвечаю стоном, когда он медленно вводит палец внутрь меня.

– Но ты не захочешь предоставить мне право выбрать, потому что я испытываю искушение не дать тебе ни того, ни другого.

Погодите. Что?

– Н-но почему? – Мой голос такой хриплый, что я едва узнаю его.

– Я все еще злюсь из-за вчерашнего.

– Эйден! Разве ты не вымещал злость на моем теле всю ночь напролет?

– Недостаточно.

Он вводит в меня палец и попадает в особую точку. Звезды вспыхивают за моими закрытыми веками.

Я кричу и приглушаю звук подушкой.

Все мое тело дрожит от ошеломляющих вспышек удовольствия.

И я знаю, я просто знаю, что это больше, чем физическая связь.

Я бы хотела, чтобы это было так.

Я бы хотела, чтобы он владел только моим телом.

Когда я испытываю оргазм, все мое существо настроено на него.

Каждая клеточка моего тела и души тянется к нему так, что я не могу остановиться, даже если бы захотела.

Это чертовски пугает.

Это чертовски опасно.

Но это невозможно прекратить.

Когда я выхожу из ореола оргазма, Эйден уже обнимает меня.

Не помогает и то, что в последнее время он часто меня обнимает.

Как будто я нужна ему рядом, а не только для секса.

– Доброе утро, соня, – хрипит он своим чертовски сексуальным тоном.

– Доброе утро. – Я прикусываю нижнюю губу до того, как успеваю ляпнуть, чтобы он будил меня таким образом каждый день.

Лучший будильник в истории.

Он встает, несет меня в ванну и наполняет ее для меня.

– Почему ты всегда готовишь мне ванну? – спрашиваю я, когда