Аксиома фиктивного брака

Пусть отдыхают и радуются внукам.

- А ты когда в декрет? – Вдруг переключается отец на меня.

Вот блин! Не было печали!

- Пап, может тебе салатику? Смотри какой вкусный. По новому рецепту. Специально для тебя делала.

- Ты мне зубы не заговаривай. У тебя двое беспризорников по двору бегает, и третий в пузе растёт. А ты всё циферки свои считаешь. Где цифры, а где семья. Давно уже выводы сделать нужно было.

- Боже, Костя! Ну что ты такое говоришь? Какие беспризорники? Мы же всегда рядом, на подхвате. Дети под присмотром. Пусть работают спокойно. Ну что мы не такими были, что ли? – По привычке вступается за меня мама.

- Ты сейчас на чьей стороне подрабатываешь? Ты чья жена вообще?

- Ой, да твоя, твоя. Успокойся. Вот ведь завёлся на ровном месте.

- Я просто хочу, чтобы мои внуки помнили, как их мама выглядит. А не её дипломы и награды.

- Папа, у меня сейчас важный государственный заказ. Не могу отказаться. Контракт подписан. Беременность стала неожиданностью.

Папа переводит сощуренный взгляд на Ника. А тот разве что не танцует лезгинку от гордости и счастья. Светится, как Эйфелева башня ночью.

- Неожиданностью… - Задумчиво тянет отец, продолжая сверлить взглядом мужа.

А я уже подозрительно поглядываю на их молчаливый разговор глазами. Что бы это значило?

Ник отворачивает голову и, поглаживая пальцами подбородок, делает вид, что неожиданно увлёкся разговором с другом по его левую руку.

И ведь о ерунде его спросил, я же слышу.

То есть моя беременность не неожиданность для мужа?

То есть его вот это «ой, кажется, презерватив порвался» было не форс мажором?

И потом спустя пару дней его «твою мать, без защиты в тебя кончил, прости, совсем крышу снесло» тоже было не срывом башки?

Внутренне начинаю закипать. Актёр погорелого театра!

И уже поздним вечером, когда все гости разошлись по своим комнатам, а дети уснули сладким сном, я взрываюсь:

- Ты сегодня спишь на коврике, предатель! – Шиплю я полураздетому мужу, тыча в его голую грудь пальцем.

- Здрасьте, я ваша Настя! Так-то моё законное место на этой кровати. Рядом с тобой.

- А сегодня будет на коврике!

- Ну чего ты кусаешься? Такой вечер хороший был. – Пытается меня брыкающуюся обнять Ник. – Давай закрепим удовольствие…

- Трусы себе закрепи на лямки, чтоб оттуда ничего не вырвалось.

- Я так-то без трусов люблю спать.

- А я так-то научную работу хотела написать. Но кто бы про это помнил, да? Специально беременность подстроил, гад?

- Марьяша, долги надо возвращать.

- Что ты имеешь в виду?

- Ты мне на свадьбе обещала пятерых родить. Клялась при свидетелях. – Растопыривает этот нахал передо мной свои пальцы. – Пя-я-ять… А время тикает. А у нас только третий на подходе. Так что я лишь обещанное беру. Ничего лишнего.

Вот гад! Сколько можно манипулировать моей «амнезией» во время нашей росписи?

- Ты же про троих, помнится, говорил.

- Так проценты набежали. – Взаправду так возмущается мой муж. - Времени-то сколько прошло.

Скользкий тип! Из любой неудобной ситуации выкрутится. Мне ещё ни разу не удалось его переспорить.

- Мы так не договаривались. Ни о каких процентах речи не было.

- Ну как же не было, малыш. Это же логично. В любом договоре за просроченные сроки платятся проценты. Ну что ты как маленькая. Иди лучше ко мне, моя девочка. Стоит ли ругаться из-за такой ерунды?

Соблазняет меня искуситель, незаметно сбросив всю одежду и наступая на меня с нескрываемым «оружием».

Сглатываю. Спиной упираюсь в стену.

Во время беременности мне тяжелее всего сопротивляться его сумасшедшим флюидам. Они вступают в сговор с моими гормонами. И предают… предают…

Раз за разом…

Вот и сейчас, иуды, сдают моё желание и страсть с потрохами.

А муж умело заставляет забыть обо всём… Даже о себе самой…

Невозможно устоять…

Это так сладко… так пламенно… так жгуче… что я не выдерживаю и бросаюсь в омут с головой.

Ну пятеро, так пятеро. Чёрт с ним.