Бывшие. Соври, что любишь (СИ) - Черничная Даша

— А что, много кто кроме него знает?

— Немного. Дедушка, Настя.

— Денис? — добавляет пугающе спокойно.

— Знает, — киваю.

— Вау! — Лешка округляет глаза. — То есть знали почти все.

— Леш, — начинаю я, но сын перебивает.

— К нему вопросов нет, — кивает на Макса, будто тот мебель. — А вот ты собиралась мне вообще сказать?

— Конечно!

Сын качает головой, будто не верит.

Максим выходит вперед и становится перед Лешкой:

— Леша, я понимаю твою злость, но направь ее на меня, пожалуйста. Твоя мама здесь ни при чем.

— Конечно, виноват только ты, — мрачно и серьезно произносит сын. — Это же ты сбежал, а потом отказался слушать маму.

— Все было не совсем так, Леш, — пытаюсь вмешаться.

— Значит, ты соврала мне? — снова спокойный вопрос.

— Я никогда не врала тебе, — отвечаю искренне.

Леша переводит взгляд на Максима:

— Значит, виноват ты. Уехал. А потом не поверил, что мама ждет меня.

— Да, Леша, — так же пугающе спокойно отвечает Максим.

Я даже моргаю несколько раз, осознавая, насколько они сейчас похожи.

— Виноват я. Не поверил, а потом и вовсе забыл о нашем разговоре, погряз в своих проблемах, — продолжает Максим, а Леша внимательно слушает его. — Все эти годы я думал, что Ульяна… твоя мама живет счастливо и забыла меня. Если бы я только знал, что ты родился…

Голос Максима все-таки дрогнул.

А вот сердце Леши нет.

— То что? — спрашивает с вызовом.

— То я бы присутствовал в твоей жизни, Леша. Возможно, вернулся бы в страну раньше. Я бы точно был рядом. Слушал твои рассказы о школе и новых друзьях. Делился новостями. Мы бы ездили в отпуск и проводили время вместе.

— А как же Глеб? — Леша, видимо, намерен устроить разбор полетов.

— Глеб мой сын, такой же, как и ты. И поверь, я бы нашел достаточно времени для вас двоих.

— Глеб с рождения с тобой, а меня ты знаешь месяц, — констатирует Леша факт. — Я тебе никто. И чувств ко мне ты испытывать не можешь.

Это провокация, но Максим не ведется на нее. Улыбается будто бы даже расслаблено:

— Это сложно объяснить, Леша. Но тебя я люблю так же, как и Глеба. Вы оба мои сыновья, вы оба важны для меня.

— Что тебе надо от меня сейчас? — детское сердце все-таки не выдерживает, и Лешкин голос начинает дрожать.

— Я хочу, чтобы ты разрешил мне быть рядом с тобой. Познакомиться ближе, узнать тебя.

Сын смотрит серьезно, прожигающе.

— А что насчет моей мамы? — спрашивает неожиданно.

Я и не думала, что сегодня речь зайдет об этом, и вообще, откровенно говоря, ожидала совершенно другой реакции. Криков, истерики, слез. И да, видно, что Леше тяжело, что, на самом деле, он держится еле-еле, но тем не менее рассудителен и серьезен.

Смотрю на Макса, даже не предполагая, что же он ответит.

Он тоже поворачивается ко мне и произносит, глядя в глаза:

— Твою маму я люблю. Любил тринадцать лет назад, и сейчас ничего не изменилось.

Замираю. Даже, кажется, сердце биться перестает. Что он сейчас сказал? Я не ослышалась?

Лешка смотрит на меня, будто даже не удивленный таким ответом, а после выдает:

— Ладно.

— Что? — поворачиваюсь к Леше, но тот пожимает плечами.

— Я сказал, ладно, мам, — повторяет так, будто не понимает, что я вовсе не ослышалась.

— Леша, если ты хочешь что-то спросить, я готов ответить честно на любой вопрос, — произносит Макс.

— У меня будет к тебе просьба, — поднимается на ноги.

— Я слушаю.

Леша подходит к шкафу, открывает створки, достает оттуда пакет и протягивает его Максиму:

— Не нужно меня покупать.

В пакете я вижу одежду, которую подарил ему Макс, и планшет.

— Я не собирался тебя покупать, Леш. Просто хотел сделать приятное.

Лешка смотрит на пакет в его руках.

— Забери, — поворачивается ко мне. — Мам, мы можем с тобой поговорить?

— Конечно, — киваю с готовностью. — Максим, я провожу тебя.

Никонов явно не хочет оставлять все так, но выбора у него нет.

— Я буду ждать встречи с тобой, Леш.

Сын ничего не отвечает, лишь отворачивается, а я выпроваживаю Максима:

— Поезжай к Глебу. Мне кажется, поддержка ему нужна гораздо больше, чем Леше.

— Уль… — замирает он в дверях, — Лешка в самом деле замечательный мальчик. Я и подумать не мог, что он так стойко воспринимает эти новости. И еще мне очень жаль, что меня не было в его жизни. Я потерял так много.

Мне нечего ответить, все и так понятно. Максим действительно потерял очень много.

— Я поеду. Надеюсь, с Глебом получится поговорить. Я очень хочу, чтобы они с Лешкой, как и прежде, были дружны.

Никак не комментирую, и Максим срывается ко второму своему сыну, а я возвращаюсь к Леше.

Он лежит на кровати и что-то печатает в телефоне. Сажусь ему в ноги:

— Я горжусь тобой, сынок.

— Я просто уже часа три перевариваю слова Глеба и успел немного успокоиться. — Леша откладывает телефон и смотрит в потолок. — Я говорил ему, что между вами что-то происходит. Вы смотрите друг на друга странно.

— Обычно, — пожимаю плечами.

— Глеб не верил, — продолжает Леша. — А я теперь понял все.

— Как ты вообще, Леш? — спрашиваю мягко.

— Нормально, — пожимает плечами. — Дядя Максим мне нравился, до того, как я узнал, что он мой отец. Так что лучше он, чем какой-нибудь мудак.

Равнодушие Леши цепляет, но каждый имеет право на разное проявление эмоций.

— Только я теперь не знаю, как общаться с ним и о чем говорить.

— Я буду рядом, Леш. Мы разберемся со всем вместе. Надо только, чтобы Глеб принял эту новость.

— Он бесится, да, — соглашается Леша. — Я-то знал, что где-то есть мой папа, а для него это шок.

— Может, оно даже к лучшему? Вы же были друзьями. А теперь выяснилось, что вы братья. Будет здорово, если вас это сблизит, — придумываю на ходу.

Леша смотрит на меня странно и выдает совсем как взрослый:

— Возможно, это, наоборот, все испортит.

— Почему?

— Потому что раньше нам было нечего делить.

— Потому что раньше нам было нечего делить.

Промики)

Бывшие. Я до сих пор люблю тебя

https://litnet.com/shrt/Shhx

bcEtuAYh

8RnrVJ9Q

VH_9da0V

Измен нить

https://litnet.com/shrt/ShSx

P5umRRN8

8qp-HEtC

JagNWWKm

Бывшие. Она моя дочь

https://litnet.com/shrt/Shxx

iarSiA1s

PcUEpVaT

KnoPK7N7

Глава 49

Ульяна

Я честно ждала отката в поведении Леши. Все боялась, что он психанет, обматерит Максима, вывалит на него или на меня свои эмоции, но мой сын — кремень.

Весь вечер мы провели вместе.

В тишине, наедине друг с другом. Незапланированно, не дожидаясь Нового года, включили Гарри Поттера и залезли под большой махровый плед.

Потом ужинали и смеялись, вспоминая какие-то моменты из детства. Про Макса или Глеба Леша не говорил. Мне показалось это важным — дать ему понять, что да, жизнь изменилась, но для меня он всегда самый главный.

Когда сын уже спал, я позвонила Максиму.

— Удалось поговорить?

— Да, — голос Никонова звучит вымученно. — Разговор был сложный. Глеб искренне считает, что отныне я буду все свое время проводить с тобой и Лешей.