Сердцеед +1 (ЛП) - Эванс Кэти

В глубине его взгляда клубится тьма. Он встает и засовывает руки в карманы. Движение небрежное, но окружающая Сента энергия внезапно становится такой пугающей, что я не знаю, что сказать.

Долгое молчание затягивается.

— Грех, я могу начать фрилансить... — Я указываю на свой ноутбук, стараясь говорить уверенно. — Я весь день рылась в своих любимых журналах, чтобы понять, что мне нравится, и составила список. Мне нравятся статьи о людях. Не вещи и не машины. Не модные шмотки. Меня привлекают рассказы о человеческих судьбах, о наших сильных и слабых сторонах, о наших победах и поражениях. В «Эдж» я делала то, что предпочитают современные читатели. — Я смотрю на него. — Сейчас я выясняю, с чего начинали другие фрилансеры. Как правило, чтобы стабилизировать свой доход, требуются годы, но, полагаю, я смогу это сделать.

Он подходит к окну моей гостиной и долго в него смотрит. Его спина напоминает каменную стену.

— Ты можешь делать все, что захочешь.

Я не хочу, чтобы он чувствовал, будто я бросаю ему в лицо его щедрое предложение, но мне немного не по себе, вдруг он и правда так думает.

Если только дело не в о чем-то совершенно другом. Например, в его отце-говнюке.

— Ну, как тебе моя идея фрилансить в этом блоге?.. — Я пытаюсь повернуть свой компьютер, чтобы он посмотреть на примеры блогов, но ему не интересно.

Он поворачивается, но смотрит только на меня, прямо и пристально.

— Как думаешь, почему «Эдж» не окупается?

Выдохнув, я закрываю ноутбук и усаживаюсь на диване так, чтобы видеть его полностью.

Это хороший вопрос.

— «Эдж» слишком разносторонний. Ему нужно найти свою нишу и подать информацию так, как никто другой не делает. Хелен уже некоторое время занимается этим, но владельцы всегда сбивали ее, когда она пыталась сфокусироваться на чем-то. Все мои коллеги профессионалы в своем деле. Но «Эдж» необходим другой управляющий.

Малкольм ничего не говорит, но скрещивает руки на груди и задумчиво потирает подбородок. Его губы кривятся, как будто мой ответ ему очень понравился.

Нахмурившись, я говорю ему:

— Как думаешь, каковы планы твоего отца?

— Поглотить его и разбить, оставив только то, что ему интересно. — Он начинает ходить вокруг, все еще хмурясь в раздумье. — Я ни на секунду не верю, что его главный интерес — сам «Эдж».

Походка Малкольма слишком сдержанная, слишком неторопливая. Взгляд слишком отстраненный и холодный, как гребаный лед, как будто этот самый лед течет в его крови.

Я почти слышу, как он думает; энергия вокруг него искрится.

Я достаточно знаю этого человека, чтобы понять, что он отлично себя контролирует. Что он методичен и продумывает каждое свое действие, что хотя у него есть характер, он им управляет. Он не выдает свои эмоции, но я знаю, что сейчас он держит под жестким контролем свое настроение, отсюда и его отрешенность.

Словно прочитав мои мысли, он поднимает голову и смотрит на меня через всю комнату.

— Если моему отцу нужен «Эдж», он готов многое отдать. Независимо от того, что ты больше не работаешь в «Эдж», его гордость не позволит ему отступить сейчас. —Его тон холодно-деловитый.

— Отступить от чего? Покупки? Малкольм, это уже не имеет значения.

— Для меня имеет значение. — Его глаза внезапно вспыхивают, когда он смотрит на меня. Малкольм подходит и снова берет меня за подбородок. — Ты мне доверяешь?

Свободной рукой он тянется за пиджаком. Энергия в комнате меняется, когда он надевает его. Каждая клеточка моего тела осознает это. «Опасность», — кричат они.

Когда Сент хмуро смотрит на меня и надевает пиджак, мне кажется, что он готовится к войне. Мне это не нравится.

— Малкольм, — зову я, но он не отвечает и направляется к двери.

— Ты мне доверяешь, Рейчел? — Его голос грубый, но не терпящий компромиссов.

Зачарованная воинственным блеском в его глазах, я киваю.

Он распахивает дверь.

— Тогда пока ничего не загадывай. Посмотрим, как будут развиваться события.

Боже, ну что человек!

— Ты уезжаешь на благотворительный вечер?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Нет. Еду навестить своих адвокатов.

— Адвокаты принимают в такое время? Сейчас восемь вечера.

Он бросает на меня само-собой-взгляд, и я закатываю глаза.

— Разумеется, принимают! — смеюсь я и стону над его властным характером.

— Доверяй мне.

— Малкольм, ты что, не слышал меня? Я увольняюсь!

Он закрывает дверь.

ГЛАВА 29

Война

Чуть позже той ночью он спросил в сообщении, свободна ли я завтра. Я отвечаю, потому что хочу выяснить, что же происходит.

«Зависит от того, куда мы пойдем или кто спрашивает».

Что происходит? С момента его отъезда я все время в напряжении.

Но он игнорирует мой вопрос, ответив вместо этого:

«Тебя нет для всех, кроме меня».

«Что за дерзость!» — отвечаю, смеясь.

«Надень что-нибудь удобное»

С радостным вздохом я смиряюсь с тем, что мой загадочный мужчина останется загадкой и в эту ночь. Но что бы он ни задумал, я верю, что он знает, что делает.

***

На следующий день он заезжает за мной на BUG 2. Стоит ему сказать, что мы идем на матч по поло, я начинаю приставать к нему, чтобы он рассказал о дальнейших планах. На что он лишь щипает меня за подбородок и говорит спокойно и размеренно:

— Через неделю.

Его спокойствие расслабляет меня. На нем белые брюки для верховой езды, обтягивающие его задницу так же идеально, как у бейсболиста, и прилегающее к телу темно-синее поло. Сапоги на дюйм ниже колен.

Сегодня с Сентом играет Кэллан, поэтому как только мы с ним встречаемся, Сент ведет меня к маленькому круглому белому столику с прекрасным видом на поле, целует в уголок рта и направляется к конюшням.

Я потягиваю минеральную воду и наблюдаю за матчем. Копыта бьют по земле, сотрясая трибуны. Мои волосы развеваются на ветру. Мне только шляпы не хватает для повторения образа «Красотки».

Я заворожена игрой. Сент на вороном чистокровном коне мчится через поле, размахивая молотком в руке. Его мускулы перекатываются, а лоб блестит от пота. Я вижу только красные повязки на ногах его лошади и слышу создаваемый ею грохот.

Но еще до меня доносятся разговоры женщин за столиками позади меня, которые любопытствуют, кто этот мужчина на черном коне.

— Это Малкольм Сент, глупышки.

— Ш-ш-ш, там его девушка!

— Кармайкл на белом коне... видишь его?

Я улыбаюсь про себя.

Кэллан и Грешник подходят, когда матч завершается. За столиками позади меня воцаряется абсолютная тишина. Они выиграли со счетом 10:5. Я целую Сента в челюсть и поздравляю его, а затем поздравляю Кэллана.

— Парень, да это серия побед, — говорит он, похлопывая Сента по спине, после чего они падают на свои места. — Здравствуйте, леди, — он приветствует девушек позади нас.

И они начинают щебетать.

Мы еще немного болтаем, и мое любопытство по поводу игры в поло только растет.

— Признайся, Сент. У твоей лошади четыре имени, как у тебя? — спрашиваю я.

— Только одно. — Его зеленые глаза сверкают, а губы изгибаются в улыбке. Он делает глоток воды, положив руку на спинку моего стула. — Когда я купил его на аукционе, у нее уже была кличка. — И добавляет: — Матрица.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— А лошадь Кэллана?

— Клянусь, Сент, если ты снова посмеешься над моей девочкой...

— У его лошади тоже отличное имя. — Малкольм наклоняется ко мне и смеется, когда Кэллан бросает на него убийственный взгляд. — Динь-динь.

***