Родить от врага - Brams Asti Asti Brams

Неприятный скрежет железа о стену полоснул по нервам. Уже не выходило действовать тише. Тем более нужно было установить лестницу понадежнее, а она все время шаталась.

Внезапно что-то привлекло мое внимание. Звук, выбивающийся из общей какафонии вдалеке. Я невольно оглянулась, и сердце подскочило к горлу. Прямо ко мне неслось на скорости что-то большое и черное.

– Матерь бо…

Вцепившись в ступени, я взлетела по ним так быстро, что стремянка жалобно затрещала снизу доверху. Но едва я коснулась верха забора, как лестница резко дернулась.

Испуганно вскрикнув, я оглянулась на здорового ротвейлера, который пытался влезть на стремянку вслед за мной. При этом угрожающе и громко лая.

– Чего тебе надо?.. – нервно выпалила я, пытаясь на верхней ступени встать с колен на ноги.

Чертова псина… Местные собаки обычно не реагировали на меня! Но может, у них определенная команда в ночное время суток?

Внезапно стремянка опасно покачнулась. Ротвейлер не осторожничал, так что я в любой момент могла полететь вниз! За секунду приняв решение, я вскочила на ноги и, чувствуя, как уходит опора, забралась на забор.

Лестница с лязгом свалилась на землю, но ротвейлер даже не думал угомониться. Он принялся прыгать на забор, едва не зацепив мою ногу, пока я пыталась справиться со страхом высоты и найти удобное положение для спуска вниз.

– Зевс! – внезапно услышала я и оцепенела от ужаса. – Сюда! Зевс, кажется, нашел…

В моей голове будто выстрел прошел. Не думая больше ни о чем, я вцепилась в край забора, торопливо свесила ноги и испуганно сиганула в темноту.

Густой кустарник исцарапал мне шею и руки, но зато смягчил падение на землю. Я буквально перекатилась на нее, неуклюже выпутываясь из веток. А едва нашла равновесие, сразу поспешила на полусогнутых оказаться подальше от забора, за которым слышался лай собаки. Он так и проходил звоном сквозь меня, загоняя в кокон паники.

С трудом привыкая к темноте, которую разбавлял лишь свет луны в кронах деревьев, я вытащила из кармана пальто фонарик и тут же побежала со всех ног, хаотично освещать себе путь. Казалось, погоня дышит мне в затылок, поэтому я неслась без устали, почти не разбирая дороги. Только и успевала отбиваться от веток, норовивших дать мне пощечину.

Чаща казалась бесконечной. Или это я просто бегала по кругу, периодически поскальзываясь то на мокрых листьях, то на толстых корнях деревьев. Даже не смогла бы точно сказать, в какой стороне теперь находится дом Астахова? Поэтому не поверила глазам, когда вдруг заметила дорожные фонари вдалеке.

Не добежав до обочины, я вцепилась в какое-то дерево и дала себе чуть-чуть передохнуть. От усталости и морозного ночного воздуха уже почти задыхалась. В голове проходил болезненный пульс, в ушах шумела кровь, а все тело было покрыто липким холодным потом.

Отцепившись, наконец, от опоры, я побежала трусцой и выскочила прямо на дорогу. Решила – сяду в первую попавшуюся машину, чтобы скорее уехать отсюда. Однако оказавшись в лучах фонарей, вмиг ощутила себя настолько уязвимой, что едва из-за поворота блеснул свет фар, как я резко передумала рисковать. Перебежала дорогу и скрылась в лесу на другой стороне.

Деревья уводили вверх – на сопку, по которой я бродила довольно долго. Не пошла вглубь леса, боясь встречи с дикими животными, а шла где-то параллельно дороге, то спускаясь с пригорка, то поднимаясь вверх. Адреналин все меньше грел меня и придавал сил. Я начала колеть, особенно мерзли практически голые ноги. Я ведь бежала в балетках. Одно дело укрыться в пальто, пусть и большем по размеру, но совсем другое – бежать в обуви, которая тебе велика. А сапоги в гардеробной все были велики – я примеряла.

Чувствуя, что совсем выбиваюсь из сил, я решила сделать остановку. Как раз наткнулась на небольшой мостик рядом с дорогой. Он был скрыт за деревьями, так что я могла спокойно под ним спрятаться. К счастью, местная речка оказалась скудной и замерзшей.

Первое время я просто переводила дыхание, присев на корточки и спрятав ноги под пальто. Затем мирилась с мыслью, что пешком мне не осилить этот путь. Никак. Дом Астахова явно находился где-то в конце города или в непопулярной его части. Так что пока я доберусь до хоть каких-то людей, могу замерзнуть напрочь!

Взгляд снова устремился в сторону остановки. Я увидела ее, когда спускалась к мосту. Конечно, там меня будет легко заметить, но может, я смогу попросить телефон или хотя бы дождусь автобуса, который довезет меня до центра. Пошарив по карманам пальто Шуры, я нашла немного денег, поэтому все больше склонялась к этому варианту. К тому же очень соблазняла возможность оказаться в более-менее теплом месте.

От холода становилось уже по-настоящему больно. В какой-то момент я не выдержала, натянула объемный капюшон пальто на голову и принялась выбираться из своего укрытия. Пока карабкалась из крутого кювета на обочину, хорошенько измазалась. У меня и так-то видок был не очень, а теперь вообще, наверное, стала на бичиху похожа. Но может, это и к лучшему…

Остановка находилась на той же стороне, где и мост, поэтому мне не пришлось даже дорогу перебегать. Подходя ближе к кирпичному павильону, я услышала, что там кто-то есть, и сердце радостно заколотилось. Но оно сбавило темп, когда я поняла, что это компания малолеток.

Парни и девушки, которым на вид было пятнадцать-шестнадцать лет, курили возле наземного рекламного щита, отпуская маты и смех. Спрятав руки в карманах и постоянно озираясь, я пошла прямо к ним. Конечно же, сразу получила оценивающее, ледяное внимание. Особенно от длинноволосой блондинки в модной спортивной куртке, которая затягивалась из длинной сигаретки.

– Привет!.. – неловко поздоровалась я. – Извините, вы не одолжите мне телефон? Нужно срочно позвонить.

Подружки, стоящие за блондинкой прыснули, а парень, по-хозяйски обнимающий одну из них, решил сострить:

– У тебя колготки порвались.

Неловко глянув на ногу, исполосованную царапинами, я смущенно улыбнулась.

– Да, я знаю… За ветки зацепилась, когда в туалет ходила.

– В смысле? Ты в лесу, что ли, живешь? – едва сдерживая смех, спросила подружка остряка.

Вся компания дружно заржала, а я как можно сдержаннее огрызнулась:

– Нет. На остановке. Дайте, пожалуйста, телефон, ребят?

– А зачем тебе телефон, если ты живешь на остановке? – поинтересовался любопытный парень почти без иронии.

– Бомжам знакомым позвонить, – на полном серьезе сказала я, уже откровенно злясь.

Они начали все переглядываться, типа кто рискнет. Самой смелой оказалась блондинка.

– Извини, батарейка разрядилась, – развела она руками с длинными ногтищами. – Но могу сигарету дать.

Настырно глядя ей в глаза, я подавила дикое желание выхватить торчащий из ее куртки телефон. Но он же, скорее всего, запаролен.

– Спасибо, не надо. От никотина рак губы бывает и грудь не растет.

Улыбка блондинки тут же скисла. Она кинула сигарету мне под ноги и выплюнула:

– Дура.

Лукаво ухмыльнувшись, я отступила от компании и тут же тяжко вздохнула. Грустный взгляд устремился на звездное небо, а тело пронял озноб.

– Эй? – неожиданно услышала я как раз перед тем, как собиралась уйти за остановку. Ко мне подошел второй парень из этой веселой компашки, который наблюдал за разговором со скамейки. Он протянул смартфон. – На, позвони.

Я тут же встрепенулась и благодарно уставилась на долговязого незнакомца.

– Спасибо большое!

– Но только один звонок.

– Да, конечно!

Отвернувшись от парня, я принялась бегло набирать цифры. Нет, у меня не было фотографической памяти, просто номер Платона очень легко запоминался. Популярный номер оператора, три два один, и четыре четверки. Мне повезло, что он любил понты.

Пошел первый гудок. Второй. Третий.

Только бы он взял с чужого номера!..

– Да? – наконец раздалось протяжное и ленивое.

– Платон, это я.

Прочистив горло, Платон деловито спросил: