Надуй щеки! том 3 - Сергей Викторович Вишневский

на все вопросы буду отвечать, только после того, как он сам попытается во всем разобраться. Чтобы исключить самые глупые и нелепые вопросы.

Я старался не отвлекать Чана и подсел за кухонный стол. Мама корпела за плитой, и я решил немного поговорить с ней, пока есть такая возможность.

— Что готовишь? — обратился я к ней.

— Да вот, решила сытный ужин приготовить. Саппоро рамэн, — слегка улыбнувшись, ответила мама. — А то глядя на то, чем ты питаешься, у меня душа болеть начинает.

— М-м-м… пахнет вкусно.

— Наваристый говяжий бульон с добавлением мисо-пасты, — мама на несколько секунд замерла, задумавшись о чем-то. — Твой отец любил этот рамэн. Только он часто добавлял бобовую пасту тобядзян. А в остальном… — спустя некоторое время она продолжила нарезать зеленый лук.

— Мам, а можешь рассказать, как вы познакомились с отцом? — спросил я, рискуя показаться странным. Но что-то мне подсказывало, что прошлый «я» действительно очень мало интересовался этим. А учитывая дату основания компании Хегай Рис и свадьбу родителей, это было ещё до моего рождения.

Стук ножа снова прекратился, и на некоторое время воцарилась тишина. Лишь звук кипящего бульона нарушал её. Мама стояла ко мне спиной и снова застыла на несколько секунд. Спустя мгновение она втянула воздух носом и принялась говорить, продолжая готовить:

— Твой отец ещё в старшей школе бегал за мной, — с теплом в голосе произнесла она. Я не видел лицо матери, но мне показалась, что она сейчас легонько улыбалась. — Честно говоря, в то время я никогда и не думала, что буду с ним. Точнее даже исключала такую возможность. Но он всегда был настойчивым и напористым. В принципе благодаря своему характеру ему и удалось создать огромную корпорацию с нуля. Из обычного фермера подняться в чеболи. Не каждому дано. И… — тут она снова застыла и тяжело сглотнула. — Из-за своей неуступчивости всё это привело…

В этот момент я почувствовал, как в её голос добавились нотки грусти. Мама покосилась на шкаф, где раньше у нас находился алкоголь и громко вздохнула.

Я же понял, что, видимо, зря завел эту тему. Прошло уже достаточно времени, но ей до сих пор было очень тяжело. Она с трудом пережила эту утрату и держалась сейчас только из-за своего сына.

— Давай я тебе помогу с готовкой! — предложил я, попытавшись сменить тему для разговора.

— Не стоит. Хотя я рада, что ты… в минуты моей слабости не растерялся и смог со всем разобраться. Ты большой молодец! — мама повернулась ко мне и с блестящими глазами, искренне улыбнулась. — И друзья у тебя появились. Хорошие. Надеюсь, и внуки скоро появятся. У меня, — на этих словах она улыбнулась ещё шире, практически рассмеявшись, и облегченно выдохнула. — Хотя ты можешь кое-чем помочь, — продолжила говорить мама.

— Чем? — тут же оживился я.

— Выброси мусор. А то он и так уже пованивает и скоро через край начнет переваливаться.

— Хорошо, — я поднялся со своего места и направился к кухонному ведру.

Завязав мусорный пакет, направился на выход. Бак для мусора находился буквально в пятидесяти метрах от дома, поэтому я просто обулся и вышел на улицу.

По дороге я машинально подметил, что свет в доме Минсу горит почти во всех комнатах, что бывает не часто. А ещё в моей голове тут же пронеслись мысли, что давненько я не видел Минсу, и даже странно, что она ничего такого не вытворяла.

А потом я просто сопоставил свет в её доме и отсутствие извращенных выходок от соседки и понял, что, видимо, её родители временно вернулись из командировки.

Ну и хорошо. Мне же спокойнее. Хотя пар иногда всё-таки надо спускать.

Выкинув мусор, я развернулся и еле заметно дернулся от неожиданности.

Передо мной стояла Минсу.

— Твою мать! — вырвалось у меня на русском.

Вот почему мысли настолько материальны? Правда, когда не надо…

Девушка стояла, закутанная в черный плащ. Её грудь вздымалась от тяжелых, прерывистых вздохов, а глаза подозрительно сверкали. Мне показалось, что её зрачки неестественно расширенные.

— Ты чего так подкрадываешься⁈ — обратился я к соседке.

— Нам надо срочно с тобой уединиться! — приблизившись ко мне вплотную, вроде бы шёпотом, но при этом очень напористо произнесла Минсу. — Ой, то есть поговорить наедине.

Девушка буквально прижалась ко мне, и задрав голову, смотрела на меня снизу вверх. В этот момент я почувствовал напряжение в штанах.

— Да я понял, о чем ты говоришь. И ты точно не оговорилась. Но сейчас однозначно не вариант.

— Почему⁈

— Вот прям точно!

Она вопросительно смотрела на меня, продолжая прижиматься и тяжело дышать. А я почувствовал, что под её плащом у неё точно больше ничего нет.

Совсем ничего.

— У меня мама дома, да и знакомый… одноклассник сейчас гостит, — продолжил я говорить. — Думаю, это будет неуместно. И, как я понял, у тебя тоже родители дома.

— Да. Но они отъехали в магазин. Поэтому я и выбежала к тебе.

— Понятно, — поджав губы, произнес я. — Но всё-таки это рискованно.

— Я знаю подходящее место… — томно проговорила Минсу.

— Какое? — с подозрением покосившись, уточнил я.

— Твой гараж!

Глава 8

Я стоял на втором этаже школы, напротив окна, откуда открывался вид на сквер нашего учебного заведения, и невольно вспоминал вчерашний вечер.

Минсу всё-таки добилась своего и затащила меня в гараж. Правда вот, заниматься подобным на велосипеде было максимально неудобно и рискованно. А если ещё учесть, что получилось так, что мы занимались этим на старом велосипеде Чана, то вообще страшно становится.

Ведь вспоминая, как под нами скрипела старая седушка этого ржавого велосипеда, я невольно начинал ощущать двойную угрозу… В тот момент все мои мысли были лишь о том, чтобы сиденье выдержало и не продавилось вниз.

В общем, максимально странный секс. В принципе, как и обычно.

Размышляя об этом, я продолжал стоять и слегка разминать своё бедро. Вчера из-за неудобной позы ногу жутко свело, а боль от этого эхом отдавалась до сих пор. Поэтому, я пытался массировать мышцу.

Глянув снова в окно, я заметил, как несколько учеников из других классов подошли к импровизированной башни из монеток, которую построили совет ЮЧП, и подложили туда несколько монет.

Ну как