Обещаю быть твоей

Глава 40

Я прихожу на встречу с Аркадием Петровичем на час раньше. Надеюсь собраться с мыслями и определиться со словами, что скажу ему. Мне необходима надежная защита от бывшего мужа и обеспечить ее мне может только лучший юрист города. Когда-то давно он приходил в наш университет и давал несколько лекций. Тогда собирался весь поток, чтобы послушать.

Давно это было. Еще тогда, когда я хорошо и прилежно училась, когда в моей голове было желание стать кем-то больше, чем просто Валерией Селезневой. Это потом появился Игорь, и я обо все забыла. Потеряла себя. А Аркадий Петрович меня тогда выделил. И помогал. Не отказал и сейчас.

Я проматываю слово за словом, собираю их в логическую цепочку, выстраиваю предложения и забываю все, когда вижу в двери Богдана. Он заходит в это отдаленное кафе с высокой светловолосой девушкой, которую держит за руку. Обводит взглядом помещение, замирает на мне... мне кажется, я вижу на его лице злость, но он быстро ее подавляет. Едва заметно кивает мне и стремительно отводит взгляд. Подталкивает свою спутницу к столику и идет следом. На меня больше не смотрит.

На часах почти три. Аркадий Петрович вот-вот должен подъехать. Я же не в силах отвести взгляда от мужчины, который так быстро и легко вычеркнул меня из своей жизни. Интересно, девушка напротив — та самая, что ответила мне по телефону? Если да, то он несомненно сделал прекрасный выбор. Высокая, светловолосая, привлекательная. И улыбается красиво. Не фальшиво. Я отмечаю это за какие-то секунды, а потом отвлекаюсь на шуршание рядом со столиком.

— Ну здравствуйте, Валерия.

Аркадий Петрович садится за столик и придвигает к себе тарелку с заказанными круассанами. Я даже не видела, как официант их принес, настолько была поглощена Богданом.

— Вы как всегда знаете, чем угодить.

Я выдавливаю какое-то подобие улыбки и бросаю еще один взгляд в сторону Богдана. Он счастлив, иначе бы не был здесь с другой. 

— Вы перекусите, а я потом скажу, почему позвала вас.

— Думаю, я итак это знаю, — Аркадий Петрович невесело улыбается. — Имел честь разговаривать с вашим бывшим мужем буквально час назад.

— Тогда точно знаете, почему я к вам обратилась. 

— Знаю. И хочу дать совет. Как человек, которому небезразлична ваша судьба, Валерия.

Что он скажет, я примерно представляла. Особенно после встречи с моим мужем, от которого теперь могла зависеть его судьба. Он, может, и хочет помочь, но у него тоже есть семья. Дети и, наверняка, внуки.

— Не стоит, Аркадий Петрович. Я все понимаю.

— Не понимаете, Валерия.

Он тяжело вздыхает и смотрит на меня с сожалением.

— Я хочу помочь. И даже в некоторой степени могу, но… это крест на моей работе. 

— А еще у вас есть семья. Сын, насколько я знаю, подает надежды на блестящее будущее.

— Верно, но…

— Нет никаких но, Аркадий Петрович, — успокаиваю его совесть. — Вы мне ничего не должны, да я и просить не стану.

— Валерия, я не договорил. Дадите мне сказать?

Я киваю, а сама украдкой посматриваю на Богдана. Вернее, на его спутницу, потому что единственное, что мне доступно видеть — его рельефную спину.

— Попробуйте договориться с ним. С вашим бывшим мужем, разумеется. Придите к соглашению, потому что… вы лишитесь бизнеса. Он теперь человек высокостоящий. Я так полагаю он станет тем, кто станет управлять городом, а это, сами понимаете.

— Понимаю. И конечно попробую. Война закончилась сегодня утром, когда закрыли мои салоны. Дальше бороться нет сил.

Отчасти, я говорю правду. Умалчиваю лишь о том, что Игорь требует. Аркадию Петровичу ни к чему это знать. Он может и поможет, но карьера его сына погибнет на корню, а я этого допустить не могу. Не потому что правильная, а из-за того что это не принесет результатов. Сейчас мне поможет Аркадий Петрович, а дальше… дальше помогать будет некому, и я так или иначе окажусь в ногах у бывшего мужа.

— Расскажите, как маленькая Милана?

Аркадий Петрович улыбается при упоминании внучки. Она родилась у него полгода назад. Первая девочка в их огромной семье. Любимица бабушек и дедушек, мам и пап. Во время краткого рассказа, он искренне улыбается и даже смеется, пьет заказанный для него чай и ест круассан. Я искренне рада, что смогла ему угодить. Когда-то давно он помог закрыть мне сессию и сделал так, чтобы меня не отчислили из университета. Круассаны и чай — меньшее, что я могла для него сделать.

Мы прощаемся через полчаса разговора. Аркадий Петрович предлагает меня подвезти, и я соглашаюсь. Мы идем к его машине, разговаривая о маленькой внучке, появлению которой он не может нарадоваться. В этот момент из кафе выходит Богдан со своей девушкой. Он бросает на нас с Аркадием Петровичем мимолетный взгляд и криво усмехается. Черт его знает, что именно он подумал, да и какая разница теперь! Мы давно не вместе и уже никогда не будем.

Под веселую болтовню своего спутника, сажусь в машину, пристегиваюсь ремнем безопасности. Это тоже переняла у Богдана. Раньше могла ездить без него, а он не позволял, и я как-то привыкла. Втянулась и теперь всегда пристегивалась. Как бы я не отрицала, а Богдан оставил слишком глубокий отпечаток на моей жизни. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍