Притворись моим

— Танечка, а мы с вами раньше точно нигде не встречались? — делает шаг навстречу, тем самым отрезая мне путь к отступлению. Впереди "подстреленный", позади огромная плошка с пальмой.

— Нет, это вряд ли. Я... я неместная.

Светка! Ну где ты?! Она бы точно взяла ситуацию в свои руки.

Нет, если бы не это ужасное враньё, я бы, наверное, так не смутилась. Но зная, что я нахожусь в месте, в котором быть не должна, да ещё и в платье, которое не моё, я чувствую себя очень и очень некомфортно.

Ещё и легенду мне Немоляева подкинула: "скажи, что ты дочка нефтяника из Новосибирска". Ну, где я – и где дочь нефтяника? На мне туфли с распродажи! Надеюсь, эти двое в обуви не разбираются.

— Неместная, а откуда? — не унимается.

Господи, ну за что мне это всё?!

— Из Новосибирска... — блею, словно раненая, ощущая себя препарированным лягушонком на лабораторном столе.

— Новосибирск? Как интересно... Денис, ты был в Новосибирске?

Пока эти двое рассуждают между собой, как прекрасен город, в котором они никогда не были, я судорожно пытаюсь найти глазами в толпе подругу. Но её до сих пор нигде нет.

Сотни снующих незнакомых лиц, широкие улыбки, приторный аромат парфюма, громкая музыка...

Внезапно ощущаю, что на меня кто-то смотрит. Нет, не эти двое, которые так увлеклись беседой, что забыли обо мне. Не усатый со сварливой женой. Это чей-то едва уловимый взгляд – буквально на секунду я выхватила его в толпе и тут же потеряла.

Но чувствую, что он не потерял меня...

— А мы, кстати, сразу поняли, что вы неместная, — вырываю из потока слов брошенную мне фразу и возвращаю внимание дотошным собеседникам.

— И каким образом?

— Такие красивые девушки – у нас большая редкость. Ваши губы – они же натуральные? — вещает тот, который Денис, а сам почему-то смотрит на мою грудь.

Ну, знаете... Ощущаю, что красные у меня сейчас не только скулы, но и кончики ушей.

— Простите, это у него профессиональное. Денис Давидович – пластический хирург. Лучший в городе! — проясняет ситуацию "мансарда", но легче мне от этого вот ни капли не становится.

Теперь я не препарированная лягушка – я манекен на витрине. Именно так я себя сейчас и чувствую.

Снова одёргиваю платье и на автомате беру протянутый официантом фужер шампанского. С алкоголем я на строгое "вы", но ужасно хочется хоть чуточку снять это дурацкое нервное напряжение.

Подношу бокал к губам и тут же снова ощущаю на себе тот самый взгляд из толпы, и снова не могу понять, кому он принадлежит.

Но я знаю, что кто-то на меня смотрит. Это не объяснить словами, просто чувствую, и всё.

— И волосы натуральные, ты посмотри-ка! — Денис Давидович, который больше смахивает по возрасту на просто Дениса, не стесняясь, прикасается к моей причёске и пропускает прядь между средним и указательным пальцами. — Вы просто чудо, Танечка. Алмаз, который требует дорогой огранки.

Нет, я не чудо – я теперь букашка в банке со скорпионами.

И чего они ко мне прицепились? Что им от меня нужно? Здесь полно девушек гораздо красивее, почему именно я?

И где Светка?! Я уже хочу домой! Всё, наелась "элитой" на десяток лет вперёд, пора и честь знать.

Ныряю взглядом в толпу и вижу его. Парня в строгом чёрном костюме и торчащей из-под расстёгнутого пиджака белоснежной рубашке. Он стоит, прислонившись бедром к глянцевому роялю, и беззастенчиво изучает меня глазами. Не смотрит на что-то конкретное, как эти двое, не изучает каждую часть моего тела – просто наблюдает. И ведь даже не пытается скрывать своего интереса!

Взволнованно отвожу глаза от наглеца и делаю то, чего не делала никогда – залпом допиваю содержимое бокала.

Пузырьки шампанского приятно щекочут язык, обжигают горло и огненной лавиной мчатся по пищеводу. Они ещё не добрались до желудка, но я уже ощущаю, как градусы ударили в голову.

О, Господи, что же я творю! Мне категорически противопоказано пить! Мне достаточно бокала вина, чтобы наутро я совсем ничего не помнила и чувствовала себя отвратительно.

Но мне было это нужно – даже не для того, чтобы утолить жажду, а чтобы чувствовать себя хотя бы чуточку увереннее! И коварные пузырьки сделали своё дело.

Ставлю пустой фужер на край кадки с пальмой и, вежливо простившись с настырными поклонниками в одинаковых брюках, ретируюсь из поля их зрения. Заодно и из поля зрения парня в чёрном, который по-прежнему стоит у рояля и, удерживая в руке квадратный стакан с чем-то тёмным, до сих пор не спускает с меня глаз.

И этот взгляд... нет, он не пугает меня, скорее, заставляет чувствовать себя неуютно. Не так неуютно, как под полупьяным гнётом взгляда "близнецов", а как-то совсем по-особенному. И, что самое странное, я хоть и убегаю, но очень хочу обернуться и убедиться, что он всё ещё смотрит...

Боже, сколько же градусов в этом шампанском? Судя по спутанным мыслям – весь миллион.

Хотя желание и велико, но я заставляю себя гордо идти вперёд и ни в коем случае не оглядываться. Ну, глупость же. Мало ли почему он на меня смотрит. Может, он меня с кем-то перепутал.

Да, он определённо обознался.