Нянька для Львят

Глава 29

Марина

— Мариночка, прости, что так долго не перезванивал, — Глеб начал с извинений. — Представляешь, отключил телефон и совершенно забыл о нем. У тебя все в порядке, ничего плохого не случилось?..

Его искренняя тревога отозвалась приятным теплом в моей груди. Как хорошо, что Лиза оказалась сестрой, я бы не перенесла разлуку с Глебом.

— Все в полном порядке, — произнесла с любовью в голосе. — В кафе появилась свободная минутка, и я решила навестить тебя и детей. Дверь открыла твоя сестра…

— Надеюсь, она не наговорила тебе грубостей? — охнул Глеб.

— Вовсе нет, — соврала я. — Но мне показалось, что она сама хочет следить за племянниками. Выходит, вам больше не нужна няня.

— Мне нужна ты, — заверил Глеб. — Не как няня, а как любимая женщина. Юля с Кирюшей тоже скучают. А Лизка — она перекати-поле. Сейчас у нее проблемы в личной жизни, вот и приехала. Как только почувствует себя лучше, наверняка съедет. Впрочем, можно и сейчас попросить ее найти другое жилье.

— Нет-нет, не нужно этого делать, — предупредила я. Еще не хватало, чтобы Глеб поругался из-за меня с сестрой. Разве можно строить прочные отношения на таких подвохах?.. — Если сестре нужна помощь и поддержка, твой братский долг дать ей все это.

Надеюсь, когда Мишка поправится и решится завести семью, он будет думать так же. Я бы не смогла жить, зная, что избранница брата ненавидит меня.

— Мне не хочется расставаться, — вздохнул Глеб. — Я так привык видеть тебя каждый вечер в своем доме. Конечно, Лизка мне родная и я ее люблю, но… Может быть, вам с Мишей переехать к нам? Места всем хватит.

Какой бы заманчивой ни была перспектива, мне пришлось отказаться. Миша — моя забота. Моя боль и моя душа. Что, если Юля и Кирюша не примут его в компанию? А как отреагирует Лиза?

— Об этом пока не может быть и речи, — твердо заявила я. — Вот сделаем Мише операцию, поставим на ноги, тогда можно будет знакомить его с твоей семьей. Пока придется ненадолго взять тайм-аут. Говорят, недолгое расставание только укрепляет чувства.

— Мне совсем не хочется проверять это на своем опыте, — мрачно отозвался Глеб. — Ты не будешь возражать, если я заеду сейчас? Ненадолго, обещаю. Только пожелаю спокойной ночи и сразу уеду. Заодно передам оплату за работу няни.

— Не сегодня, пожалуйста, — попросила я. — Мише пора спать. Да и у моих соседей слишком обострен слух. Если кто-то расскажет хозяйке квартиры, что я так поздно принимаю гостей, пиши пропало.

— Везде засада, — мрачно отозвался Глеб. — Да, чуть не забыл, на днях в моей фирме освободится место оператора. Не хочешь занять его?

— Подумаю, — пообещала я. — Пока поработаю в кафе, одна из официанток уходит в отпуск. Не волнуйся, без работы я не останусь. Еще немного ― и мы с Мишей отправимся в Израиль, исполнять мечту последних лет.

— Что ж, тогда мне остается пожелать вам удачи, — бодро заявил Глеб, но я расслышала грустные нотки в его голосе.

— Мне тоже не хочется расставаться, — отозвалась ласково. — Но так будет лучше для всех нас. Вот вернемся с Мишей из поездки, тогда все изменится, обещаю.

Я говорила все это с уверенностью, которую не испытывала на самом деле. О том, что стану делать, ели операция не поможет, даже думать боялась. Разумеется, делиться этим с Глебом не стала. У него и без меня проблемы.

— Не думай, что так просто от меня избавишься, — предупредил Глеб, прежде чем попрощаться. — Пока ты еще здесь, в городе, мы будем видеться. Чего бы мне это ни стоило.

Он выполнил обещание. Звонил каждый день, изредка забегал в бар выпить чашечку кофе. К сожалению, я так закрутилась, что на свидания совершенно не осталось времени. Полная ставка официантки не давала расслабиться. Плюс ко всему, в короткие перерывы приходилось подниматься наверх, в квартиру. Миша боялся надолго оставаться один, не ел без меня и не ложился спать.

— Ничего, еще совсем немного, и мы станем нормальной семьей, — обещала я.

Вечером, когда совершенно отказывали ноги, располагалась на кухне и читала брату. В благодарность он нагревал для меня воду и высыпал в тазик добрую порцию соли. После таких ванночек спадали отеки с ног, и я становилась почти человеком.

— М-м-м… — односложно отзывался Мишка и тыкал пальцем в любимый журнал с автомобилями.

— Вот поправишься и откроешь свой автосалон, как всегда мечтал, — обещала я.

С трудом удерживала слезы и подрагивающую нижнюю губу. Мишка должен чувствовать, что я в него верю. Иначе не поверит сам.

— Ы-ы-ым, — соглашался брат и широко улыбался.

— А я смогу устроиться по специальности — учителем начальных классов, — мечтательно добавляла я. — Пусть зарплата небольшая, зато работа любимая.

О том, что смогу создать с Глебом семью и, возможно, завести своих детей, даже не заикалась. Как говорила мама: чем выше взлетишь в мечтах, тем больнее потом ударишься о реальность.

Я отработала пять дней, практически без отдыха. Вечер пятницы в баре напоминал светопреставление. Посетителей уйма, и все желают запить тяжелую рабочую неделю доброй порцией пива или чего-то покрепче.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍