Надуй щеки! том 3 - Сергей Викторович Вишневский

победным взглядом осмотрел зал и громко произнес: — Правила просты. Победитель возьмет все и горе побежденному! Если мы все наберем на следующем срезе знаний девяносто баллов из ста — ВСЕ преподаватели, ВСЕ, кто не относится к ученикам придут в купальниках или плавках. Если мы не наберем, то так же придем в школу и проведем один день на занятиях в купальниках.

Зал загомонил.

— Это невозможно!

— У нас всегда кто-то валит на пятьдесят баллов!

— А я бы посмотрел на Уке До в купальнике!

Гису поднял руку, стараясь угомонить зал, совершенно не обращая внимание на то, что Пак за его спиной дергал за пиджак и шипел на ухо:

— Мы не об этом договаривались!

— Невозможно! Вот, что я слышу! — громко произнес Гису. — В этом и дело! Именно в том, что они считают, что это невозможно! Потому, что они точно знают, чего делать нельзя! Нельзя давать шанс ученикам опозорить преподавателей! Ученики всегда должны быть глупее преподавателей! Ученики должны подчиняться! И именно поэтому они никогда и ни за что НЕ ДАЛИ БЫ И ШАНСА! Ни малейшего шанса обыграть ученикам учителей на их же поле!

На последних словах, Гису сорвался на крик. Он выдержал паузу и начал обычным тоном:

— Я зову вас, тех людей, за которых решали где учиться, что есть, как одеваться в школу, как до нее добираться… Я зову вас на битву. Битву с системой в этой школе. Битву со взрослыми. Битву где, по их мнению, мы не можем победить. В принципе. Потому, что они не знают, что делать, но точно знают, чего делать нельзя…

Гису прервался на пару секунд, а затем произнес:

— Завтра нас соберут в этом зале и объявят о новом проекте по повышению успеваемости в школе и объяснят правила. Либо я приду в школу в плавках, либо… я получу право делать то, что хочу! Пускай тут, в пределах школы, но это право будет моим!

Гису сделал шаг назад, выпрямился еще сильнее и слегка поднял подбородок. Прошептав себе под нос по русски: «Да, ебись оно все конем!» — он набрал полную грудь воздуха и гаркнул поставленным командным голосом:

— Ученики школы Дайвегу! Гису Хегай зовет вас на битву!

Парень вскинул кулак над головой и закричал что было мочи:

— ВОЙНА!

Несколько секунд в зале был ступор и замешательство, но затем начали подниматься руки и в зале начали раздаваться крики:

— Война!

— Война!

Гису пробежался глазами по залу. Тех, кто пошел за ним было меньшинство, но тут рядом с ним встал Чан и так же громко отчеканил:

— Ученики школы Дайвегу! Чан Ан зовет вас на битву!.. ВОЙНА!

— Ученики школы Дайвегу! Юми Нам зовет вас на битву!.. Война! — раздался голос вставшей слева девушки.

Последним был Пак. Он вышел вперед, к микрофону и обвел взглядом зал. Людей, не поднявших руки были единицы. Йонг выпрямился, а затем произнес:

— Ученики школы Дайвегу! Я, Йонг Пак зову вас на битву! На битву, в которой невозможно победить… — Подняв руку вверх с зажатым кулаком он с утробным рычанием и хрипом, словно внутри пробудился дракон заорал: — ВОЙНА!

* * *

Мужчина лет сорока с рваным шрамом зашел в подсобку и оглядел ее. Быстро найдя взглядом швабру и ведра, он подхватил их и направился в сторону коридора.

Привычным движением, он сунул швабру в ведро, повернул в специальной сетке, чтобы отжать и уже хотел было начать мыть пол, но тут в его кармане затрезвонил старенький телефон. Достав его и взглянув на абонента «Бостон», он сбросил вызов и приступил к мойке.

Плавное движение швабры, шаг за шагом и перед ним пол начал покрываться влагой, но не прошло и минуты, как телефон зазвонил вновь.

Уборщик тяжело вздохнул, достал его, взглянул на того же абонента, после чего принял вызов и заговорил на английском:

— Бостон, я же сказал — нет.

— Зря ты так, — отозвался голос в трубке. — Может хотя бы послушаешь?

— А ты сможешь сказать что-то новое? — хмыкнул мужчина опершись на швабру.

— Тройной тариф. Африка. Охрана. Я уже перетряхнул всех кого мог. У нас нет снайпера в группу, а без него…

— Как кобель без члена, — со вздохом закончил фразу мужчина.

— Послушай, я знаю — восемнадцать дырок в теле хороший намек от судьбы, но… Что ты теперь делаешь, Перец? Чем ты занялся, чтобы успокоить свою душу? Я знаю, ты можешь уехать с войны. Можешь отказаться от прошлого, но оно от тебя никогда не откажется. Война из тебя никогда не уйдет, слышишь?

— Слышу, — отозвался мужчина.

— Так, чем ты занят?

— Мою полы в элитной школе, — хмыкнул мужчина.

— И как? Помогает?

— …

— Ты больше не просыпаешься посреди ночи? не ищешь свою винтовку?

— …

— У тебя под подушкой не лежит пистолет, Перец?

— …

— Ответь, слышишь? Ты больше не садишься в кафе в дальний угол, чтобы угол обзора был получше? Не боишься окон в пол, потому, что укрыться негде? Почему молчишь, Перец?

— Я в порядке, — ответил уборщик и закончил вызов.

Мужчина выключил телефон, перехватил швабру и со смурным настроением продолжил свое медитативное занятие.

Небольшой шаг назад, швабра идет в одну сторону. Еще один шаг и уже в другую.

— Война! — закричали где-то вдалеке детские голоса. И это было неожиданно.

Уборщик и бывший наемник, замер со шваброй в руках. Он медленно оглянулся назад, туда где находился спортивный зал.

— «Показалось?» — Пронеслось в его голове.

— Война! — снова донесся крик с той же стороны.

Мужчина молча, с хмурым видом направился на звук, сам того не осознавая, перехватив швабру на манер винтовки. Подойдя к залу, он приоткрыл дверь и заглянул внутрь.

Сотни детей, заполнившие зал стояли вскинув над головами сжатые кулаки. На сцене стояло еще четверо с таким же жестом.

— Война! — снова грянули хором все ребята.

Бывший наемник прикрыл дверь, сделал пару шагов назад и опустил взгляд на швабру у себя в руках, что он продолжал держать на манер винтовки.

Несколько секунд он так и стоял, после чего достал телефон и набрал номер.

— Алло, Бостон? Предложение еще в силе?

* * *

— Может все же с нами, мам? — спросил