Обещаю быть твоей

Глава 26

Лера

Неделя пролетает за работой: закупка новых материалов, сверка отчетов, просмотр данных по прибыли и тратам. У меня работает неплохой бухгалтер, но я все равно звоню Насте и прошу ее все сверить. Она смеется и напоминает, что у нее не так много практики в этом деле. 

— На-а-а-асть, — тяну я. — Пожалуйста. Я же не за бесплатно. 

— Иди ты, — фыркает. — Приноси свои отчеты, я посмотрю. Можешь на почту сбросить. И только попробуй денег заплатить.

Я благодарю ее и отключаюсь. С работы ухожу пораньше, чтобы зайти в детский магазин и купить Даньке подарков. Знаю, что денег подруга все же брать откажется, а от подарков сыну не сможет. Неплохо бы, чтобы еще и для себя принимала, но это вряд ли. Настя гордая, любую помощь напрочь отметает, хотя иногда вижу, что ей тяжко с сыном.

В магазине спрашиваю продавца консультанта, какие игрушки можно купить для годовалого мальчика. Нужно взять что-то для сына Богдана. Вряд ли дети в этом возрасте сильно разбираются в подарках, но и прийти с пустыми руками будет некрасиво. С Данькой мне проще. Я беру ему игрушки и одежду на вырост. Настя говорит, что у нее уже весь шкаф завален одеждой и новую ей так и не придется покупать. А мне приятно, он ведь мой крестник.

— Рекомендую присмотреться к развивающим игрушкам. Детям в этом возрасте очень важно развивать мелкую моторику рук, пространственное мышление, внимательность и усидчивость, — говорит девушка. — Из моделек предлагаю вот такие.

Я смотрю на смешную конструкцию, чем-то похожую на мой органайзер для косметики. Треугольное основание внизу и сверху, посредине разделенное несколькими стенками. Одна выполнена в виде счётов, на второй вырезанные ячейки под геометрические фигурки. Третью не видно из-за коробки, но я уверена, она не менее интересна. Сверху на треугольном основании две шестеренки и замысловато изогнутые прутья с нанизанными бусинами.

— Хорошо, упаковывайте. А сладости? У вас есть сладости для деток такого возраста?

— Печенье, пюрешки, смузи, соки? Что именно вас интересует?

Я только рот открываю. Откуда я знаю, что лучше взять ребенку в этом возрасте: пюре или сок, а может смузи?

— Обычно берут печеньки, детки их любят и там натуральный состав, — улыбается девушка, замечая мое замешательство. Можете взять и сок тоже. 

Я киваю и прошу ее упаковывать. Понятия не имею, что можно есть маленькому сыну Богдана, но надеюсь, что хоть что-то. Если что — будет играть игрушками. Все покупки складываю в машину, а дома выгружаю только те, которые купила Дане. Богдан с сыном ждут меня дома, и я уже опаздываю, все никак не могу себя заставить поехать. Это ведь ребенок. Сын. Что, если я ему не понравлюсь? Какое будущее тогда нас ждет?

Не знаю как, но до дома Богдана добираюсь быстро. Паркуюсь, беру пакеты в руки и иду к привлекательной высотке. Богдан встречает меня на пороге прямо с ребенком. Я даже рот открываю от неожиданности, потому что сын у него на руках. Такой маленький, я бы даже сказала крошечный. Хнычет, видно, что не очень доволен и капризничает. Маленький совсем, хотя Данька еще меньше, но его-то я видела с пеленок, и уже привыкла. Новый ребенок в моей жизни появляется слишком неожиданно. И громко.

Я прохожу внутрь, целую Богдана в щеку. Чмокаю по-быстрому, потому что в этот момент его сын хнычет.

— Извини, мы сегодня капризные, — Богдан обнажает идеально ровный зубной ряд. — У нас зубки режутся, так что… ночь обещает быть веселой.

Я улыбаюсь и быстро скидываю с себя обувь и одежду, тащу пакеты в гостиную. Говорю, что купила печенье и сок. Не знала, можно ли, но взяла.

— Там есть печенье? — Богдан кивает на пакеты. — Доставай сейчас же!

Я быстро распаковываю печенье и протягиваю одно малышу. Он тут же резво хватает его в руку и пихает в рот.

— Рома определенно доволен.

— Теперь я хотя бы знаю его имя.

Ребенок и правда замолкает. Увлеченно жует печенье, измазывая Богдана в кашице, что выпадает у него изо рта. Это так мило, что я с глупой улыбкой засматриваюсь на своего мужчину, который в клетчатых штанах и серой растянутой футболке нянчит ребенка. Он весь измазан в печенье: лицо, подбородок, шея, Рома не скупится, достает печеньку из рта, проводит мокрым куском по лицу Богдана и запихивает обратно, с жадностью вгрызаясь в лакомство.

— Ты знал, что он перестанет плакать?

— У него зубки режутся, гель Анжелика привести забыла, а я только заказал, поэтому хожу с ним на руках успокаиваю. Палец, как в пять месяцев уже не дашь, зубов много, кусает больно.

Я чувствую себя полнейшей идиоткой, потому что не знаю о детях практически ничего. Хотя не так. Не знаю о проблемах прорезанных зубов, потому что Данька еще маленький и Настя не жаловалась, а других знакомых у меня попросту нет. Зато все об этом знает Богдан. Казалось бы, я ведь женщина. Определенно должна знать хотя бы элементарное, но рядом с ним чувствую себя неумехой и обещаю, что обязательно прочту несколько статей из интернета.

 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍