Давай останемся врагами

ГЛАВА 8 (2)

Пока Васька ждала ритуал, я всю неделю обдумывала, как спасти салон. За это время на витрине «Асоли» появилась вывеска: «Распродажа». Василиса молилась, чтобы «ее прелесть» не увели из-под носа, а я — об озарении, которое поможет найти способ избавиться от Банникова, не преступая закона. Но озарение так и не снизошло.

В субботу вечером я решила пойти на принцип: не стала устанавливать будильник на пять утра. Поставила на шесть. Когда воскресным утром меня разбудил будильник, а не звонок подруги, я этому нисколечки не удивилась. Надо ли говорить, что Васька оказалась в своем репертуаре?

— Алё-ё-ё, — раздался в трубке сонный голос, когда я не выдержала и всё-таки ей позвонила.

— У тебя совесть есть? — настала моя очередь читать Ваське нотации.

— Щас гляну в тумбочке, — ответила подруга и зевнула.

Нет, вы только вдумайтесь, у нее еще хватает наглости шутить!

— Понятно, — разозлилась я. — Сейчас позвоню Мире и скажу, что всё отменяется.

— Что отменяется? — продолжала дурачиться Васька.

— Ты издеваешься, что ли?!..

— Ладно-ладно, не злись! — попыталась успокоить меня подруга и завыла: — Асенька-а-а, прости-и-и меня-я-я, дуру-у-у грешную-ю-ю!

Ну разве можно после этого на нее злиться?!

Несмотря на задержку, в начале восьмого мы уже были на месте. Мира пошла в подсобку за платьем. Васька не удержалась и ринулась за ней. Не прошло и пяти минут, как эта золушка в сопровождении своей феи-крестной, сияя, торжественно вошла в зал. На вытянутых руках она несла чехол с платьем, которое, как предполагалось, должно было «привести на порог» принца.

— Та-дам! — пропела Васька,

— Сколько колец берем — три, пять, семь? — спросила Мира, имея в виду подъюбники с кольцами, которые регулировали пышность платья.

— Семь. Гулять — так гулять! — ответила подруга.

Мира взяла подъюбник с семью кольцами, и они с Васькой отправились в примерочную.

Спустя полчаса они вернулись. Выглядела Васька шикарно (для утра после первой брачной ночи): лицо заспанное, волосы торчат во все стороны, на платье какие-то пятна. При этом она еще умудрилась нацепить фату, которая уже успела съехать набок.

— Ну как? — спросила меня Васька.

— Во! — я подняла большой палец вверх, еле сдерживаясь от дикого хохота.

— Тогда погнали! — распахнув двери салона, Васька приподняла подол платья и понеслась на улицу.

Мы наблюдали за ней из окна, уже не сдерживая хохота. Стоило Ваське забежать за угол, как оттуда сначала послышался визг, затем — лай, и мимо окна, поднимая за собой клубы пыли, пронеслись две перепуганные дворняги.

Завершив третий круг, Васька побежала к ЗАГСу, станцевала там странный танец с притоптыванием, а потом вернулась в салон. У меня к тому времени от смеха уже сводило скулы, а у Миры — по щекам катились слезы.

— Супер! Давно я так не веселилась! — с восторгом заявила Васька, глотая ртом воздух. — Мира, ты просто чудо!

— Вася, да ты крута! — наконец выдавила я. — Я б так не смогла!

— Конечно бы не смогла, — язвительно согласилась Васька, плюхнувшись на диван. — И уже больше никогда не сможешь, салон ведь скоро закроют! Только и останется, что вспоминать об упущенных возможностях.

Со стороны Васьки это был запрещенный прием: мне вдруг стало очень обидно.

— А что? — вмешалась в наш разговор Мира. И предложила: — Ася, может, все-таки попробуешь?

— Может, и попробую, — с вызовом взглянув на Ваську, ответила я.

— Тогда чего стоишь? Платье выбирай! — не менее вызывающе отозвалась та.

— У тебя спросить забыла, — я отвернулась и ткнула пальцем в первый попавшийся наряд — платье в стиле «ампир».

— Уверена? Оно же похоже на ночнушку или на одежду для беременных, — продолжала язвить Васька.

Если честно, мне было все равно, что надеть. Теперь это был вопрос принципа. Я просто выбрала то платье, в котором легче всего бегать. Но и оставлять Васькины насмешки без ответа мне не хотелось.

— Нет, оно больше похоже на платье для дам, которые много времени проводят с сударями из «Вояжа»! — еще более язвительно парировала я.

— Девочки не ссорьтесь! — снова вмешалась Мира. — Времени мало. Ась, ты идешь? — махнула она рукой в сторону примерочной.

Через десять минут я была готова и, приподняв подол платья, решительно выскочила на улицу. «Хорошо, что Васька своим видом распугала собак, и хорошо, что дворники, в отличие от Васьки, не проспали и уже успели выполнить свою работу, — обегая здание и внимательно глядя под ноги, думала я. — Как там Мира учила?»

— Мать-Земля, чрез босу ногу жениха веди к порогу! — повторяла я негромко, чтобы ненароком не привлечь к себе внимание.

Но стоило мне на третьем круге — когда до ЗАГСа оставались считанные метры — выбежать из-за угла, как на я на кого-то налетела.

— Извините, — пробормотала я и только потом подняла глаза.

К моему ужасу, «кто-то» оказался ни кем иным, как Олегом Банниковым.

Увидев меня, он отшатнулся и с притворным ужасом произнес:

— Ой, нет, Фадеева, даже не мечтай, я на тебе точно не женюсь!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍