Преследуя Аделин - Х. Д. Карлтон

прямую трансляцию с камер наблюдения, которые я установил вокруг дома Адди. Она дома, и машина Дайи все еще припаркована на подъездной дорожке.

Позже мне нужно будет еще потренироваться с ней. Я уже объяснил ей несколько вещей, которые она должна будет сделать в случае похищения, однако я хочу убедиться в том, что Адди хорошо подготовлена. Не потому, что я планирую позволить им ее похитить, а потому, что я реалист и логически понимаю, что не могу контролировать все.

Я слишком долго проработал в этом мире, чтобы знать это. Похищение может произойти в любую секунду, когда ты занимаешься самым обыденным делом, которое повторяешь изо дня в день. Идешь к своей машине. Входишь или выходишь из магазина. Заправляешь автомобиль. Гуляешь в парке. А некоторые даже заставляют постучать в твою дверь приманку, которая попросит о помощи.

– Ну, конечно же, подкрепиться перед главным событием. Мы приготовили идеальную закуску специально для тебя. Она напомнит тебе твою домашнюю кухню. Я могу сказать, что ты присоединишься, да?

Мои кулаки сжимаются до хруста костей. Закуска – это маленькая девочка. Видимо, она похожа на девочку, чью фотографию я показывал ему в «Спасителе». И он пошел и выбрал ту, которая, по его мнению, мне понравится.

Я уже даже не испытываю того мерзкого чувства, от которого тошнит и хочется блевать, – теперь перед моими глазами стоит красный цвет. Цвет крови, вытекающей из его горла, когда я разрезаю его. Красный цвет, вытекающий из его рта, пока он медленно задыхается. Я вижу так много красного.

– Конечно, – беззаботно говорю я. – Ни за что бы не пропустил это.

– Убедись, что за Адди присмотрят, пока меня не будет, – напоминаю я Джею, затягивая галстук на шее.

Он похож на чертову петлю, и играть сегодня с этими людьми в их игры – это пресловутое ведро, выбитое у меня из-под ног.

Общение с одними из самых развращенных людей, когда-либо живших на свете, определенно напоминает повешение на потолочных балках. Они заслуживают смерти, но вместо этого я буду пить с ними дорогой виски и представлять себе всевозможные способы расправы над каждым из них.

– За ее домом ведется круглосуточное наблюдение. Незаметное, разумеется, – уверяет Джей, стоя у меня за спиной.

Мне кажется, что этого недостаточно. Я делал так, когда она была еще просто девушкой, раздевавшейся в своей комнате, а я наблюдал за ней издалека через окно. Я знал, что ее кожа мягкая, как шелк, и что ее киска окажется гребаным раем. Но быть так далеко и только наблюдать – этого для меня недостаточно.

И теперь ее безопасность кажется мне сомнительной. У меня есть лучшие в своем деле кадры, присматривающие за ней, однако если Сообщество пошлет за ней кого-нибудь, то вряд ли они наймут случайного нищего с улицы.

Они пригласят того, кто обучен охотиться и убивать так же, как и те, кто окружает ее дом по всему периметру.

Я бросаю на Джея взгляд через зеркало; его лохматые черные волосы колышутся вокруг бледного лица, пока он возится с пластмассовой красной розой на моей тумбочке. Я не чувствую себя комфортно, когда он находится в моем личном пространстве, тем не менее Джей решил, что ему все равно – он прошел в мою спальню, сел на мою кровать.

Адди еще даже не успела побывать здесь. Скоро мне придется это исправить.

Я подхожу к нему и дергаю розу из его руки с покрашенными в черный цвет ногтями. Они нового цвета каждый раз, когда я их вижу.

Никогда не смущающийся Джей упорствует и не отпускает.

– Это что-то личное? Где ты ее взял?

Я поднимаю бровь, но он просто продолжает смотреть на меня с напускной невинностью в своих ореховых глазах, терпеливо ожидая.

Да пофиг, решаю я.

– Ее подарила мне моя мать, очень давно. Она любила розы и держала их по всему дому. Это ее подарок на память.

Мой тон подсказывает Джею, что следует держать рот на замке. И так он и делает.

Я кручу розу, погружаясь в воспоминания о своей матери. Она была красивой. Длинные черные волосы и глаза такие же темные, как и мой правый глаз, – почти черного цвета. Но вокруг нее всегда была пелена солнечного света. Папа шутил, что чтобы все остальные тоже могли сиять, она держалась в тени. Она была бескорыстной и доброй, всегда отдавала, но никогда ничего не брала взамен.

В глубине души я знаю, что моя мать невероятно гордилась бы тем, что я делаю. Может, она и не одобрила бы мои методы, но, думаю, она нашла бы свое место среди спасенных мной. Помогая им и заботясь о них.

Она была бы счастлива.

Отложив розу, я оборачиваюсь и в последний раз смотрю в зеркало. Проверяю, что на моем костюме-тройке нет ни единой складки. Этот костюм от Армани был сшит на заказ, чтобы идеально облегать мое тело, и от него за версту веет капитализмом.

Хорошо, что я ворую у богатых.

– Прекрасно выглядишь, – произносит Джей, вытирая воображаемую слезу с уголка глаза. Я бросаю на него насмешливый взгляд и шлепаю его по лбу, проходя мимо.

Игнорирую его бурчание и хватаю ключи и бумажник, затем вставляю наушник в ухо и заряжаю два пистолета. Застегиваю на запястье свой «Ролекс» из белого золота. Это не просто часы по завышенной цене. Прямо возле застежки на внутренней стороне запястья находится крошечная кнопка, которую я установил сам. Стоит мне ее нажать, и начнется диверсия, которая, я надеюсь, позволит мне благополучно вытащить оттуда бедного ребенка.

Я уже взломал камеры в доме Дэниела и на придомовой территории, и, хотя он нанял охрану, те немногие гости, которых я заметил входящими, не проходили ни досмотр, ни сканирование.

Значит, это скорее интимная вечеринка с небольшим количеством приглашенных, которым доверяют настолько, что не станут устраивать пальбу.

Я кручу шеей, мои мышцы напряжены. Что-то в этом вечере не так. Будто в меня целятся в полностью металлической комнате, ожидая, что пуля срикошетит и угодит мне в жизненно важный орган.

Я ни при каких обстоятельствах не позволю, чтобы сегодня надругались над маленьким ребенком или принесли его в жертву. Вопрос в том, как безопасно вывести девочку, не попав под подозрение. Если завтра меня поведут в подземелье, то мне необходимо остаться на стороне Дэниела.

– Я хочу, чтобы сегодня ночью ты присмотрел и за Адди. Если что-нибудь случится, немедленно сообщи мне.

Он усмехается.

– Думаешь, ей понравится, что я тоже за