Сокрушенная империя - Эшли Джейд

немного пошевелила извилинами, то без проблем бы поняла, о ком речь.

Она мрачнеет.

– Оу. – Морган переминается с ноги на ногу. – Я не… хотя можно было догадаться. Чувствую себя такой глупой.

Что ж.

Несмотря на мою репутацию хладнокровной стервы, мне жаль ее. В свою защиту могу сказать: я предупреждала, чтобы она не привязывалась ко мне, но ее это не остановило. А значит, теперь мне нужно разбираться с этим провалом. Ситуация очень неловкая.

– Послушай, Морган, – начинаю я, – дело не в тебе, а во мне.

– Да ладно, Бьянка.

– Это правда, – настаиваю я. – Ты хорошая девушка и однажды сделаешь кого-то счастливым. Просто… это буду не я.

Она смотрит на меня своими блестящими глазами.

– Я такая глупая.

Не буду спорить. Тем не менее я не бессердечная.

– Прости, что делаю больно, – честно говорю я ей. – Я не хотела этого. Несмотря на то, как все это началось.

– Бьянка?

– Да?

Морган делает глубокий вдох.

– Я хочу предупредить, что она к тебе ничего не чувствует. – Ее выражение лица становится серьезным. – Тебе нужно быть осторожной с ней.

Я понятия не имею, о чем она говорит.

– О ком ты?

– Хейли. – Она опускает голову. – Ты же ее любишь, верно?

Учитывая то, что я хочу собрать на Хейли как можно больше компромата, я не спорю.

– Что ты знаешь о ней?

Морган невесело смеется.

– Ну, для начала она постоянно названивает Оукли, и это, очевидно, говорит о том, что она все еще его любит. – Она прикусывает нижнюю губу. – И иногда она… – Морган умолкает.

– Иногда она что? – настаиваю я.

– Ну… иногда она говорит о тебе очень плохие вещи. Например, что ты постоянно грубишь людям. – Морган начинает загибать пальцы. – Еще она сказала, что ты смеешься над людьми с ограниченными возможностями. И никогда не оставляешь чаевые. И что ты спишь с кучей парней…

– Это неправда. – Меня едва ли не трясет.

Я, конечно, не Мисс Совершенство, но я всегда оставляю чаевые и не трахаюсь с кем попало. Не то чтобы с девушками, которые так делают, что-то не так, я не осуждаю. Но самое обидное? Я бы никогда и ни за что на этом гребаном свете не стала смеяться над человеком с ограниченными возможностями.

Господи. Неудивительно, что Оукли такого мнения обо мне.

Стерва все это время пакостила за моей спиной. Я настолько зла, что у меня перед глазами появляется красная пелена, когда я пробегаю мимо Морган.

– Спасибо, что рассказала.

– Куда ты? – кричит она.

Покончить с этим дерьмом раз и навсегда.

* * *

– Вы записаны? – спрашивает девушка на ресепшене.

– Нет, но я звонила и мне сказали, что я могу прийти сегодня.

– Ладно. Сейчас проверю. – Не поднимая взгляда, она начинает стучать по клавиатуре. – Как вас зовут?

– Бьянка Ковингтон.

Это заставляет ее оторваться от компьютера. Я не удивлена. Из-за того, что отец владеет «Траст Фарма», в медицинском сообществе моя фамилия многое значит.

Девушка мимолетно улыбается, продолжая нажимать на клавиши.

– Готово. Но у доктора Янга сегодня много работы, поэтому придется подождать.

У меня полно времени.

Я нахожу себе место в комнате ожидания. Ко мне подходит маленькая девочка с растрепанными косичками – на вид ей лет восемь – и одаривает меня широкой улыбкой. Без парочки зубов.

– Привет.

Я отвожу взгляд, потому что, если не встречаться с детьми глазами, они в конце концов уходят. Положив руки на бедра, она с любопытством меня разглядывает.

– Где твой ребенок?

О господи.

– Где твоя мама?

Улыбка сползает с ее лица.

– У меня больше нет мамы.

– Оу.

Добро пожаловать в клуб, малышка.

Накручивая косичку на палец, она показывает себе за спину.

– Папа ушел в туалет. – Приложив ладошку ко рту, она наклоняется, словно хочет рассказать мне какую-то тайну. – Но мне кажется, что он разговаривает с доктором Янгом без меня.

Я сглатываю ком в горле.

– Из-за твоей мамы?

Она опускает взгляд в пол.

– Я очень по ней скучаю.

Я тоже.

Скрестив руки на груди, девочка надувает губы.

– Мне тут не нравится.

Я неосознанно напрягаюсь.

– Почему?

Она пожимает плечами.

– Иногда я плачу, когда мы говорим о мамочке.

Да, понимаю.

Почувствовав связь с ней, я решаю рассказать свой секрет.

– Тебе необязательно говорить о том, что тебе не нравится. Ты можешь попросить поиграть в игры или пораскрашивать.

Она выглядит удивленной.

– Правда?

– Ага. На терапии ты устанавливаешь правила.

– А доктор не будет злиться?

– Не должен. А если будет, попроси другого врача, потому что этот плохой.

Эта информация заставляет ее снова расплыться в улыбке.

– Ты мне нравишься. Как тебя зовут?

– Бьянка.

– Привет, Бьянка. – Она гордо протягивает мне руку. – Меня зовут Анджелика.

Я пожимаю ее руку.

– Привет.

Она опять широко мне улыбается.

– Ты это уже говорила. – Ее глаза расширяются, когда она замечает мой браслет. – Вау. Красивый.

Я хочу заметить, что это золотой браслет от «Картье» с бриллиантами за пятнадцать тысяч долларов, так что он не просто «красивый», но к нам подходит мужчина в костюме.

– Юная леди, что я тебе говорил о разговорах с незнакомцами?

Я собираюсь сказать, что, если бы он не оставил ребенка без присмотра, этого бы не произошло, но Анджелика топает ногой и начинает хныкать.

– Папочка, она хорошая. И такая красивая… как мамочка.

Анджелика поворачивается ко мне.

– Ты будешь моей новой мамочкой?

Лицо ее отца вспыхивает всеми оттенками красного.

– Анджелика, пожалуйста, не приставай к девушке. – Он смотрит на меня извиняющимся взглядом. – Простите. Моя жена погибла семь месяцев назад, и она ищет… – Он замолкает.

Другую женщину, которая заполнит пустоту внутри.

К сожалению, для меня и Анджелики это невозможно.

Он берет ее за руку.

– Пойдем купим тебе мороженое.

Анджелика начинает возмущаться, из ее огромных зеленых глаз катятся слезы.

– Нет…

– Эй, – я встаю на колени, чтобы быть с ней на одном уровне, – хочешь покажу кое-что классное?

Вытерев нос тыльной стороной ладони, она внимательно глядит на меня.

– Что?

Я снимаю свой браслет.

– Это волшебный браслет.

Судя по ее виду, она не верит ни единому моему слову… пока я не наклоняюсь к ней и не шепчу на ухо:

– Он защищает тебя и делает сильнее, а еще, если ты поговоришь с ним, когда будешь одна, мамочка услышит тебя в раю.

Ее глаза расширяются.

– Правда?

Я уверенно киваю.

– Правда.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что моя мамочка тоже умерла, когда я была маленькой.

Между нами возникает невидимая связь, пока я надеваю браслет на ее тоненькое запястье. К счастью, застежка регулируется и мне удается застегнуть его так,