Эти три коротких слова - Меган Куин

– Справляюсь со стрессом.

– Справляешься со стрессом?

– Да, ну, понимаешь, на вашу сегодняшнюю игру было очень тяжело смотреть. Мне нужно было чем-то себя занять, поэтому я распаковала твою одежду – что, я знаю, является грубым нарушением неприкосновенности частной жизни, но я не могла просто так оставить все скомканным в чемодане, особенно твои костюмы… И когда я все распаковала, я поняла, что их не помешает отпарить, поэтому я принялась за дело. Сначала один костюм, затем другой, а потом еще один… Честно, я очень рада, что ты вернулся. Думаю, что дальше мне пришлось бы приняться за твои боксеры. – Ее глаза расширяются. – Не то чтобы я как-то особенно обращала внимание на твои трусы. То есть я к ним прикасалась, но не потому, что я извращенка, а потому, что мне нужно было куда-то их убрать. Я почти не трогала твое нижнее белье. Я просто сунула все в комод. – Ее глаза расширяются еще больше. – О боже, ты ведь не хотел, чтобы я это делала, да? Это как-то слишком преждевременно – класть твои трусы в мой комод… Клянусь, это ничего не значит. Никакого «ты-мой-парень-мы-храним-вещи-вместе». Я просто решила, что тебе будет удобнее…

– Пенни, не забывай дышать.

Она падает на диван и прикрывает глаза рукой. Через несколько секунд она, наконец, произносит:

– Вы были абсолютно кошмарны сегодня вечером, и в этом виновата я.

Видя, к чему все идет, я подхожу к дивану и сажусь, стараясь держаться на приличествующем расстоянии.

– Мы действительно облажались сегодня вечером, но ты тут ни при чем. Виновата тут только команда, а никак не свежеиспеченная мамочка.

Она бросает на меня взгляд.

– Ненавижу это слово. Можешь меня так не звать?

– Мне называть тебя женщиной, которая носит моего ребенка?

– Просто зови меня Пенни. – Она садится. – Вы с Пэйси не могли толком играть. Я знала, что так и будет. Вот почему я хотела подождать, но потом пришла Блейкли со своими гениальными советами и убедила меня рассказать сейчас, а не когда кончится сезон.

– Тогда было бы уже слишком поздно. Это хорошо, что ты рассказала все сейчас.

– И лишила вас шанса выиграть кубок. Действительно, отличная идея.

– Пенни, это была всего лишь одна игра.

– Да, ну что же, одна игра превратится во множество игр, и не успеем мы оглянуться, как в мае ты уже будешь собирать вещи, а не готовиться к следующему сезону. СМИ обязательно об этом пронюхают, и все возненавидят нашего ребенка. Так и случится. И что дальше? Весь Ванкувер будет ненавидеть маленького Джимми Джона, или Джонни Джима, или… крошку Пегги-Легги!

– Пегги-Легги? – переспрашиваю я, морща нос. – Умоляю, не называй нашего ребенка Пегги-Легги.

– Ты же понимаешь, о чем я. Я все испортила.

– Ничего ты не испортила. Перестань так говорить. Мы этого ребенка зачали вместе. И это была всего лишь одна игра. Мы все помиримся.

– Ну да. – Она встает и возвращается к моему жилету. Больше она не произносит ни слова: все ее внимание сосредоточено исключительно на моем костюме из твида.

– Ты не обязана этого делать, – говорю я, не зная, куда деваться.

– Все в порядке. – И она продолжает отпаривать мой жилет.

От напряжения воздух такой густой, что его можно резать ножом. Я ничего не могу тут сделать, и мне от этого очень неуютно.

Обычно после игры я отправлялся с ребятами в тренажерный зал, потом заходил в любимый круглосуточный магазин, чтобы купить итальянский сэндвич с дополнительной порцией мяса и овощей, а затем шел домой, чтобы расслабиться на диване перед телевизором. После нескольких серий какого-нибудь очередного телешоу я обычно ложился спать.

Ну или после игры я просто подцеплял симпатичную девушку и занимался с ней сексом.

А сегодня, ну… Сегодня мне ничего этого не светит. Никакого любимого сэндвича – вместо этого я перекусил комплексным обедом, который нам раздавали после игры, да и тот мне пришлось наскоро съесть в машине. Затем я помчался сюда, чтобы убедиться, что с Пенни все в порядке.

Я не совсем понимаю, почему я так торопился.

Не похоже, что она хочет иметь со мной дело.

Прочистив горло, я встаю.

– Ну, по крайней мере, позволь мне помочь убрать мои костюмы из гостиной.

– Все в порядке. Я еще не решила, куда их повесить. – Она бросает взгляд поверх моего жилета. – Ты можешь, э-э… пойти развлечься, если хочешь. Я знаю, тебе такое нравится.

Она что, ненормальная?

Пойти развлечься?

Пока она беременна?

Нет уж, мои случайные связи в данный момент находятся на паузе. Справлюсь как-нибудь сам.

– Я никуда не пойду. Это было бы неуважительно по отношению к тебе, – говорю я.

Она усмехается.

– Мы не встречаемся, Илай. Это не значит, что тебе нельзя ни с кем встречаться.

– Я не собираюсь ни с кем встречаться. Ты знаешь, что я никогда ни с кем не встречаюсь.

Ее взгляд встречается с моим.

– Я имею в виду, ну… ты понимаешь. Провести время с другими женщинами. – Я не до конца понимаю, что происходит: она пытается меня оттолкнуть или просто хочет решить ей же придуманную проблему? Как бы то ни было, я в этом участвовать не намерен.

Вместо это я говорю:

– Я просто пойду спать.

Хотя на самом деле я и близко не чувствую усталости.

Я забираю свою сумку из прихожей и иду в спальню. Там я распаковываю вещи, бросаю одежду в угол, который в данный момент является моей корзиной для грязного белья, а затем сажусь на край кровати с телефоном в руке.

Я набираю сообщение и рассылаю его ребятам… Ну, всем, за исключением Пэйси. Не думаю, что писать ему по поводу его сестры в данный момент было бы разумно.

Хорнсби: Атмосфера тут очень неловкая. Я не знаю, что делать. Помогите.

Я упираюсь локтями в колени и проверяю результаты других сегодняшних матчей, ожидая, пока кто-нибудь мне ответит. К счастью, долго ждать мне не приходится, и вскоре телефон уже начинает вибрировать.

Поузи: Опиши ситуацию подробнее.

Тейтерс: Да, нам нужно знать, с чем мы имеем дело, прежде чем давать советы.

Холмс: Возможно, ничего неловкого и вовсе нет. Тебе просто так кажется.

Если бы они только знали. Я снимаю пиджак и кладу его на край кровати, прежде чем набрать ответ.

Хорнсби: Я вернулся к Пенни и обнаружил, что она лихорадочно отпаривает все мои костюмы. Когда я спросил ее, что она делает, она разразилась какой-то бессвязной речью о том, что наша команда из-за нее проиграет,