Заставь меня остановиться

Глава 15

                                                      Глава 15

Оставляю Егора в гостиной, сама же поднимаюсь в  спальню. Скидываю с себя мокрый купальник вместе с платьем и надеваю сухие трусики. Натягиваю на себя ультракороткие белые шорты и следом идет еще более провокационный топ, открывающий живот и отлично выделяющий  грудь, благодаря специальным вставкам. Зачем я это делаю? Ах да, чтобы кое-кого побесить. Точно.

Надеваю туфли на огромной танкетке и распускаю чуть влажные от воды волосы. А дальше в ход идут тушь, немного карандаша для глаз и блеск для губ. Ах да, духи! На шею, за уши, на запястье. Может взять их с собой и незаметно вылить на диван? Нет, это слишком палевно. За мои ногтевые пластины я ему еще отомщу. Но делать это надо тонко. Перевожу взгляд на свои ногти.

– Ничего, мама вас подлечит.

Накинула сумочку через плечо и быстро спустилась на кухню. Взяла продукты из холодильника  и закрыла пирог пищевой пленкой.

–  Ну все, я готова. Пойдем.

– Ты накрасилась? – недоуменно интересуется Егор, обводя меня взглядом. – И как-то ммм… легко оделась.

– Так, легкий макияж и удобные шорты. Жарко же. Пойдем скорее, – вкладываю ему в руку пакет с едой, пирог же несу сама.

По дороге Юсупов не успокаивается и реально штудирует со мной дифдиагноз болезни Лайма. Все проходит так быстро, что я толком не замечаю, как мы добрались  до дома Егора. Однако пакет из рук Егора я успеваю забрать до того, как войти в дом.

– Если ты не против, я сама передам ему все, у меня к нему мини-разговор.

– Главное, чтобы он был не против, – хмыкает, пропуская меня вперед.

– Богдан, я не один, натяни трусы, если ты голый, – со смешком кричит Егор.

Останавливаюсь у порога как вкопанная, поймав взглядом раскинувшегося на диване  Лукьянова. К счастью, тот в трусах. Более того, я приметила их цвет – белые, равно как и распахнутый махровый халат. Я не улавливаю о чем говорит Егор. Лукьянов, кажется, тоже не особо слушает своего брата. На приличном расстоянии чувствую, как он косится в мою сторону. При этом не спешит запахнуть халат, демонстрируя свое тело. Мда…все-таки Егору надо подкачаться. И сбрить лобковый волос на лице. Блин, это во мне Лиля говорит.

– Все, передавай, Ань, – произносит Егор. – Я пока быстро переоденусь в сухое.

– Чего встала как вкопанная? – громко произносит Лукьянов, усаживаясь поудобнее на диване, как только Егор направился к лестнице.

– Обувь не совсем чистая, а снимать я ее не намерена. Подойдите, пожалуйста, сюда сами,  – как можно дружелюбнее произношу я.

– Егор вымоет полы. Ему полезно подвигаться. Можешь проходить.

Ступаю вперед и подхожу к Лукьянову, который, как ни странно, все же встает с дивана. Вот только вся заготовленная мной речь куда-то пропадает, стоит мне только попасть под его цепкий взгляд. Он, не стесняясь, обводит меня взглядом с головы до ног, и так же бесцеремонно останавливается на моей груди.

– Сплошное расстройство.

– Вы о чем сейчас?

– О твоей груди, – сказать, что я офигела – ничего не сказать. – Учитывая, что я видел ее в живую без поролона, с ним ты выглядишь уже нелепо.

– Во-первых, это пуш-ап, во-вторых, не вам на нее смотреть, так что не переживайте.

– Ну да, ну да. У меня к тебе вопрос. На тебя напала стая бродячих собак? – как бы невзначай интересуется Лукьянов, останавливая взгляд на моем топе. ­

– Ммм... ну разве что одна собака сегодня утром. Кобель, вроде бы. Возможно, он был бешеный, судя по хватке на руке и дальнейшим действиям, но вроде бы собака была не бродячая, хотя я не уверена. Думаете стоит привиться? – поинтересовалась я наигранно обеспокоенным голосом. Странно, но меня совершенно не пугает реакция Лукьянова на мои слова.

– Ну, если мы об одной и той же собаке, то нет, можешь не прививаться. Так что, на стаю бродячих собак точно не набрела по дороге ко мне?

– Я бы это запомнила, Богдан Владимирович. А что такое? Вам не нравится мой внешний вид? Волосы растрепались?

– С волосами все сносно. А вот, судя по клочку оставшейся на тебе одежды, кто-то на тебя все-таки напал и сгрыз половину  топа и шорты. Или это было нашествие моли?

– Летучая мышь. Как раз вылетела из вашего дома. Но она на меня точно не нападала. Это, Богдан Владимирович, такая мода. Мало одежды, много тела. Жара все-таки. Лето.

– Воздушные ванны.

– Они самые. Ну ладно, это все лирика, –  ставлю пакет на журнальный  столик. – Там колбаса, хлеб, ну и еще кое-что вам на завтрак. Егор сказал, что вы очень хотите кушать, а в холодильнике у вас пусто, вот я и решила поделиться своим продуктовым набором. То, что в пакете – вам на завтрак. Ну а это, – протягиваю ему пирог. – На сейчас.

– Анна, где подвох? – скептически интересуется Лукьянов спустя несколько секунд после рассматривания пирога. – Ты облизала его?

– Нет.

– Добавила туда килограмм соли?

– Нет.

– Крысиный яд?

– Нет.

– Слабительное? – приподнимает вверх брови.

– Конечно, нет.

– Я сдаюсь.

– Я всего лишь прочитала любовный заговор на пирог. Вы, как только его съедите, падете к моим ногам. Прям сохнуть по мне будете, – улыбнувшись, произнесла я. А вот Лукьянов не только изменил выражение лица, но, кажется, и побледнел. Идиот. Умный, но идиот. – Я пошутила. Этот пирог я приготовила к приезду родителей, так что не бойтесь, он сделан с любовью и по моему фирменному рецепту. Но так как у них задержали рейс и перенесли на завтра, я решила отдать его вам. Не бойтесь. Ну что я дура, что ли, чтобы вас травить?

– На мой взгляд, женщины все дуры, даже если и умные. Так что вопрос про дуру не ко мне. Еще раз, где подвох, Анна?

– Да нет никакого подвоха, просто мне завтра надо пораньше уйти.

– Пораньше?

– Ну как бы, сильно пораньше. Пирог-то новый нужно успеть приготовить. Ну и родителей встретить. Вы, можно сказать, заинтересованы не меньше меня. Учитывая, что деньги на вашу машину будет давать мой папа. А сытый мужчина – добрый мужчина. Берите-берите. Только пообещайте, что завтра меня рано отпустите? Сильно рано.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍