Вулкан Капитал: Орал на Работе 3. 18+ - Игорь Некрасов
Азиза нехотя оторвалась от стойки и заняла место в кресле, её поза выражала скептицизм, но в уголках губ пряталась улыбка.
Миля с неохотой перебазировалась на край дивана, продолжая выпускать клубы пара. Семён Семёныч, важно поправив пиджак, уселся рядом с Аминой, готовый, судя по всему, не столько играть, сколько анализировать процесс.
Игорь сел последним, поставив свою бутылку на стол с глухим стуком. Он окинул взглядом компанию — возбуждённую Ксюшу, скептичную Азизу, отстранённую Милю, пьяного Семёна Семёныча и хищно улыбающуюся Амину — и в голове его созрела одна непонятная мысль.
— Постойте, — поднял он палец, делая вид, что озадачен. — А как мы узнаем, что человек сказал правду?
Ксюша, уже готовая начать, нахмурилась и спросила:
— Всмысле?
Игорь взял свою бутылку, небрежно обхватив горлышко пальцами.
— Ну просто если вдруг вы меня о чём-то спросите, то я же могу и соврать. А как вы узнаете? — он произнёс это с лёгкой, почти невинной улыбкой.
— О! — Семён Семёныч, чей мозг всегда реагировал на любую логическую нестыковку, тут же воспрял духом. — Это резонный вопрос, мой дорогой друг! Предположу, что коллега имел в виду проблему верификации поступающих данных в условиях отсутствия внешнего арбитра! Если позволите, я бы хотел…
— Да мы поняли уже! — резко перебила его Азиза, с раздражением махнув рукой. — Не усложняй.
Амина же лишь шире улыбнулась, понимая логику Игоря.
— По сути, никак, — пожала она плечами, её голос был сладок. — Так что давайте играть честно. Так же веселее.
Миля спокойно слушала, а затем с притворным удивлением подняла бровь и посмотрела на Игоря.
— В смысле, получается, мы ещё не начали играть, а ты уже думаешь, как напиздеть? — она фыркнула, и в её глазах мелькнула редкая искорка живого веселья.
Игорь тоже рассмеялся, разводя руками в показной невинности.
— Ну нет, просто если так подумать… — он начал, но его взгляд скользнул по лицам, и он понял, что его вопрос лишь подогрел всеобщий интерес к его персоне. — Ну ладно, — сдался он. — Кто начнёт?
— Вот с тебя, пиздабола, и начнём, — лениво, но с хитрой улыбкой протянула Миля, глядя прямо на него.
«Вот же хуйлуша», — молнией пронеслось в голове Игоря, но на его лице застыла лишь кривая улыбка. — «Да я, бля, просто обязан теперь ей в рот дать!»
— Ну давай, с тебя тогда, Игорь, — поддержала инициативу Амина.
Семён Семёныч, почувствовав исторический момент, обрёл было дар речи:
— Дружище, вы, несомненно, как человек, инициировавший эту важную дискуссию о правилах, являетесь идеальным кандидатом для…
— Да тихо, Семён! — не выдержала Азиза, закатив глаза. — Заебал. Давай… твой ход, — она ткнула пальцем в Игоря. — Выбирай кого-нибудь и спрашивай, правда или действие.
Все взгляды снова упёрлись в Игоря. Первый ход был за ним. Он медленно перевёл взгляд с Ксюши на Амину, потом на Азизу и, наконец, на Милю, которая смотрела на него с тем же безразличием, выпуская тонкую струйку пара.
«Ну сейчас узнаем, кто пиздабол», — пронеслось в голове Игоря.
— Миля, — сказал он, глядя прямо на её наглое, отстранённое лицо, стараясь, чтобы в голосе звучала холодная уверенность, а не дрожь предвкушения.
Она медленно опустила вэйп, и её брови чуть поползли вверх в немом, ленивом вопросе. Уголки её губ дрогнули в едва уловимой усмешке.
— Ну и? — протянула она, словно ему потребовалась вечность, чтобы вынести ей приговор.
И тут Игорь осёкся. Азарт и желание сделать выпад перекрыли все мысли. Он на секунду застыл, будто пытаясь вспомнить сложнейшую магическую формулу.
— А… ну… — он сглотнул, чувствуя, как на него смотрят все, включая Семёна Семёныча, который, казалось, замер в ожидании вербального перла. — Правда или действие?
Вопрос прозвучал немного глупо и неуверенно, но Миля не стала комментировать его запинку. Она откинулась на спинку дивана, её взгляд скользнул по его лицу, будто пытаясь прочитать скрытые мотивы.
В воздухе повисла пауза, наполненная тихим гулом холодильника и стрекотом сверчков за окном. Затем она медленно, с театральным безразличием, поднесла вейп к губам, сделала короткую затяжку и, выпустив облачко дыма в сторону потолка, ответила:
— Действие.
Слово прозвучало чётко и спокойно. В её глазах не было ни страха, ни вызова — лишь ленивое любопытство.
Теперь все взгляды переметнулись на Игоря.
Ксюша прям сгорала от любопытства, Амина с хитрой улыбкой наблюдала за развитием событий, а Азиза скептически приподняла бровь, ожидая его хода.
Игорь неуверенно усмехнулся, потирая затылок.
— Блин, а я не знаю, что её попросить, — развёл он руками, чувствуя нарастающую неловкость. Амина уже открыла рот, чтобы что-то ответить, но Миля в этот момент тихо фыркнула, и Игорь поспешно добавил, пытаясь оправдаться: — Я думал, она выберет правду, — сказал он, чуть смеясь, но смех получился нервным.
— А мне пофиг, что ты там думал, — парировала Миля, всё так же лениво раскачивая ногой. — Давай, говори действие.
Игорь замер под прицелом всеобщего внимания. Мозг лихорадочно перебирал варианты, один пошлее другого. В этот момент Семён Семёныч, проникшись важностью момента, наклонился к нему и с пьяной важностью прошептал:
— Дружище, предложите ей… э-э-э… прочитать все тома «Войны и мира»! Это будет и познавательно, и…
— Тише, — безжалостно оборвала его Амина, прикладывая палец к губам. — Подсказывать нельзя. Он должен сам сказать.
Ксюша, смерив Семёна Семёныча недовольным взглядом, добавила:
— Не надо такое просить уж, как она это сейчас сделает-то вообще?
Игорь почти не слышал их. В его голове, опьянённой алкоголем и атмосферой вседозволенности, родилась наглая, животная мысль: «Интересно, может, попросить её сделать мне качественный миньет?» Он внутренне усмехнулся от этой абсурдной идеи, представив её лицо. И тут же, почти рефлекторно, спросил вслух, проверяя границы дозволенного:
— А она же должна будет всё выполнить, да?
Азиза, не меняя выражения лица, тут же врезала отрезвляющей правдой:
— Ты чем, бля, слушал? Можно отказаться и просто выпить.
Миля, наблюдая за его метаниями, наконец не выдержала. Она смотрела на него с лёгкой брезгливостью и усталой улыбкой.
— Не душни, скажи уже, что делать. Чо тянешь, а?
«Отсос, получается, не получится попросить», — с долей разочарования пронеслось у него в
