Вкус Парижа - Виктория Браунли

Я напряженно наблюдала, как к нему бросилась Клотильда, и он нежно поцеловал ее в обе щеки. Задержится ли он тут дольше, чем в тот раз, когда мы были с ним в кафе? Я снова невольно заметила, что он, с его слегка взъерошенными волосами и зеленым шарфом на загорелой шее, выглядел блестяще и по-французски.

– Ah, c’est Gaston[32], – сказал papa Жан.

У меня оборвалось сердце. Если papa Жан знал Гастона, значит, у них почти семейные отношения. Я растерянно смотрела, как Клотильда утащила Гастона на кухню, и прикидывала, как бы мне попробовать избегать его.

Я снова повернулась к papa Жану и спросила, откуда он знает Гастона, но меня встретил его озадаченный взгляд.

– А-а, Гастон? Il est mon neveu. Excusez-moi, Ella[33]. – Papa Жан вежливо извинился и ушел на кухню.

Я чуть не вцепилась в него, чтобы разузнать, что такое mon neveu, но вместо него решила найти кого-нибудь другого.

Но тут мне помогла Жюли.

– Кажется, по-английски это «племянник».

– Племянник? То есть сын твоего брата или сестры? – уточнила я. Я не могла позволить себе ошибку.

– Да, я правильно произнесла это слово?

– Прекрасно, – заверила я.

«Итак, если Гастон племянник Жана, – подумала я, – тогда он кузен Клотильды!» – При мысли об этом я улыбнулась, и от восторга у меня запорхали в животе бабочки.

Оказывается, все это время я напрасно беспокоилась. Извинившись, я направилась к буфету, вытаскивая телефон, чтобы написать сообщение Крису. «Оказывается, Бог есть! Клотильда и Гастон кузены!»

Накладывая себе на радостях огромную порцию мини-кишей, я услышала мужской голос, который тут же узнала.

– Они невкусные. На твоем месте я бы не ел так много.

Я повернулась к Гастону и усмехнулась.

– По-моему, они выглядят восхитительно, – игриво возразила я и нарочно положила на свою тарелку еще парочку кишей.

– Да, верно, – согласился он. – Но не спеши накладывать много, пока не попробуешь.

– Сейчас исправим, – сказала я, положила в рот целый киш и задумчиво прожевала его. – Ах, вкусно, – солгала я.

Несмотря на мою любовь к Клотильде, все ее блюда, если она не покупала их у «Пикара», были малосъедобными. «Вероятно, благодаря этому она остается такой стройной…» – подумала я.

– Я слышала, что вы с Клотильдой кузены, – начала я.

– Да, а я слышал, что ты ее новая соседка по квартире, – подхватил он. – Какое совпадение.

Я покраснела от смущения.

– Значит… – пролепетала я, меняя тему, – тебе не нравится, как готовит Клотильда?

– Non. Я пытался научить ее готовить несколько простых блюд, но у нее не хватает терпения. Она всегда предпочитает есть где-нибудь в ресторане и любит, когда другие делают за нее тяжелую работу.

– Ну, я не осуждаю ее. В Париже такая вкусная еда; кто не мечтает в этом городе ужинать каждый вечер в ресторане?

– Ты тоже любишь есть в ресторане? – вскинул брови Гастон.

– Конечно, думаю, как и все остальные.

Он кивнул и сдержанно усмехнулся.

– Я тоже.

– В прошлый раз я не спросила у тебя, чем ты занимаешься? – вновь задала вопрос я, желая продолжить разговор.

– Я журналист.

– О, классно, – отозвалась я и упрекнула себя, что не придумала ничего лучше.

– А как твоя работа в кафе? Готовишь кофе?

– О, нормально, – ответила я, подумав, что мне, пожалуй, стоило бы сказать ему, что я на самом деле не бариста. – Кстати о кафе, я давно не видела тебя в «Флэт Уайт».

– Сейчас слишком напряженный сезон.

– Тем больше причин выпить кофе, – возразила я с лукавой улыбкой.

Но не успела я пофлиртовать еще немного, как нас прервал papa Жан и срочно увел Гастона на кухню устранять какую-то аварию.

«Боже, что там натворила Клотильда?» – подумала я.

Я проверила телефон и увидела ответ Криса: «Удачи с месье! Береги Клотильду для меня».

* * *

Чуть позже появился Гастон с большим подносом безупречных канапе. После малосъедобных кишей вся толпа набросилась на них словно стая голодных собак. Я пыталась пробиться к угощению и ухватить маленький сырный тарт, но Гастон схватил меня за плечо и утащил в сторону.

«Почему он не хочет, чтобы я ела?» – подумала я.

– Элла, пойдем со мной. У меня кое-что есть для тебя, – шепнул он мне на ухо.

Я шла за ним, украдкой разглядывая его зад в безупречно сшитых брюках.

– Неплохо, – пробормотала я еле слышно.

На кухне я увидела закуски, которые Гастон ухитрился приготовить из остатка продуктов, рассеянных по столу.

– Я подумал, что ты заслужила это съесть после тех ужасных кишей.

Я взяла маленький чернослив, завернутый в прошутто, и положила в рот. Когда мои вкусовые рецепторы ощутили солено-сладкий вкус, у меня запело сердце. Я и не сознавала, что так проголодалась, и с жадностью прожевала восхитительный сверточек.

– Гастон, они потрясающие! – воскликнула я. Потом попробовала маленький тарт из козьего сыра с его великолепным балансом кремового сыра и хрустящей корзиночки – великолепное сочетание для моего языка. – Что это за козий сыр? – поинтересовалась я. Гастон покосился на меня, явно удивляясь, что я могла различать разные сорта французских сыров.

– Это Кроттен-де-Шавиньоль с Луары. Тебе нравится?

Я подробно описала вкус сыра, а поскольку уже выпила достаточно много шампанского, моя речь звучала удивительно элегантно и богато. А может, под влиянием Сержа я стала оценивать сыр более профессионально.

– Теперь тебе надо попробовать фуагра, – заметил Гастон и показал на бурый комок на ломтике фруктового хлеба, далеко не такой аппетитный визуально, как предыдущие деликатесы.

– Хорошо, – ответила я, стараясь изобразить энтузиазм.

– Это печень, – медленно пояснил он, увидев мое выражение лица. – Она и не должна выглядеть красиво.

Я рассмеялась и покачала головой, смущенная тем, что он почувствовал мои сомнения. Он поднес тост с фуагра к моим губам, и это получилось чувственно. Я раскрыла рот, слегка порозовев от волнения.

В этот момент в кухню влетела Клотильда.

– Что тут происходит? – спросила она.

Я резко повернулась, похолодев от стыда, толкнула руку Гастона, и канапе с фуагра упало мне на грудь. Теплый тост и липкая печенка удобно устроились в вырезе платья.

– Блин! – завизжала я и беспомощно раскинула руки.

Гастон пытался схватить убежавшее канапе, но лишь ухитрился запихнуть его еще глубже между моими грудями. Мое лицо густо покраснело, мне захотелось броситься вниз с балкона, чтобы выкрутиться из создавшейся ситуации, – единственное, что пришло мне в голову. К счастью, прежде чем я это сделала, ко мне подбежала Клотильда и оттолкнула Гастона.

– Не беспокойся, Элла. Сейчас мы все быстро исправим. Пойдем со мной.

Я вздохнула с облегчением, когда она потащила меня в свою комнату. К счастью, Клотильда не спрашивала, что я делала на кухне с ее кузеном,