Она мне не невеста

Глава 29

Майя

— Совсем никакой информации? — устало интересуется Дан, развалившись в кресле так, словно всю ночь работал, разгружая вагоны.

— Никакой, — мотаю головой. — Лишь то, что мать Фарида и Эльдара наложила на себя руки, — произношу, опуская перед ним стакан яблочного сока и тарелку с клубничным пирогом, который привезла с собой, чтобы Ада и Богдан попробовали нашу вчерашнюю выпечку.

— Я догадывался о том, что Кудинова сама себя туда отправила, — задумчиво тянет, поджимая губы. — Мне намекнули в больничке. Но Фарид им хорошо заплатил, чтобы молчали.

— Хм-м… интересненько.

— Да ничего такого в этом нет, — бросает равнодушно. — Не все хотят таким светить. Я бы тоже не хотел. Поэтому понимаю его в этом.

— Я тебе пирог и сок принесла, — намекаю ему, потому что сам он продолжает лежать и даже взгляда не кинул на пирог. — Сама пекла и сок выжимала тоже своими ручками.

— Пирог? — приподнимается и кидает взгляд на тарелку с выпечкой.

Замираю в ожидании его реакции на моё творение, но его поведение меня немного ошарашивает. Он смотрит на пирог так, словно я ему наложила пригоревшей каши с комочками.

— Понимаю, что он не очень красивый, — расстроенно оправдываюсь. — Я слегка накосячила. Но очень и очень вкусный. Медляков рецепт дал. Попробуй. Не всегда стоит судить о книге по обложке.

— С клубникой? — догадывается Дан, заметив, чем украшен пирог.

— Да, — киваю, когда он берёт вилку. — С творожной начинкой и украшенный клубникой со сливками. Вкусно! Нереально!

— И сок — сама? — уточняет, и я киваю.

— Сама! И яду сама добавила, — шучу, потому что сегодня он вообще на себя непохож. Не подкалывает, особо рабочими вопросами не занимается. Даже меня не анализирует, как обычно. Что, с одной стороны, даже хорошо, потому что в душе моей штиль.

— Ну, если яду, то попробую, — кидает и, переложив вилку в другую руку, подцепляет кусочек пирога, запивая его соком. Застывает на одну короткую секунду с лакомством во рту. В этот момент мне кажется, что ему что-то не понравилось и это конец, но… — Вкусно, Майя. Очень вкусно!

— Вот! Я же тебе говорила! Вкусно! — воодушевляюсь. — Я помню как он готовится. И, если хочешь, ещё тебе испеку. Но уже покрасивее. Ты вообще в порядке? Ты какой-то не такой, — всё же решаю спросить.

— Всё хорошо. Просто не спал ночь. Устал, — коротко отвечает, продолжая есть пирог и пить сок, чем меня даже радует немного.

— А где ты был? — словно ревнивая жена, интересуюсь.

— Далеко, — бормочет с набитым ртом.

Хочу настоять на ответе, но по выражению лица понимаю, что он не скажет. Как партизан будет молчать. Ненавижу его за это качество. И за то, что не всегда могу его читать.

— Ребята, — тянет Ада и входит в гостиную вся в слезах. — Помогите. Мне нужен билет домой ближайшим рейсом. Очень надо, — тянет носом, сжимая моё сердце до моей собственной адской боли.

Мне сложно переносить, когда ей плохо. Хочется самой на части разорваться, но сделать так, чтобы она не плакала и ей было хорошо.

— Что случилось?! — вскакиваю и подбегаю к ней. — Ада, что случилось?!

— Дедушку посадили! Утром сегодня обыск был, и они что-то нашли. Его арестовали! А… а бабушка… бабушке плохо стало, и её в больницу с инфарктом забрали. Мне домой надо! Помогите мне билет взять или как-то туда попасть. Билетов нет. Ни на самолёт, ни на поезд! А мне очень надо!

— Собирай вещи. Я прикажу и тебя отвезут на машине, — серьёзным голосом произносит Дан. — И я поеду с тобой. Вдруг помощь нужна будет бабушке или дедушке.

— Не надо, — мотает головой. — Ты и так всю ночь из-за меня не спал. Машины будет достаточно.

— Это не обсуждается! У тебя час на сбор вещей. Время пошло! — командным тоном объявляет Богдан, и Ада убегает в одну секунду.

— Ты обещал, что его не посадят, — с претензией напоминаю.

— Это от меня не зависит, — огрызается, достав телефон и принявшись что-то в нём набирать. — Обыск придумали какой-то. Адвокаты мои сейчас работать начнут. Вытащат. Не переживай.

— Твой человек не мог предупредить? — возмущаюсь, недовольно глядя на мистера-у-меня-всё-под-контролем.

— Мой человек этого не касается, — шипит. — Наша цель — не дать делу дойти до финала, Майя. Это я и делаю. Не устраивай мне сейчас концерт. Видишь, проблемы и без этого. Её дедушку не посадят. Я всё устрою, как и обещал!

— Ладно. Хорошо, — соглашаюсь, понимая, что сейчас лишь лишний раз его нервирую. — Почему Ада сказала, что ты всю ночь не спал из-за неё?

— У твоей подруги проблемы, Майя. И не только с Фаридом, но и с тем, что внутри неё самой. Я помогаю ей разобраться в себе.

— Зачем?

— Мне скучно, — пожимает плечами, примеряя маску Дана-пофигиста, но она плохо на нём сидит, когда он уставший. — А копаться в чьей-то голове всегда весело.

— Только не сделай то, за что мне придётся тебя убить.

— Когда придёт время, я покажу тебе, где пистолет, малая, — встаёт, продолжая говорить. — А теперь извиняй. Нет времени болтать. Ты тоже работай. Дави на своего Кудинова. Только он может всё остановить окончательно.

— Он не мой, — шепчу Дану вслед, но он уже увлечён разговором по телефону.

Господи, я совсем ничего не понимаю! Как может быть Фарид, которого я знаю, так жесток? Почему он так ненавидит Аду? Почему она под его ударом?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍