Моя невыносимая

С каждым его новым шагом и скрипом ботинка, моя грудь вздымается все выше. Дыхание становиться глубже. Вот он огибает стол и останавливает прямо перед нами. Я застываю. Замираю и не дышу. Какой-то дикий ступор оковывает мое тело.

– Добрый день, – он приветственно протягивает руку вперед. – Рустам Сагитович, – смотрит в упор. Прямо в глаза. По взгляду понимаю, что он меня узнал. Как и я его.

Я поднимаюсь со стула и жму ее в ответ: – Здравствуйте, – мои ноги становятся ватными. Я желаю проснуться от этого кошмарного сна. Это все какая-то злая шутка судьбы.

Этого человека я видела последний раз, когда мне было двадцать. Я тогда поклялась сама себе, что больше никогда не буду вспоминать его и все то, что со мной произошло. Рустам был моей первой, безумной и такой глупой любовью. Любовью, которая принесла мне нежданную беременность. Аборт. И годовую депрессию. А еще рану в душе, которая так грубо зарубцевалась, что долго мешала мне нормально жить и строить отношения.

Страстные чувства этого мужчины закончились тогда, когда я залетела. Он мне сразу же признался, что женат. И что у него уже есть ребёнок. А разводиться ему не позволяла его вера. А я в ответ его просто возненавидела.

– Валерия? – самодовольная улыбка сползает с его лица. Его голос вибрирует, а глаза бегают по моему лицу.

– Андреевна, – добавляю и резко выдергиваю свою руку из его ладони.

– Здравствуйте, Рустам Сагитович, – Эльдар поднимется и здоровается с мужчиной. – Привет, Карим, – кивает другу, который стоит на шаг позади своего отца.

– Карим? – сквозь гул в ушах слышу звонкий голосок Кати, а в ее глазах вижу безумие и отрицание происходящего.

В горле комок. Сердце набивает очередную гематому о ребра. Сглатываю, пытаясь переварить сложившуюся ситуацию.

– Теть Лер, – трогает мою руку Катерина. Ее глаза полны слез. Она сидит ни живая, ни мертвая. – Теть Лер, можно я пойду? – спрашивает дрожащим голосом, сквозь слезную пелену.

– Это он? – зарываюсь руками в волосы и смотрю в одну точку.

– Да, – нервно кивает она.

– Я поняла, – твердо отвечаю. – Выпей воды и подожди меня в машине. Эльдар, – окликаю парня, который ни разу не вдупляется в то, что здесь сейчас происходит. – Пожалуйста, проводи Катю до машины.

– Хорошо, – соглашается с неохотой и недоверчиво смотрит в сторону Рустама.

Несколько секунд я сижу и пялюсь в одну точку. Господи, ну почему из всех мужиков на этом свете, она выбрала именно его?

– Рустам, – с губ невольно слетает его имя. Это так непривычно. Снова произносить его имя. За столько лет я умудрилась вычеркнуть его из своей памяти. И вот он опять нарисовался в моей жизни.

Мужчина отодвигает стул и уверено присаживается, напротив: – Садись, Карим, – приказывает сыну. – Я так понимаю, у нас будет серьёзный разговор.

Между нами возникает зрительный контакт, который устанавливают наши глаза. Между нами начинает буквально искрить. И воздух становится невыносимо тягучим.

– Карим, мальчик мой, – перевожу взгляд на его сына. – Скажи мне, папа не научил тебя пользоваться средствами контрацепции?

– Я могу все объяснить, – дергается его голос.

– Карим, что это значит? – спрашивает с надрывом Рустам.

– Это значит, что от осинки не родятся апельсинки, – шикаю в ответ. – Каков отец, как говориться… – стреляю злым взглядом в сторону Рустама. В этот же миг замечаю, как его лицо покрывается пятнами, а между глаз залегла глубокая морщина. У него всегда был брутальный вид. Правда, года наложили свой отпечаток. Легкая щетина и виски уже покрылись чуть заметной сединой. Тем самым делая его внешность еще более солидной. Он по-прежнему очень привлекательный мужчина. Невооруженным глазом видно, что сын пошел в его породу.

– Карим, я жду, – рявкает он.

– Эта девушка, которую ты видел, – вздыхает парень. – Она в положении. От меня, – говорит, но в глаза не смотрит.

– Столько лет прошло, – шепчу и прикрываю ладонью глаза. – Все повторяется… – моя память резко начинает рисовать картинки из прошлого. Я почему-то вспоминаю то чувство абсолютного счастья, которое испытывала после нашего первого секса. Встряхиваю головой и заставляю себя вернуться в реальность. Сейчас неподходящий момент для ностальгии.

– Девушка, – Рустам поднимает руку и подзывает к нам официантку. – Принесите нам выпить. И желательно что-нибудь покрепче.

– И как мы будем выходить из сложившейся ситуации, сын? – спрашивает сына, продолжая жадно разглядывать меня. Сейчас перед ним я чувствую себя экспонатом на выставке антикварных вещей. Мне кажется, что он изучает каждый миллиметр моей внешности.

– Я не знаю, – жмет плечами.

Заставляю свой разум отрезветь и наконец-то вспомнить, что за люди сидят передо мной в данный момент.

– Знаете, что самое смешное в этой ситуации? – снова беру слово. – В этой молоденькой девочке, – киваю головой на дверь, в которую пару минут назад вышла Катя. – Мужских качеств в десять раз больше, чем в присутствующих за этим столом мужчинах.

– Лера, – рявкает Рустам, тем самым грубо прерывает поток моих слов.

– Для тебя, я Валерия Андреевна, – так же грубо отвечаю ему в унисон. – А выход из этой ситуации будем очень простым. Этот ребенок родиться, во что бы то ни стало. Я не позволю этой девочке, ломать жизнь и портить свое здоровье. А ты, – тычу пальцем в лицо Карима. – Будешь жить с мыслью, что где-то там, по улице, ходит твой ребенок. И знать, что не тебя он называет папой. Не ты будешь читать ему сказку на ночь.

Официантка приносит два бокала с коричневой жидкость и ставит их перед мужчинами. Я поднимаюсь со своего места, забираю из рук Рустама бокал и осушаю его залпом, морщась от горечи. Мое горло обжигает. Градус напряжения между нами тремя повышается. И дело далеко не в алкоголе.

– Всего доброго, – возвращаю пустой бокал ему в руки. Забираю свою сумочку и стуча каблуками иду в сторону выхода.