В поисках змея

 - Здравствуй, - подойдя к нему, несмотря на то, что его взглядом сейчас можно было заморозить всю планету - настолько холодно Лекс меня встретил, я всё же решила его поприветствовать.

Ответом мне была тишина. Василеск лишь открыл дверцу кареты, пропуская меня внутрь.

- Спасибо, - поняв, что сейчас от него большего мне не добиться, я осторожно залезла в карету.

Внутри всё также было отделано в чёрных тонах, обшито шёлком и бархатом. На потолке, по центру, был приделан небольшой светильник, дающий мягкий золотистый свет. По обе стороны движения расположились две мягкие скамьи с подушечками, на которых сейчас сидели Михаил и Леся. Я присела рядом с девушкой, Василеск, зашедший следом за мной, сел напротив меня.

Не прошло и минуты, как повозка тронулась. Я не была готова к такому резкому старту, и, не сумев удержаться на своём месте, повалилась вперёд, завалившись на Лекса.

- Тебе следует лучше держаться, царевна, - полоз брезгливо и совсем не бережно оттолкнул меня обратно на моё место.

- Тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? – не ожидая такого поворота событий, предъявила я ему, потирая локоть, которым больно приложилась об стенку при возвращении на своё сиденье.

Нет, ну делает он вид, что я ему неприятна, фиг с этим! Но зачем проявлять такую жестокость? Я же не специально ему на коленки села, в конце концов! Да даже если бы и специально, то зачем так грубо?!

- Нет. - Просто ответил он, устремив всё своё внимание на пейзаж за окном.

Проследив за его взглядом, я ничего, кроме ночного леса не обнаружила. А так как шнурок, на котором были подвязаны занавески каретного окошка, находился с моей стороны, я решила им воспользоваться и дёрнула. Окно тут же спряталось за непроницаемой чёрной тканью.

- Я не собираюсь терпеть такое отношение ко мне. - Мне хотелось сказать гораздо больше, но сделать это, и не выдать, кто я есть на самом деле перед Лесей и Михаилом, было невозможно. – Может быть, ты пересмотришь своё поведение?

- Я не собираюсь ничего менять, моя царевна. - Продолжая смотреть на занавеску, огрызнулся мне в ответ полоз.

У меня сегодня просто день открытий. Как он так может? Я же помню всё, что было между нами, и пусть я считала происходящее бредом своего воспалённого воображения, но он тогда был искренен. Как мне казалось. Нет, нельзя так играть, это просто невозможно! Я помню, как ему было больно, когда я сбежала. Я помню каждое его слово в ту ночь, когда он говорил для меня, хоть и думал, что я этого никогда не услышу. Нельзя так просить прощения, не чувствуя ничего. Как нельзя и разлюбить за каких-то три дня. Тогда какого лешего он сейчас себя так ведёт?!

- Почему? – почувствовав вставший в горле ком, я опустила глаза, чтобы не расплакаться. – Я стольким пожертвовала, выбрав тебя…

Я оборвала фразу на полуслове, только лишь потому, что боялась сейчас взболтнуть сейчас лишнего. Случайно скатившаяся по щеке слеза здесь совершенно не при чём.

- Значит оно того не стоило. - Снова прозвучал холодный ответ полоза. – Лично я не просил никакого рода жертв.

- Не просил? – подняла я на него взгляд, чувствуя, как обида начинает перетекать в злость. – А для чего же это всё было?

В данный момент я не видела никого и ничего, кроме Василеска. Стало совершенно плевать, что мы не одни. Безразлично, поймут ли присутствующие что-то лишнее. Я хотела лишь выяснить всё, до того момента, как мы с ним пройдём точку невозврата.

- Было? – Лекс рассмеялся холодным, пропитанным сарказмом смехом, от которого у меня по телу пробежала волна неприятных мурашек. – А разве у нас что-то было? Спешу тебя расстроить, царевна. То, что ты себе внушила и напридумывала не имеет никакого отношения к действительности. Впрочем, - он немного помолчал, презрительно ухмыльнувшись мне, - у тебя будет возможность лично в этом убедиться.

- Это угроза? – хотелось вскочить и настучать полозу по голове, чтобы у него мозг на место встал! И с каждой его репликой я всё больше и больше убеждалась, что это не игра на публику.

- Кто я такой, чтобы угрожать моей царевне? – ирония просто сочилась из каждого произнесённого им слова. – Это просто констатация факта.

- Надеюсь ты не пожалеешь об этом, - каждое слово Лекса больно ранило меня, - поверь, я тоже умею ставить перед фактом.

Он ничего не ответил, лишь передёрнул плечами, мол, понимай, как хочешь. В попытке немного успокоиться, я перевела взгляд в сторону остальных пассажиров кареты. Елесея и Михаил сидели тихо, как мышки, внимательно следя за нашим разговором, и с плохо скрываемым нетерпением ждали продолжения.

- Ш-ш-ш! – раздалось позади меня, и, обернувшись через плечо, на спинке сидения я с удивлением обнаружила своего ужика. – Ш-ш-ш!

«Дурак! Идиот!»

Объяснений к кому именно из присутствующих были направлены столь лестные отзывы, мне не требовались. И, наверное, немного жаль, что змейку кроме меня здесь больше никто не понимает.

- Это ещё мягко сказано, - согласилась я с ужиком, подставляя ему руку, по которой он быстро перелез ко мне на плечи, привычно обвив шею.

Остаток пути мы все провели в напряжённом молчании. Не знаю, о чём думали остальные, я же прокручивала в голове варианты возвращения домой. Лекс ясно дал понять, что всё напрасно. И пусть причины таких перемен мне не ясны, сейчас он отбил у меня желание вообще выяснять что-либо.