По кругу на вписке - Эмилия Дарк

Я задумалась о том, что он мог видеть сейчас, о чем он сам мог думать. А о чем может думать и размышлять «овощ»?

— Мама.

Я вздрогнула и едва сдержала крик. Посмотрев на Игоря, я снова увидела его невидящий взгляд, на этот раз направленный на меня. Я отскочила от кровати и услышала шаги наверху. По лестнице спускался Анатолий.

— Пойдем на завтрак, — сказал он мне, а я старалась придать лицу спокойное выражение, так и не поняв до конца, послышалось ли мне слово «мама» или было произнесено вслух.

Случай в туалете

После завтрака Анатолий проводил меня к машине и, страстно поцеловав в губы, протянул мне конверт. Его взгляд был таким… необычным. Словно он что-то чувствует ко мне, но стесняется сказать или выразить это чувство. От него словно пахло нежностью, несмотря на всю его брутальностью.

Отдав мне конверт, он на прощанье улыбнулся и пообещал позвонить. Я уезжала из этого богатого дома в странных чувствах. С одной стороны, меня преследовала мысль о том, что в доме творятся странные дела, о которых я не знаю и знать не должна.

С другой стороны, Анатолий для меня оказался приятным во всех отношениях мужчиной, который мне симпатизировал. Несмотря на его возраст, он был сексуален и нравился мне как мужчина. Было в нем что-то такое, что влекло меня к нему.

Прежде чем явиться в общагу, я снова посетила банк и долго с улыбкой смотрела на выписку по своему банковскому счету. Денег накопилось достаточно для того, чтобы съехать, например, в съемную квартиру и начать жить по-другому, без этих безумных и грязных вписок, на которые я подписала себя по неопытности и глупости.

В комнате меня ждала Лида. Она стояла посреди нашей комнаты, сложив руки на груди и, видимо, долго готовилась к моему приходу.

— Ты трахаешься с Гришей? — спросила она у меня.

Я не стала скрывать от нее правды:

— Я не трахаюсь с ним, он трахает меня. Это меняет суть дела?

Меня снова удивила ее реакция, учитывая их свободные отношения и тот факт, что она сама со всеми подряд трахается, к чему вообще этот разговор? Решила прикопаться ко мне? Нашла подходящий повод?

— Какая же ты продажная шалава! — выкрикнула Лида, заставив меня рассмеяться.

— А ты не такая? Ты не трахаешься за деньги или в качестве самоутверждения? Еще совсем недавно ты спала с Ваней, а теперь строишь из себя святошу.

— Дрянь! — Лида кинулась в мою сторону и резко вцепилась в мои волосы.

Я не ожидала от нее такой прыти, поэтому была с легкостью повалена ею. Она пыталась ногтями добраться до моего лица, но я старалась сделать так, чтобы ее попытки не увенчались успехом.

На шум в комнате начали сбегаться студенты из других комнат. Я обратила внимание, что наш конфликтный клубок кто-то снимает на видео, но никто из наблюдателей не пытался нас разнять.

Я поняла, что теряю силы, и наши позиции не равны. Лиде удалось полоснуть меня по щеке длинными ногтями, и я машинально коснулась лица, увидев на пальцах кровь.

Потом я почувствовала чьи-то мужские руки, оттягивающие меня от разъяренной соседки по комнате. Она еще размахивала руками и ногами, а меня держали чьи-то руки, яростно защищая от нападок Лиды.

Я обернулась и увидела Мишу. Он отвернул меня от Лиды и вытащил в коридор, закрыв дверь в комнату, в которой продолжала орать и буянить моя соседка, называя меня последними словами.

— Вот это бойня! — обеспокоенным голосом сказал Миша, вглядываясь в мое лицо. — Тебе надо обработать рану, эта сумасшедшая хорошенько полоснула тебя.

— Все в порядке, я разберусь, — ответила я, стирая с лица кровь, — Спасибо.

Я освободилась из крепких рук Миши и направилась в душевую, чтобы умыть лицо. Стояла и долго смотрела на свое отражение в зеркале: эта сучка хорошенько испортила мою внешность, неизвестно, сколько будет заживать хоть и неглубокая, но довольно длинная царапина.

Возвращаться в комнату мне не хотелось, и я решила, что сегодня же соберу свои вещи и съеду на квартиру или пока в хостел, но жить под одной крышей с бешеной соседкой не буду. Надо только дождаться, когда же она уедет к клиенту или уйдет в гости.

По пути в университет я столкнулась с молодым человеком, чье лицо показалось мне знакомым. Он не давал мне прохода, хихикая и хватая меня руками.

— Что вам надо! — я подняла лицо и только тогда узнала в этом парне одного из тех, кто пускал меня по кругу в последний раз.

Продолжая хихикать, он достал из кармана телефон и включил видеозапись, на которой меня трахали пятеро парней. Я стиснула зубы и хотела выбить телефон из его рук, но не успела.

— Что с твоим лицом? — спросил он, пряча телефон в карман куртки.

— Не твое дело, пусти меня.

— Не-а, и не подумаю. Видела запись? А ведь ее могут увидеть миллионы зрителей, а среди них могут оказаться и твои родственники. Хочешь такой эксперимент провести?

Я сжала кулаки, с ненавистью думая о Ване и Грише. Зачем я тогда согласилась с их предложением? Зачем мне следовать этим правилам? В кого я превращаюсь, постоянно ходя по одному и тому же кругу?

Внутри меня бушевала буря. Внутренний голос кричал, чтобы я послала этого козла ко всем чертям. Пусть показывает это видео, что мне с этого? Ну, уеду я с этого проклятого места, все забудут про этот позор. Другой голос твердил, что это может повредить моей репутации. Мало ли таких девок, которые когда-то по глупости засветились в инете, а потом на всю жизнь получали штамп, мешающий устроиться на работу.

В итоге, здравый рассудок победил и я опустив голову, спросила:

— Что ты хочешь?

— Чтобы ты мне отсосала, как в прошлый раз, — просто ответил парень и потянул меня за руку.

Мне хотелось выть от отчаяния. Но что я могла сделать в этой ситуации? Меня загнали в угол! Я просто могла абстрагироваться и выполнять поручения всех этих ублюдков, пока не решу проблему с жильем и дальнейшей своей жизнью. Уйти из универа — уже несколько раз приходило мне в голову, не стоила эта учеба таких жертв, но уйти нужно было по-тихому, не привлекая внимание тех, кто был заинтересован в шантаже.

Через несколько минут мы с моим шантажистом оказались в том же заброшенном крыле, в том самом туалете, где меня уже пускали по кругу. Надо было просто побороть себя и