Сводные. Том 1 - Лена Харт

живущая в моём доме. Игнат мог бы идти на хрен, где бы он ни был в аду. Сев, скидываю ноги с кровати и встаю, хватая джинсы со стула.

Этот сукин сын. Я не разговаривал со своим сводным братом или кем-либо из этой семьи более двадцати лет, но я достоин упоминания в его завещании? Неужели не было никого, кто знал бы её и был бы рад взять её под опеку?

Но нет, я позвонил ей той ночью, услышав что-то в её голосе, что зацепило меня, и заговорил, не успев подумать.

У ребёнка проблемы.

Конечно, это не делает её отличной от моих детей, но Игнат и Анастасия испортили её. Она настолько отличается от того, что я ожидал. Тихая, строгая, испуганная. Я понятия не имею, как с ней справляться. Я недостаточно умён для этого. Такие люди, как она, которые не показывают эмоций, находят другие способы их проявить.

Так что с ней? Наркотики? Алкоголь? Резка?

Секс?

Замираю на месте, и в моей голове всплывает яркий образ: Алиса, лежащая на заднем сиденье какого-то автомобиля. Её лицо покрыто капельками пота, волосы прилипли к щеке, а глаза закрыты. Она тяжело дышит.

Я выдохнул, снял футболку со стула и сунул её в задний карман. Лучше бы ей этого не делать. Я не поставляю этому городу новых кисок. Я повернул шею из стороны в сторону, слыша, как она пару раз хрустит.

У Игната и Анастасии никогда не должно было быть ребёнка. Я никогда не понимал, что её родители видели друг в друге, но, думаю, что дерьмо действительно притягивается. Лучшее, что могло случиться с Алисой, — это потерять их, и мне жаль, что этого не произошло раньше.

Я подошёл к двери своей спальни, открыл её и направился через коридор в её комнату. Постучал:

— Алиса.

Сейчас только пятый час, и я потёр воспалённые мышцы шеи. Не хочу её будить, но вчера у меня не было возможности извиниться, потому что она просидела в своей комнате весь чёртов день. Но я не позволю ей прятаться здесь только из-за того, что я был засранцем.

Когда ответа не последовало, я постучал ещё раз:

— Алиса?

В доме стояла тишина, если не считать слабой музыки, под которую спит Егор, доносящейся из-под двери его спальни. Нерешительно я открыл дверь, медленно, на случай, если она испугается, и заглянул внутрь.

— Алиса, это Макс, — сказал я тихим голосом. Её запах ударил в меня, и заставил остановился. Это запах… кожи, мокрой от дождя. Дежавю накрыло меня внезапно, и я вдохнул глубже. Кожа с лёгким намёком на аромат. Как то мягкое, скрытое место за ухом женщины, пахнущее не только ею, но и немного её духами, шампунем и потом. И вдруг я почувствовал этот вкус. Раньше это было моё любимое место, чтобы целовать её. Боже, я забыл.

Прочистил горло, выпрямив позвоночник:

— Алиса, — позвал я, но голос прозвучал как крик.

Не знаю, почему я сейчас расстроен. Сделал шаг в комнату, но когда увидел заправленную кровать, её там точно не было. Моё сердце замерло, и я широко открыл дверь, осматривая её спальню. Она бы не ушла… Свет выключен, но тусклый утренний свет лился сквозь балконные двери, и я видел, что комната такая же опрятная, как и тогда, когда она приехала, хотя кое-какие вещи были передвинуты. Её личные вещи лежали на столе и комоде, а возле прикроватной тумбочки я заметил пару шлёпанцев.

Хорошо, значит она не ушла. В любом случае, я был в недоумении, как она решилась к нам приехать, несмотря на то, что мы живем далеко друг от друга, но я бы не променял её ни на кого.

Выйдя из комнаты, закрыл за собой дверь и дважды сильно стукнул в дверь Егора, проходя мимо и спускаясь вниз по лестнице. Ему тоже нужно подтянуть задницу, и то, что мне до сих пор приходится быть будильником для двадцатилетнего ребенка, просто смешно.

Однако, как только я вошёл в гостиную, почувствовал запах кофе и понял, что я не один. Алиса сидела за столом и работала над чем-то, я всматривался, пытаясь понять, что она делает, пока шёл к кофейнику.

Её волосы были собраны в небрежный пучок на макушке, и казалось, что она склеивает несколько кусочков чего-то вместе. Я налил себе чашку кофе, тяжело вздыхая.

— Спасибо, что починила холодильник, — сказал я, не глядя на нее. Вчера я чувствовал себя дураком, когда Егор сказал мне, что всё в холодильнике не на своих местах, потому что ей пришлось его опустошить, чтобы починить. Какой же я всё-таки болван!

После того как удивление прошло, я был потрясен. В большинстве случаев люди просто заменяют сломанные вещи или нанимают кого-то для ремонта, не желая утруждать себя изучением чего-то нового. Даже несмотря на то, что в интернете полно обучающих материалов, они предпочитают просто не заморачиваться. Когда она всё ещё не ответила, обернулся, отпил из кружки и медленно подошёл к ней. Она собирала тарелку, которая, казалось, была разбита, аккуратно приклеивая каждую деталь. Это была одна из наших дешёвых зелёных тарелок, которые легко разбить. Уголок моего рта приподнялся в лёгкой улыбке. Ей действительно не стоило волноваться. Я снова взглянул на её лицо — она была сосредоточена, губы сжаты, дыхание ровное и контролируемое, как будто меня здесь не было.

— Алиса? — позвал я снова. Но она всё ещё не отвечала. Господи, это как разговаривать с младенцами. Все подростки такие?

Поставив последний кусочек на место, она держала его несколько секунд, затем взяла бумажное полотенце, чтобы разгладить пузырьки клея.

— Я могу чем-нибудь помочь сегодня? — внезапно спросила она, наконец посмотрев на меня.

Хм? Она взглянула на меня, выбившиеся пряди волос упали ей на лицо и в глаза, и я снова был застигнут врасплох. Я готовился к возможному конфликту после вчерашнего, но… она готова двигаться дальше. Стоит ли мне продолжать разговор или нет? Я провел рукой по голове. Что бы ни было. Если она собирается мне помочь, я не буду жаловаться.

— Да, — сказал я, вздыхая с облегчением.

Она поднялась со стула, встала прямо передо мной, но её взгляд сразу же остановился на моей груди, и она быстро отвела глаза. Я сжал губы и вытащил футболку из заднего кармана, чтобы надеть её. Игнат, который родился в костюме, и Алиса, получавшая образование только в школах для детей одного пола. Думаю, ей это было непривычно.

— В чём нужна моя помощь? — спросила