Моя единственная религия: Грех для Верховного - Аматариэль Джулианна Кортес
Битва, которая навсегда изменит историю Поднебесной, началась. И мы шагнули в эту бурю вместе, держась за руки.
Глава 32
Когда купол, защищавший Пустоши Забвения, разлетелся мириадами сверкающих осколков, на нас обрушился оглушительный рев.
Это был звук надвигающейся лавины. Десятки тысяч праведных заклинателей, ослепленные страхом и фанатичной верой в свою правоту, ринулись вперед. Небеса потемнели от бесчисленных духовных мечей, сорвавшихся с ножен. Лазурный, золотой и белый свет ослеплял, превращая багровый туман мертвых земель в кипящее месиво энергии.
Они думали, что, разрушив барьер, они победили. Надеялись застать нас врасплох.
Они жестоко ошибались.
Я стояла плечом к плечу с Цзян Хаояном на гладком обсидиане перед вратами нашего дворца. Ветер трепал полы моего карминового платья и его черного боевого халата. Моя правая рука крепко сжимала рукоять хлыста, сотканного из чистейшей, концентрированной демонической ци — оружия, которое сформировалось из моей собственной крови и энергии.
Хаоян сделал шаг вперед. Цзяньсюэ в его руке не просто гудел — он пел песню смерти, источая морозный, черно-голубой пар, от которого камни под нашими ногами покрывались инеем.
— Не отходи от меня ни на шаг, — его голос, тихий и абсолютно спокойный, прозвучал прямо в моем сознании через духовную связь, в этом голосе не было и тени сомнения.
Авангард праведной армии, элитные бойцы клана Цинъюнь и боевые монахи разрушенного Храма Белого Лотоса, обрушился на плато.
Хаоян не стал ждать, пока они сформируют наступательные порядки, и ударил первым.
Взмах его меча был обманчиво медленным, но пространство перед нами исказилось с тошнотворным звуком рвущегося шелка. Гигантский полумесяц серебристо-черной энергии сорвался с лезвия и, расширяясь, пронесся сквозь первые ряды нападающих.
Тела в лазурных и белых одеждах разлетались в стороны, а духовные щиты, способные выдержать удар горного обвала, ломались с хрустом яичной скорлупы. Кровь брызнула на черный базальт, мгновенно испаряясь от жара нашей искаженной ауры.
Но их было слишком много, на место павших тут же вставали новые.
Трое старейшин стадии Формирования Души спикировали на нас с воздуха, их мечи были объединены в мощную формацию "Пронзающего Света". Три ослепительных луча ударили в ту точку, где стоял Хаоян.
Он даже не поднял головы, его левая рука взметнулась вверх, пальцы сжались в кулак.
Столб темной ци вырвался из-под земли, поглощая светлую атаку. Старейшины вскрикнули, когда их энергия была безжалостно смята и обращена против них самих. Хаоян сжал кулак сильнее, и небеса содрогнулись от глухого хлопка — трое могущественных заклинателей рухнули на плато, не в силах даже пошевелиться.
Но праведники не собирались сдаваться, они видели во мне главную цель.
— Убейте демоницу! Разорвите их связь! — раздался усиленный ци голос Главы Зала Правосудия, нового лидера объединенных сил. — Пока она жива, его безумие будет питать его!
Десяток мастеров-убийц, скрытых талисманами невидимости, проскользнули и бросились ко мне. Я почувствовала колебания воздуха справа от себя.
Мой внутренний демон, напитанный силой Хаояна, жаждал крови. Я больше не сдерживала свои печати, багровая тьма вырвалась из моего даньтяня ревущим пламенем.
Я резко развернулась, взмахнув кроваво-красным хлыстом ци, он со свистом рассек пустоту, безошибочно находя скрытых врагов. Раздались крики. Мой хлыст обвился вокруг горла ближайшего убийцы, и одним рывком я свернула ему шею. Свободной рукой я выбросила вперед печать "Разложения", темная волна ударила в оставшихся нападающих, заставляя их духовную броню ржаветь и осыпаться прахом прямо на их телах.
Я больше не была слабой смертной, я стала Истинной Владычицей этих мертвых земель.
Хаоян краем глаза уловил мое движение, и на его губах, перепачканных чужой кровью, мелькнула хищная, гордая усмешка. Мужчина видел, что я могу постоять за себя, и это окончательно развязало ему руки.
Битва превратилась в симфонию разрушения.
Мы двигались как единый организм, понимая друг друга на уровне инстинктов. Когда Хаоян принимал на свой меч основную тяжесть атак крупных формаций, я прикрывала его спину, обрушивая на врагов багровые огненные плети, не давая им взять нас в кольцо.
Земля Пустошей Забвения, веками спавшая мертвым сном, теперь жадно пила кровь праведников.
Но Главы кланов не собирались отступать, и вывели вперед свое главное оружие.
Небеса разверзлись, и из туч медленно опустился гигантский, сверкающий золотом артефакт — это был Колокол Императора Небес. Древнейшая реликвия, способная подавлять любую демоническую энергию и стирать в пыль целые армии. Восемь старейшин стадии Зарождения Божества сидели вокруг него в воздухе, вливая в колокол свою жизненную силу.
— Цзян Хаоян! — голос Главы Зала Правосудия прогремел над полем битвы. — Ты предал Дао! Ты осквернил свою плоть и душу! Сегодня Колокол Императора очистит этот мир от твоей скверны!
Колокол начал медленно вращаться, и с каждым его оборотом духовное давление возрастало. Воздух стал настолько тяжелым, что я едва могла дышать. Моя демоническая ци внутри начала болезненно сжиматься, словно ее давили невидимым прессом.
Я опустилась на одно колено, тяжело дыша, опираясь рукой о черный камень.
Хаоян мгновенно оказался рядом. Мужчина не смотрел на колокол, он смотрел только на меня.
— Тебе больно? — его голос прорезался сквозь грохот битвы, полный первобытной тревоги.
— Я справлюсь, — прохрипела, поднимая на него глаза. — Хаоян, это артефакт Небожителей, он подавляет саму суть тьмы.
Цзян Хаоян медленно выпрямился и перевел взгляд на сияющий в небесах колокол. В черных глазах мужчины не было ни страха, ни благоговения перед божественной реликвией. Там была лишь холодная, безжалостная ярость человека, чьему божеству посмели причинить боль.
Глава 33
POV Цзян Хаоян
Я смотрел на восемь старейшин, парящих в воздухе и самодовольно вливающих ци в свой жалкий кусок золота. Они называли это очищением, верили, что их догматы, их лишенная жизни праведность превосходят всё на свете.
Они ничего не знали об истинной силе.
Мое прежнее Дао было хрупким сосудом, выкованным из запретов и отрицания. Я черпал силу из пустоты, стараясь ни к чему не привязываться, но пустота — это не сила, а лишь отсутствие слабости.
А теперь... теперь во мне бушевал океан. Моя сила больше не зависела от абстрактных молитв. Она питалась моим дыханием, когда я смотрел на нее, питалась моим безумием, когда я чувствовал ее запах и моей абсолютной, нерушимой готовностью разорвать саму ткань мироздания, чтобы защитить ту, что стояла сейчас за моей спиной.
Колокол Императора Небес издал первый, оглушительный гул. Золотая волна концентрированного света
