Сосед года

Глава 41

Эта ночь была длинной. Я губы в кровь искусала, отвечая на смски Орлика. «Как тебе квартира? С Фомой подружилась?» На Фоме я едва не прокололась. Фома оказался тем самым котом, за которым надо было ухаживать. Кто бы мог подумать, что Витин друг назвал котика Фомой! Вывод: врать Сане ужасно сложно. А потом меня мучила совесть.

В общем, поспать не удалось — в семь утра пришла Вера Иванна.

— Ашотик в гараж за сварочным аппаратом поехал, — соседка пьёт горячий чай у меня в зале. — Скоро вернётся и всё починит.

Оказывается, наш сосед снизу пять лет в ЖЭКе сантехником работал. Он давно оттуда уволился, но руки всё помнят.

— Спасибо, Вера Ивановна, — кручу пустую чашку в руках. — Сильно я вас затопила?

— Ай, да ну сильно, — бабуля отмахивается. — Потолок белить — не паркет менять, знаешь ли.

— Это точно, — вздыхаю. — Простите, что так вышло. Потолок я у вас побелю обязательно.

— Танька должна прощения просить и потолок мне белить, — фыркает бабуля. — Только от неё не дождёшься.

— Ну да, — улыбаюсь грустно, — не дождёшься. — Она с хозяев этой квартиры за паркет деньги требует. Знает, что они с меня возьмут.

— Не вздумай ей платить, — Вера Ивановна грозит мне пальцем. — Ни копеечки. Поняла?

— Не знаю как правильнее поступить, — вздохнув, наливаю себе чай. — С одной стороны, не стоит ей платить. Она потоп устроила, а не я. Но не отстанет ведь. У неё отец юрист.

— Хренист! — фыркает старушка. — Не взду-май, — снова грозит мне пальцем. — О! Слышишь?

Дверь Саниной квартиры хлопает, и по лестнице цокают каблучки.

— Пошла куда-то, — пожимаю плечами.

Вера Ивановна кряхтит, встаёт и ковыляет к окну. Стоит в полуметре от тюля, наблюдает.

— Вспомнили папашу — вот и он, — ворчит. — Танька с ним куда-то уехала, — поворачивается ко мне.

— Ну и что?

— Что-что?! — всплеснув руками, соседка идёт ко мне. — Вставай и беги на рынок, — тянет меня за руку. — Он сегодня до двенадцати работает — успеешь.

— Зачем на рынок? — растерянно хлопаю ресницами.

— Замок купи, а Ашотик поменяет

— Блин, точно! — хлопаю себя ладошкой по лбу. — Нужен замок на подвальную дверь.

— Милая, тебя буфетом вчера не придавило случайно? — соседка качает головой. — Новый замок для двери, которая у тебя в кухне, чтобы Танька в гости не ходила. Дуй на рынок, пока она не вернулась.

М-да, мне эта простая и гениальная идея в голову не приходила. Что бы я без Веры Ивановны делала!

***

Пока бегала на базар, приехал Ашот. Под чутким руководством Веры Ивановны он поднял буфет и поставил его на старое место. Досталось старинному шкафу неслабо — придётся стёкла вставлять, чинить дверцы и реставрировать верх, которым он снёс трубу. А вот китайский сервиз не склеить. Настя уже цену вопроса по нему в сообщении скинула. Ни много ни мало, а ровно десять тысяч рубликов. Офигеть, конечно.

— Хозайка, прынэмай работу, да! — бодро кричит из кухни Ашот.

Идём с Верой Ивановной принимать работу. Труба к батарее приварена, аварийка уже вызвана — приедут и включат нам отопление. И замок на «портале» Ашот поменял.

— Спасибо вам большое, — жму руку Ашоту. — Я с зарплаты с вами расплачусь. Только скажите сколько.

— Дэнэг нэ надо. Красывой дэвушка помочь всэгда прыятна, да.

— Ой, ты глянь на него! — Вера Иванна упирает кулаки в бока. — Хвост распушил, павлин. Занятая она.

— Всо равно дэнэг нэ бэру с красавыц, — Ашот улыбается.

Таких соседей, как у меня, поискать надо! Кроме Таньки, конечно.

Баба Вера и Ашот уходят, а я берусь за уборку. Под паркетом хлюпает вода — его срочно нужно менять. Желательно на современный линолеум. Только без денег это сделать сложно. Не люблю я долги, но придётся занимать.

Присев на табуретку, беру в руки телефон — работает вроде без сбоев. Листаю записную книжку, размышляя кому можно позвонить, чтобы попробовать перехватить денег. Вариантов мало. Их практически нет.

Пока я туплю в телефон, звонит Настя.

— Привет, — отвечаю на звонок.

— Как дела? — тон у Анастасии строгий.

— Трубу починили, буфет подняли, — отчитываюсь скромно.

— Соседка что?

— Танька? Пока ничего.

— Раз её муж — твой любовник, может, ты с ним договоришься? — спрашивает с издёвкой. — Полюбовно, так сказать.

Отлично вообще! Вчера Настя меня убеждала, что на Таню управы нет, а сегодня вон чего…

— Насть, ты зачем звонишь? Яд сцедить некуда?

— Кто бы мне яду дал, — фыркает. — У Васьки моего как будто чуйка.

— В смысле?

— Прихожу вчера домой, а он мне — поехали на бабушкину квартиру, — басит, изображая голос мужа. — Еле отговорила его. Вася хочет внезапно нагрянуть, посмотреть, как ты за порядком следишь.

— Пипец… — выдыхаю.

— Вот-вот! А Танька по-любому молчать не будет.

— Да ладно Танька, — давлю тапком на влажный паркет, — в кухне под полом болото. Надо паркет менять.

— И чем быстрее, тем лучше. Я, конечно, потяну время, но думаю, дольше пары дней не выйдет. У Васи просто бзик какой-то.

— У меня пока денег нет, Насть.

— Да знаю я, что у тебя денег нет. Не ной, — бросает с раздражением. — Завтра к девяти утра будь готова — я заеду за тобой. Будем снова в той элитке убираться. На этот раз хозяин генеральную уборку заказал — денег выйдет больше. На них линолеум и купишь.

— Так недавно у него убирались.

— Ника, не беси меня, а! — Настя взрывается. — Праздники, люди отдыхают, а после отдыха требуется уборка.

— Я поняла. К девяти буду готова.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍