Надуй щеки! том 3 - Сергей Викторович Вишневский

опустил тесак, сделал пару шагов вперед и глядел ребят. Цыкнув, он кивнул в сторону домика.

— Пойдемте. Чего на улице стоят?

Ребята прошли за ним в дом, где оказалось на удивление чисто и опрятно. Было видно, что ремонт тут не проводился давно, да и убранство мягко говоря простое, но тем не менее везде было чисто.

— Меня Сон Мин Хо зовут, — произнес он, ставя чайник на плиту. — Вы уж извините старика. Слепнуть на старость лет начал. Не признал вас.

— Ничего, мы понимаем, — кивнул Йонг.

— Скажите, а у вас собак покупают? Я думал, что в таких местах их просто так отдают, — вмешался Чан.

Старик тяжело вздохнул, взял старый заварочный чайник и тяжело вздохнул.

— Не все приюты на руку чистые. Оно и понятно — кормить собак чем-то надо. Не усыплять же? Ладно бы болел пес чем-то, мучился — тут разговора нет. Но здоровую животину — за что усыплять? Потому, что кормить нечем?

— А отпустить? — подала голос Юми.

— Чтобы она с голодухи на человека кинулась? — глянул старик на девушку, после чего принялся насыпать заварку в чайник. — Любая тварь, что с голоду пухнет может кинуться на другого.

— Вы имеете в виду собак и хищников? — нахмурился Пак.

— Я имею в виду любую тварь, у кого клыки есть.

— У человека тоже есть клыки, — нахмурилась Юми.

— А ты думаешь человек человека не ел, когда голодно ему было так, что живот к спине прилипал? — Хмыкнул Сон Мин Хо. — Молодые, образованные. Да только голода не видали. Когда за тушенку глотки друг другу резали вот там настоящий человек был. В сути своей, без напуска общественного — хищник злобный, что и тушенку отберет, и глотку тебе перережет, а потом и тебя же сожрет.

Юми шумно сглотнула, застыв с открытыми глазами. Пак с Чаном переглянулись.

— Сколько вам лет, Сон Мин Хо? — спросил Йонг, пытаясь в уме прикинуть сколько было лет старичку во время гражданской войны.

— Много. Считать бросил давно, — хозяин собачьего приюта взял закипевший чайник и принялся наливать в заварник. — Так что собак отпускать никак нельзя. Не их вина, в том, что их на улицу выбросили. Если человек их бросил, что им теперь? Подыхать? Жить все хотят. И шавка мелкая, что собакой то назвать язык не поворачивается, и бойцовскую псину, что зверем на всех смотрит. Не их вина в том, что человек их бросил.

Возникла немая пауза, во время которой старичок принялся выставлять белые пиалы перед ребятами и наливать в них чай.

— Скажите, а как вы их кормите? — спросил Йонг, взяв в руки чашку. — Корм ведь дорогой. Я видел у вас около двадцати вольеров…

— Корм? Знаешь из чего его делают? — хмыкнул старичок.

— Догадываюсь, что это не первоклассное сырье, — уклончиво ответил Пак.

— Бумага, херь и то, что человеку ни под каким предлогом скормить не получится, — хмыкнул Сон Мин Хо. — Если покупать самые дешевые потроха, жилу или хребтину какую, варить и крупы любой добавлять, то получается сносно.

— То есть вы сами готовите собакам еду? — нахмурился Йонг.

— А для чего мне по твоему вон та бадья? — Указал старичок на огромную кастрюлю, по объему сравнимую с бочкой.

— Кхэм… — кашлянула Юми.

— Собаки не привередливы как люди, — улыбнулся старичок. — У них выбора никакого толком нет.

Повисла небольшая пауза. Юми сидела с растерянным видом. Пак откровенно был в ступоре, поэтому Чан взял слово:

— Скажите, вашим вольерам не нужен ремонт? И хотелось бы узнать, сколько вы тратите на питание собакам?

Старик внимательно осмотрел подростков, а затем спросил:

— Помочь решили?

— Да, мы хотели бы помочь, — кивнул наконец Пак.

— С чего это? По вам видно, что с собаками вы дело не имели, — прищурился Сон Мин Хо. — Совесть заиграла или…

Тут старичок хитро улыбнулся и произнес:

— Колитесь. Что вам от меня нужно? Спор проиграли?

Чан с Паком переглянулись.

— Вы очень проницательны, — кивнул Йонг. — Мы проиграли спор. Как проигравшие мы должны помочь вашему приюту. Много сделать мы не сможем. Мы договорились о годовом запасе питания для собак и новых вольерах.

Старик хмыкнул, отпил чая из пиалы и произнес:

— Вольеры действительно уже изрядно подгнили. Да и с едой проблемы. Раньше мне поставлял хребты старый друг, но он представился, а сын не хочет делать это бесплатно.

— Вы позволите вам помочь? — осторожно спросил Ан.

— Грех отказываться от помощи, — хмыкнул старик и нехотя добавил: — Даже если это чье-то наказание.

* * *

— Он страшный, — тихо произнесла Юми, что сидела в кафешке над большой чашкой капучино. — Вроде старикашка обычный, но страшный…

— Судя по его словам, у него был богатый жизненный опыт, — задумчиво произнес Ан, медленно вращавший стакан с водой, что стоял перед ним. — Как думаешь, он застал гражданскую войну?

— Думаю — да, — кивнул Йонг, державший в руках лист бумаги, на котором были записаны расходы старичка. — Но меня беспокоит не это.

Чан взглянул на Йонга.

— Даже если не брать в расчет сумму, которая нам понадобиться, выгуливать собак я не планировал!

— Он же сказал, что можно по одной, — пожал плечами Ан. — Что тут такого? Надел поводок, прогулялся полчасика и вернулся с ней обратно.

— Но это же… это же… — растерялся Пак.

— Ничего сложного. Меня вот беспокоит общая сумма. Где мы возьмем столько денег? — буркнул недовольно Чан. — Нам, чтобы собрать такую сумму, надо пару месяцев горбатиться на обычной работе.

— Слушайте, может просто возьмем денег у родителей, а скажем что выиграли лотерею, — предложила Юми. — Или еще что-нибудь придумаем. Гису ведь все равно не узнает. А я не хочу больше видеть этого старика. Он меня пугает.

— Если обмануть Хегая, то смысл тренировки пропадет, — поджал губы Пак.

— Ты прав, — кивнул Чан. — Мы же учимся действовать нестандартно, так?

— Так. У тебя есть план? — взглянул Йонг на Ана.

— Ну… не план, так мысль, — задумался парнишка и оглядел остальных.

Пак взял свой эспрессо, опрокинул в рот остатки и