Соломон. Забытая нежность

Подняла лицо и встретилась с его глазами. Волна дрожи снова прокатилась по телу, когда он сокрушающим поцелуем вторгся в мой рот. Обжигающие ладони легли мне на грудь. Я простонала ему в рот, ощущая, как в низу живота стало ещё тяжелее. Игорь прервал поцелуй, но его губы тут же нашли мои затвердевшие соски и принялись их ласкать. Я держалась за Игоря, слегка откинув голову назад. Мне казалось, что я, как ледяная снегурочка из сказки, растекусь у его ног мокрой лужицей.

– Пожалуйста... – то ли просила, то ли уже молила я, сама не понимая даже толком, о чем.

Но эта сладкая и в то же время мучительная боль… от нее хотелось избавиться, и не знала, как ее остановить. По телу одна за другой прокатывались волны наслаждения. Игорь резко прервал все ласки, обхватил меня руками за талию, поднял, словно я была лёгкое перышко, и понес в спальню. Положил на огромную, заправленную кровать и склонился надо мной. Его карие глаза сделались совсем тёмными. Он коснулся горячим ртом моей кожи, скользнул по животу, и круговорот ласк продолжился, а сладкая и в то же время болезненная нега, стала лишь ярче и не поддавалась контролю.

Я без конца шептала имя Игоря, и когда ощутила его пальцы внизу живота, как он слегка надавил на чувствительный бугорок, громко охнула и закатила глаза. Да, это именно то, что приносило облегчение. Эти массирующие движения не делали мягче мой каменный живот, но так приятно было чувствовать его руки на своем теле, везде... И ни капли не стыдно. Стыд – это последнее, о чем я могла бы сейчас подумать.

– Аня, – позвал меня Игорь. – Посмотри на меня.

Расфокусированным взглядом я ухватилась за его лицо. Я готова была сделать все, что угодно, лишь бы снова почувствовать его руки там, внизу, я очень хотела его! От одной мысли, что он окажется внутри, что будет моим первым мужчиной, я летела в какую-то бездну счастья и нежного трепета. Игорь широко развёл мои бедра и спустился вниз.

– Нет, – я слабо воспротивилась и не понимала, что он собирался делать, но Игорь поднял лицо и смерил меня пристальным взглядом.

– Расслабься, Анюта, – провел пальцами по внутренней стороне бедра, и я снова содрогнулась от остроты чувств.

Он опустил голову и коснулся губами набухшего бугорка, провел влажным языком по складочкам и снова вернулся к клитору, вырисовывая на том замысловатые круги. Это мука, сладкая пытка, словно меня подсаживали на нечто запрещённое маленькими дозами, увеличивая уровень концентрата зависимого вещества в крови с каждой новой секундой. Эйфория заполняла каждую клетку, и когда я почувствовала осторожные движения пальца внутри, не сдержалась и громко выкрикнула его имя, ощущая, как тело пронзают электрические импульсы. Перед глазами замелькали вспышки одна за другой. Словно молнии без конца ударяли в одно и то же место. Тело сотрясала дрожь, и я лишь теперь осознавала, какую власть имел мужчина над женщиной. Я неспроста мечтала об этих ласках. Нега растеклась по телу, а тугой узел внизу живота распустился, подобно цветку, лишая меня всяких сил.

Игорь снова коснулся моих губ, а затем спустился ниже, прокладывая мокрую дорожку к груди. Его рука все ещё находилась внизу, а я после такого мощного выброса эндорфинов все никак не могла прийти в себя. Хотела продолжения, хотела снова почувствовать эти непередаваемые ощущения, хотела его руки везде – внутри, снаружи. Его хотела всего целиком. Чтобы нам обоим больше некуда было отступать. Глупое желание, неподконтрольное, но я боялась потерять эту тонкую нить, что связала нас. Панически боялась, если он сейчас отстранится, то больше не захочет меня коснуться.

Внезапно раздался громкий стук в дверь, Игорь отнял губы от моего тела, а я, сжавшись внутренне от этого нелепого страха, прильнула к нему еще сильнее.

– Пожалуйста, не открывай. Не нужно...

– Я быстро. Это ужин, – Игорь оставил короткий поцелуй на моих губах, поднялся и скрылся из спальни.

Меня захлестнула волна смущения, нет, не стыда, а именно смущения, что мне было мало этих ласк. Я мечтала, чтобы Игорь стал моим первым мужчиной. Никогда не придавала значения этому акту, когда слышала скрип старой кровати в соседей комнате, пошлые охи и матерные слова родителей. Но сейчас млела от чего-то светлого и чистого, такого нежного и ни грамма не постыдного или грязного, каким представлялся ранее весь этот процесс. Это было прекрасное чувство – ощущать мужские руки на своём теле, горячее, обжигающее дыхание на коже и стук сердец! Словно я оказалась чистым листом бумаги, и Игорь теперь мог нарисовать на нем все, что ему только заблагорассудится.

Игорь вернулся спустя минуту с большим подносом в руках, поставил его на тумбочку возле кровати и встал надо мной, рассматривая потемневшими глазами. Не знаю, сколько длилась эта сцена, и о чем он думал, но я робела под его взглядом. Кожей чувствовала места, где останавливались его глаза, и снова ощущала эту тяжесть между ног. Это теперь всегда будет так? И как ему удавалось оставаться таким невозмутимым и сдержанным, когда каждая моя клетка, каждый нерв в предательском теле требовали разрядки?

– Ты похожа на ангела, – прохрипел Игорь.

Матрас прогнулся под тяжестью его веса, и он снова оказался сверху меня. Его губы делали со мной нечто невообразимое. Доводили до сумасшествия. Мир сузился до узких рамок, и перестало волновать совершенно все, что происходило за стенами этого номера. Осмелев, я переместила руки на живот Игоря, ещё ниже... и коснулась твёрдой выпуклости, что прикрывали его боксеры. Он издал сдавленный рык и остановил движение моих рук, заглядывая в глаза.