Твоя (не) любимая

Глава 14.2

К моему удивлению, остаток вечера проходит неплохо, можно даже сказать – душевно. Мама много говорит о своей работе, подругах, досуге, интересуется и моей жизнью. Не только личной, что вызывает во мне противоречивые чувства. С одной стороны, мне приятно ее внимание, но с другой, мне постоянно мерещится какой-то подвох. Кажется, за эти несколько часов я узнаю о ней гораздо больше, чем за всю нашу жизнь.

– Мам, ты так часто смотришь на часы, – замечаю я. – Торопишься?

– Нет, – она отрицательно качает головой. – Мне просто нравятся твои часы.

– Если хочешь, можешь остаться у меня, – предлагаю я.

– Спасибо, дочка, – уголки ее губ трогает легкая улыбка. – Я приму твое предложение. Уже поздно, не хочу садиться за руль.

– Тогда я постелю тебе, – встаю из-за стола и убираю наши тарелки в посудомоечную машину.

Прохожу мимо прихожей и вспоминаю о своем мобильном. С самого возвращения я не пользовалась им. Достаю из сумочки в надежде на новое сообщение или пропущенный вызов от Матвея, но ничего. Градов до сих пор не объявился, и теперь уже простое волнение сменяется на серьезное беспокойство. Вхожу в свою комнату и прикрываю дверь. Может позвонить еще раз? Нет, попробую обойтись сообщением. Смахиваю по экрану и открываю мессенджер, чтобы посмотреть время, когда мужчина в последний раз был в сети, но и здесь меня ждет очередное удивление – все чаты удалены.

– Черт возьми! – громко вскрикиваю я.

– Дочка, что случилось? – обеспокоенная мама возникает на пороге моей комнаты.

– С телефона пропали все сообщения, – судорожно тычу пальцем по экрану гаджета.

– Как это пропали? – непонимающим тоном спрашивает она.

– У меня однажды было так, – вспоминаю, какая у меня случилась паника, когда это впервые случилось. – Может, память переполнена, или сбой какой-то.

– Я не знала, что так бывает, – произносит обеспокоенно. – Там было что-то важное?

– Да, кое-какая информация по финансовым отчетам, – отмахиваюсь я и бросаю мобильный на кровать. – Но вся она продублирована на рабочую почту, так что…

– Так что нет смысла волноваться, – спокойно произносит она. – Давай мне постельное белье. А ты ложись и отдыхай.

– Спокойной ночи, – достаю из шкафа постельные принадлежности и протягиваю маме.

– И тебе, дочка, – кивает она и, быстро поцеловав меня в щеку, выходит из комнаты.

Нарастающее в груди чувство тревоги не дает мне покоя. Хватаю мобильный и, выбрав в контактах, имя Матвея, звоню мужчине снова. Заблокирован. Отрицательно качаю головой, гадая, что же могло случиться. Для начала нужно немного успокоиться. Я делаю глубокий вдох и резко выдыхаю. В конце концов, утро вечера мудренее, и сейчас лучшее, что я могу сделать, это хорошенько выспаться и встать утром со свежей головой.

Но как следует выспаться мне не удается – из-за беспокойства сплю плохо, постоянно ворочаюсь с бока на бок. Утром первым делом проверяю телефон. От Матвея по-прежнему нет никаких новостей.

На работу приезжаю задолго до начала трудового дня. И не я одна.

– Марго, доброе утро! А ты чего в такую рань? – Лиза входит в лифт следом за мной.

– Привет! Я не нарочно, – улыбаюсь я, нажимая кнопку нужного этажа. – Быстро собралась, доехала без пробок.

– У тебя сегодня была бессонная ночь? – интересуется Ольшанская. – Синяки под глазами…

– Поздно легла просто, – коротко отвечаю я.

– Я тоже не выспалась. Как насчет кофе? – предлагает она.

– Я за, – киваю.

– Пойдем ко мне в кабинет.

Двери лифта раздвигаются, и мы выходим в просторный пустой холл. Усмехаюсь про себя – так привычно находиться на работе, когда еще или уже никого нет. Лиза поворачивает ключ в замочной скважине и, открыв дверь, пропускает меня вперед. В кабинете начальницы стоит кофемашина, и Ольшанская первым делом подходит к аппарату. Пока она занимается приготовлением терпкого напитка, я снова ныряю в сумочку и проверяю мобильный. В очередной раз моя проверка не приносит результатов. Устроившись на мягком кожаном диванчике, рассматриваю абстрактные картины, которые так любит Лиза.

– Я тоже вчера никак не могла заснуть, – вздыхает она. – Муж вернулся поздно, а я до сих пор не могу спокойно спать, если его нет дома.

– Устроил себе сабантуй с друзьями? – предполагаю я.

– Не совсем. Он провожал друга, – начальница передает мне кружку с горячим кофе, а затем, взяв свою, садится рядом со мной. – Отвез его в аэропорт повремени, но рейс задержали.

– И они решили выпить кофе, – догадываюсь я.

– Если бы только кофе, – усмехается она, делая глоток терпкого напитка. – Добавлю еще сахар, слишком горький получился. Тебе добавить?

– Нет, спасибо. У меня все отлично, бодрит, – говорю я. – Как раз то, что нужно.

– Короче говоря, Олег даже машину оставил на платной стоянке, – смеется она. – Хорошо еще, что вместо Матвея не улетел.

Я застываю с кружкой у рта. Мне не показалось. Я правильно услышала – речь идет о Градове, если только это не другой Матвей, что кажется мне маловероятным.

– Матвей? Тот, который был у тебя на дне рождении? – уточняю я. Не хочу, чтобы Лиза думала, будто я испытываю повышенный интерес к Градову.

– Да, – отвечает Ольшанская. – Ему пришлось срочно вернуться домой. Какие-то семейные трудности. Да и, насколько мне известно, он не собирался надолго задерживаться здесь.

– Понятно, – роняю я.

Лиза переводит разговор на другую тему, рассказывая о своих планах на ближайшие выходные, а я делаю вид, будто внимательно слушаю. Хотя на самом деле, я ни черта не понимаю из того, что она говорит.

– Лиз, я пойду. Пять минут до начала рабочего дня. Забегу позже, – натягиваю на губы улыбку. – Хорошего продуктивного дня.

– И тебе, Марго.

На автомате вхожу в свой кабинет и по обыкновению включаю ноутбук. В голове пустота, а на сердце своими острыми когтями скребут кошки. Меня не удивляет сложившаяся ситуация, но мне мерзко от самой себя, ведь я как наивная дурочка вновь поддалась чувствам, о которых стоило давным-давно забыть. Матвей мог объясниться, но не сделал этого. Он даже не ответил на звонок. Возможно, у него была веская причина, но я не готова ждать еще три года, чтобы узнать о ней. Поэтому я беру в руки свой мобильный и удаляю его номер. Из контактов и, я надеюсь, из своего сердца.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍