Нянька для Львят

Глава 42

Марина

Значит, два года она не вспоминала о Кирюше и Юле, а теперь они ей срочно понадобились? И вообще, Глеб не говорил, что Киру выписали из больницы. Так какого дьявола она делает на пороге дома?

— Простите, не могли бы вы прийти в другое время? — я попыталась отделаться от бывшей своего жениха. — Глеба нет дома…

По ту сторону двери стояла женщина, удивительно похожая на Юлю. Такая же светловолосая, стройная, высокая, с высокими скулами и чистым лбом. Только глаза отличались, пусть и были одного с Юлиными оттенка. Кира смотрела со злым прищуром, презрительно. Сложенные в тонкую линию губки утратили манящую припухлость, уголки скорбно опустились.

Киру можно назвать красавицей, если не обращать внимания на выражение лица. Оно так и кричало: эта женщина обижена на весь свет и крайне опасна.

— Ты кто вообще такая? — гневно воскликнула она. — Я жена Глеба и мать его детей. Немедленно впусти меня!

Я чувствовала себя Белоснежкой, в домик которой рвется злая ведьма. И маленькие гномики — Юля, Кирилл и даже Миша — ужасно ее боятся. Брат и сестра обнялись и смотрели на меня широко распахнутыми глазами.

— Потом вам все объясню, — как можно спокойнее сказала я детям. И обратилась к Кире: — Вы бывшая жена Глеба. Этот дом не принадлежит вам. Пожалуйста, договоритесь с бывшим мужем о встрече и дайте детям время подготовиться.

Кира с силой толкнула дверь и высказалась в мой адрес не слишком лестно. Но уходить явно не собиралась.

— Мама?.. — нерешительно спросила Юля.

Наверное, узнала голос. И, прежде чем я успела опомниться, повернула ключ в замке. Вышла на крыльцо и, приподнявшись на цыпочках, всмотрелась в материнское лицо.

Кира не смотрела на дочь. Кажется, забыла, что секунду назад требовала встречи с детьми и готова была разнести ради этого дверь в щепки.

— Ты?.. — Кира таращила на меня и без того огромные глаза и несколько секунд не могла обрести дар речи.

— Я Марина, будущая жена Глеба, — пришлось начать первой. — Вы же слышали, что пришли не вовремя. Простите, что не сказала сразу. Вы ведь только из больницы, Глеб не хотел вас расстраивать лишний раз. Да и детей не успел предупредить…

— А ты, дрянь! — зарычала Кира. Выставила вперед руку со скрюченными наподобие кошачьих когтей пальцами. — Сейчас я покажу тебе, что бывших жен не бывает.

— Мама, нет! — Юлька бросилась ей наперерез. — Не трогай Марину, она хорошая.

Моя любимая колючка с нежным, ранимым сердцем. Глеб не знал, как рассказать ей о возвращении Киры и решил молчать до последнего. На случай, если бывшая жена вообще передумает встречаться с детьми.

Теперь же у Юли началась настоящая истерика. Я видела, как ее колотит, будто в ознобе. Нет, это трагичное представление стоит остановить. И немедленно!

— Юля, будь добра, иди в детскую и присмотри за братом, — попросила я и легонько подтолкнула девочку. — Ты же знаешь, он боится оставаться один. А мы с твоей мамой пока все обсудим. Как взрослые уравновешенные женщины.

Кирилл так и не вышел на крыльцо. Не удивлюсь, если он вообще спрятался — в своем любимом месте, в гардеробной отца.

— Не смей распоряжаться моими детьми! — объявила Кира.

Она и не думала вести себя сдержанно и что-то обсуждать. Нависла надо мной, подобно грозовой туче, готовая в любую секунду вцепиться в подвенечное платье и растерзать его на клочки. Это желание читалось по глазам Киры, так и метавшим в меня молнии.

— Вы с Глебом в разводе, дети не видели вас два года, — напомнила я. — Так почему думаете, что можете появиться сейчас и что-то требовать?

— Я верну себе детей и мужа! — взвизгнула Кира. — И ты, рыжая дрянь, мне не помешаешь. А ну, снимай это платье, тебе оно не понадобится!

Она с силой вцепилась в подол и дернута так, что ткань затрещала. Напрасно я пыталась высвободить наряд мечты из захвата соперницы. Сдается, не так она и пострадала, раз проявляет такую силу и агрессию. Или это врачи вкололи ей что-то сильнодействующее?

— Отпусти!

Как бы то ни было, я тоже не собиралась сдаваться. Конечно, драка на крыльце дома, да еще и на виду у детей (они наверняка смотрят из окна) — не лучший выход. Но и сдаться, позволив Кире изодрать свадебное платье, я не могла.

— Да какая из тебя невеста?.. — хохотала Кира, подобно лесной ведьме. — Курица драная! Сейчас я подпорчу тебе внешность…

Глеб рассказывал, что турецкий любовник Киры держал ее в гареме. Как младшая «жена», она должна была выполнять самую трудную и грязную работу по дому. Вместо восточной сказки Кира стала рабыней. Но, похоже, неплохо поднаторела в женских драках.

Неожиданно мне на выручку метнулся Миша. Зарычав и широко раскинув руки, он пошел на Киру. Та на секунду замешкалась и шарахнулась в сторону.

— Не смей трогать меня, дебил! — рыкнула на брата. — Пошел вон, идиот!

Миша застыл в шаге от нее. Глаза его налились слезами, а руки бессильно опустились вдоль тела. Он смотрел на разъяренную женщину и плакал, как обиженный мальчик.

— Не плачь, милый… — Я попыталась утешить. — Братик, она не хотела тебя обидеть. Все хорошо!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍