Стальная принцесса - Рина Кент

Но опять же, я хорошо осведомлена о его манипуляциях и все равно попалась на удочку, так что, думаю, это делает меня соучастником.

Я сижу в просторной круглой ванне, потому что Эйден приготовил для меня еще одну ванну с пеной.

Меня до сих пор приводит в недоумение то, как он может проявлять такой уровень заботы, но при этом вести себя так властно, почти деспотично.

Это сбивает с толку.

Он сбивает с толку.

Он сидит у меня за спиной, словно подавляя своим присутствием. Я чувствую его тепло.

Словно нимб, оно поглощает меня целиком.

У меня по коже пробегают мурашки.

Эйден прислоняется спиной к ванне, вытянув ноги по обе стороны от меня, а я сижу посередине.

Я подтягиваю колени к груди и заставляю свое тело остыть на одну долбаную секунду.

Если я уступлю ему еще раз, то могу снова начать терять себя из-за него.

Какого черта он рассказал мне о своей бессоннице? Он должен был уклониться, как всегда. И то, как он смотрел на меня?

Я защищу тебя.

От его слов у меня по спине пробегают мурашки.

Нет. Я не буду об этом думать.

Я здесь только для того, чтобы услышать, что он скажет. Как только он закончит, я уйду.

Губка соприкасается с моей напряженной спиной. Я поджимаю губы, пока он медленно намыливает мою кожу осторожными, нежными движениями.

Аромат кокоса витает в воздухе и наполняет меня.

Стоп.

Почему он не может быть злым? Почему он должен еще больше заколдовывать мое тело своими чарами?

– Ну и? – огрызаюсь я сильнее, чем хотела.

Я хотела заглушить дрожь, которую он вызывает в моем теле, но это совсем не помогает.

– Что «ну и»? – Он продолжает свои действия.

– Я жду правды.

– Ты уверена, что не хочешь передумать? – Его голос тих в зловещей тишине ванной.

– Нет.

– Хм. Возможно, ты захочешь этого, сладкая. Я все еще не думаю, что ты готова.

– Позволь мне самой решать, к чему я готова.

Он недолго молчит, и я думаю, что он откажет мне. Он будет так же несправедлив, как и в другие разы, и рассмеется мне в лицо.

На этот раз мне придется винить только себя. Я заключила сделку с дьяволом, точно зная, каким коварным он может быть.

– Я расскажу тебе историю, – говорит он.

– Мне не нужна история, я хочу…

– Было двое друзей, – он обрывает меня, продолжая массировать спину. – Они оба были амбициозны и не останавливались ни перед чем, чтобы заполучить то, что хотели. У обоих был процветающий бизнес, но они отказались от партнерства, потому что им больше нравилось бросать вызов друг другу. С годами соперничество становилось все жестче. Они оба были известными бизнесменами и никогда не давали друг другу поблажек.

Его движения замедляются, как будто он рассеян. Его пальцы водят по моей спине вместо губки, как будто он что-то выцарапывает.

– Их соперничество начало выходить за рамки дозволенного, чего ни один из них не заметил. Или, может быть, они заметили, но им было наплевать. В тот момент, когда их семьи оказались втянутыми в соперничество, все стало действительно плохо.

Он перестает говорить, и его пальцы прекращают свои ласки. Я поворачиваюсь так, что моя спина прижимается к его согнутой ноге.

Эйден наблюдает за мной потемневшими глазами. Как будто он окружен своими черными демонами, и все они хотят причинить боль.

У меня перехватывает дыхание, когда мой инстинкт самосохранения кричит мне бежать. Это один из тех моментов, когда смотреть на него практически невозможно.

Я сглатываю, но не двигаюсь.

– И что?

Какое-то мгновение он молчит.

– Что?

– Где остальная часть истории?

– В следующий раз.

– В следующий раз? – Я чуть не срываюсь.

– Ты через многое прошла сегодня, – произносит он с непроницаемым лицом. – Тебе нужно поспать.

– Я не устала. – Я толкаю его в грудь.

– Хм. Я думал, тебе больно. Может, мне не стоит сдерживаться, а?

Мои щеки вспыхивают от обещания, прозвучавшего в его словах. Я быстро прихожу в себя, когда узнаю его тактику.

– Тебе не удастся отвертеться. Ты обещал рассказать мне все, а теперь говоришь идти спать?

Он хватает меня за запястье и разворачивает так, чтобы я оказалась лицом к нему. Его ноги обхватывают мою талию, и у меня нет другого выбора, кроме как согнуть ноги по обе стороны от его бедер.

В этом положении мои ноги раздвинуты, и даже несмотря на то, что наши нижние половины покрыты пузырящейся водой, я почти чувствую его эрекцию рядом с моей самой интимной частью.

Он запускает пальцы в мои распущенные волосы, и его взгляд перемещается на мою раскрасневшуюся грудь. Мои соски твердеют под его пристальным изучающим взглядом.

Я выдыхаю только после того, как он снова поднимает на меня свои металлические глаза.

– Я не говорил, что расскажу тебе все, я сказал, что расскажу тебе историю, которую я только что и рассказал.

Разочарование бурлит в моих венах. Черт бы побрал его и его манипуляции. Настанет ли когда-нибудь день, когда он не сможет поймать меня?

Но именно так обстоит дело с Эйденом. Если я хочу что-то от него получить, то мне нужно играть в его глупые игры. Мне нужно попытаться мыслить таким же ненормальным умом, как у него.

Сделав успокаивающий вдох, я ненадолго закрываю глаза, прежде чем снова их открыть. Он уставился на мой шрам с непроницаемым выражением лица.

Если бы только я могла прочитать его мысли и увидеть, что скрывается за этим фасадом.

То, что он так пристально смотрит на меня, вызывает странное чувство уязвимости. Зуд под кожей вырывается на поверхность.

Я не знаю, почему он так зациклился на моем шраме.

Или на мне, в принципе.

Если то, что я услышала из разговора Джонатана и Сильвер, правда, то Эйден должен ненавидеть меня, а не быть настолько одержимым.

Но опять же, разве одержимость – это не просто еще одна форма крайней ненависти?

– Имеет ли история, которую ты мне только что рассказал, отношение к тому, что я подслушала из разговора Джонатана и Сильвер?

Его взгляд неохотно отрывается от шрама, чтобы встретиться с моими глазами.

– Может быть.

– Черт возьми, Эйден! Дай мне что-нибудь.

– Дам. – Его губы изгибаются в ухмылке. – Если ты будешь хорошей девочкой.

– Дай угадаю, это условие включает в себя секс?

Его улыбка становится шире.

– Я буду тем, кто трахает, но да, сладкая. Секс входит в комплект.

Я прищуриваюсь, глядя на него.

Это все уловка. Что-то, что он