Никому не отдам

Глава 27

Эта маленькая девочка покорила всех! Достаточно было увидеть лицо, обычно строгой, няни, расплывшиеся в улыбке при появлении Катюши, чтобы понять это. А, может быть, Нина Николаевна просто устала от несносных мальчишек, которых она воспитывала последние десять лет. Близнецы моего друга те еще сорванцы, с ними нужно держать глаз в остро, иначе…

В общем, когда я позвонил Максиму и попросил совета по поводу няни – он тут же предложил кандидатуру своей. Во-первых, мальчишкам уже стукнуло по двенадцать, и он, как папа, хотел приучать их к самостоятельности, ну, а во-вторых хотел найти для Нины Николаевны хорошее место работы, потому что женщина за такой долгий срок стала практически членом семьи.

Так что все сложилось самым лучшим образом: теперь у Кати отличная няня, проверенный человек, которому не страшно доверить ребенка, а Макс спокоен по поводу своей протеже. Оля не знала историю появления в нашей семье этой женщины, видимо, оттого сначала настороженно относилась к ней. Но Нина Николаевна сумела найти подход не только к Кате, но и к ее маме. Это не могло не радовать.

- Нина Николаевна, а загорать будем? – вбегая в дом, с порога кричит Катя. – Я очень-очень хочу!

- Конечно, будем. – отвечает ей няня, принимая свою воспитанницу в крепкие объятья. – Вот только давай объединим приятное с полезным – возьмем с собой книгу и почитаем.

- Хочу сказку про мамонтенка! – визжит малышка и бежит по ступенькам в свою комнату.

- Хорошо, хорошо, только не торопись! – кричит ей вслед няня, пытаясь догнать эту егозу.

***

По пути в изолятор меня одолевали сомнения: правильно ли я поступаю? Что если придется пожалеть о принятом решении? Иван слишком непредсказуем, хватит ли мне ума предугадать его поступки?

Переступая порог кабинета следователя, я уже принял решение, и отступать не собираюсь. Знаю, что такое ответственность и готов держать удар.

- Здравствуйте, Виктор Константинович! – приветствует меня пожилой следователь, пожимая руку. – Я вас уже заждался!

Окидываю взглядом скромный кабинет и сажусь на стул, стоящий у стола. Никогда не думал, что придется искать связи в полицейских кругах для того, чтобы вытащить из тюрьмы бывшего своей жены! Благо, такие связи имелись и теперь, дело Ивана Стрижева лежит на столе нужного человека.

- Моя жена и отец Ивана не будут писать заявление, - начинаю с главного, чтобы не тянуть с этим делом. – Поэтому думаю, что можно представить все как несчастный случай…

Следователь открывает папку и пробегает глазами документы, быстро переходя от листа к листу.

- С натяжкой, конечно, но можно… - смотрит на меня с ожиданием.

Достаю из-за пазухи белый увесистый конверт и кладу в папку, которую мужчина вернул на стол, пододвинув ближе ко мне.

Деньги! Практически все в нашем мире решают деньги! И… нет, я не просто так плачу за этого выжившего из ума мачо: он все вернет! В том числе, Иван обязан будет вернуть те деньги, что украл у моей фирмы, иначе свободы ему не видать.

- Виктор Константинович, с вашей женой и Стрижевым Владимиром Емельяновичем мне все равно придется поговорить, - извиняющимся тоном говорит следак. – А то выглядеть это будет странно… Но, как только они дадут показания Иван Владимирович может быть свободен.

- Вечером приезжайте в клинику, - вытаскиваю визитку Прохора из кармана пиджака и бросаю на стол. – Я могу увидеть Ивана?

- Да, конечно, сейчас его приведут. – мужчина набирает номер на стационарном телефоне и через пару секунд отдает распоряжение привести задержанного в его кабинет. – Знаете, вообще он странный какой-то, ваш подопечный… - произносит мужчина задумчиво, постоянно поглядывая на дверь за моей спиной. – Разговаривать отказывается, от адвоката тоже отказался, сидит и смотрит в одну точку. Он адекватный?

- Адекватный! - говорю, а сам сомневаюсь в своих словах.

- В любом случае, будьте с ним осторожны, мне не нужны лишние проблемы…

Так вот в чем дело! Пожилой следователь боится за свое кресло, а никак не за меня. Ухмыляюсь, чем немало удивляю следователя. Его поседевшие брови озадачено взлетели вверх, и, кажется, он хотел сказать что-то еще, но его остановил стук в дверь.

Иван и в правду выглядел неважно, какой-то потерянный. Его сегодняшнее состояние никак не вязалось с тем, каким он был вчера, когда готов был пустить мне пулю в лоб.

В мозгу снова пролетела мысль о том, что я, вероятно, ошибаюсь и не должен давать ему возможность реабилитироваться.

- Я вас оставлю. – следак скрылся за дверью вместе со своим подчиненным, который привел "задержанного".

Иван сел напротив меня, но не поднял глаз, чтобы посмотреть на меня. Весь его вид говорил о раскаянии, но мне этого мало, я хочу услышать от него, что он готов к тому, что я хочу ему предложить.

- Что с моим отцом? – тихо говорит мужчина, все также глядя в пол. – Он жив?

Почему я чувствую возмущение от его вопроса, вроде все как надо: сын интересуется состоянием отца… Вот только почему он не спросил про состояние бывшей жены? Или Оля больше не интересует его?

- Если ты о ранении, то он жив. – раздумываю: стоит ли ему говорить об операции и все же решаюсь. – Иван, ты ведь знаешь, что у твоего отца слабое сердце…

Он, наконец, поднял голову и посмотрел мне в глаза. В его взгляде застыл страх, смешанный с недоверием.

- Ему нужна дорогостоящая операция в Москве и как можно скорее.

- Я любые деньги отдам, только помоги! – умоляюще смотрит на меня.

Сейчас в нем не осталось ничего от того агрессивного человека, которым он был вчера. Сегодня он казался сломленным, а добивать мне его не хотелось.

- Ты в любом случае отдашь то, что украл, работая в моей фирме. – со вздохом проговариваю, вот не хотел же, а получается как всегда. Не умею по-другому, наверное.

Гляжу на его затравленное выражение лица и чувствую жалость. Иван молчит, а что он, собственно, может на это сказать?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍